Проснулся в холодном поту, с бешено колотящимся сердцем.

За «окном» — если можно так назвать просвет между ветками — уже светило солнце. Утро. Пора.

Встал, потянулся, разминая затёкшие мышцы. Выпил воды — много, весь запас во фляжке. Съел кусок вяленого мяса и корень. Лёгкий завтрак, чтобы не тошнило во время охоты. Проверил копьё. Наконечник крепко держался, обмотка не ослабла, древко не треснуло. Всё готово.

Взял копьё, вышел из лагеря и направился к водопою.

Путь занял минут двадцать неспешного хода. Я двигался осторожно, стараясь не шуметь, не оставлять следов. Скрытность работала на автомате, причём в паре с Поиском следа, да и Выживание явно отметилось — я обходил хрустящие ветки, ступал на мягкую землю, избегал зарослей, где одежда могла зацепиться.

Когда приблизился к водопою, замедлился ещё сильнее. Последние метров пятьдесят полз буквально на четвереньках, высматривая хорошую позицию. Все чувства обострились, вылавливая детали: шорох листвы на ветру, плеск воды в озерце, далёкое щебетание птиц (или что там у них вместо птиц).

Нашёл подходящее место — куст с густыми ветками, в десяти метрах от воды, с подветренной стороны. Идеально для засады. Устроился, спрятав копьё в зарослях так, чтобы его не было видно, но можно было быстро схватить. И начал ждать.

Ждать, когда кто-то придёт напиться.

Ждать своего шанса.

Минуты тянулись. Сидел неподвижно, дышал медленно, прислушивался к каждому звуку. Час прошёл. Может, два. Солнце поднималось выше, становилось жарко. Мошки кусали, но я не шевелился.

А потом услышал это.

Треск веток. Тяжёлая поступь. Что-то большое двигалось к водопою.Я замер, сжимая древко копья. Сердце забилось быстрее, адреналин ударил в кровь.

Первая настоящая охота в моей жизни.

И я не мог обосраться.

Потому что уже успел сделать это пару часов назад, после тех самых ягод, которые навык охарактеризовал как «условно съедобные».

Но это уже совсем другая история.

Из зарослей вышел олень.

Ну, я назвал его оленем, потому что других слов в моём словарном запасе не нашлось. На самом деле это было что-то среднее между оленем, лосем и ночным кошмаром художника-сюрреалиста под солями и грибами.

Тварь была здоровенной — метра полтора-два в холке, может, больше. Тело покрыто густой бурой шерстью с какими-то странными узорами, будто кто-то облил животное отбеливателем в произвольных местах. Иногда в очень интересных местах. Ноги длинные, мускулистые, копыта раздвоенные и острые на вид. Здоровенные такие копыта, размером с мою ладонь. Судя по следам, которые я видел раньше, — это и был их обладатель.

Морда вытянутая, с большими тёмными глазами по бокам головы.

И рога.

На личном фронте у моего нового знакомого явно было «всё сложно».

Рога были… неправильными. Не такими, как у земных оленей — красивыми, ветвистыми, симметричными. Нет. Эти росли как попало: один загибался назад, другой торчал вбок, третий (да, их было три) спиралью закручивался вверх. И все были покрыты какими-то наростами, бугристые, будто поражённые грибком.

Красавец, одним словом. Прямо хоть на обложку журнала «Охота и рыбалка в параллельных мирах».

Зверь подошёл к воде, опустил голову и начал пить. Мышцы под шкурой перекатывались при каждом движении. Он выглядел… мощным. Очень мощным. И очень, очень большим.

«Может, подождать кого поменьше?» — мелькнула трусливая мысль.

Но желудок, скрутившийся от голода, ответил однозначно: хер там, мы жрать хотим.

Я медленно, очень медленно потянулся к копью. Пальцы обхватили древко, привычно легли в уже знакомые выемки. Копьё было тяжёлым, надёжным. Всегда считал это чушью, а поди ж ты — оружие в руках действительно придавало уверенности.

Ложной уверенности, как выяснится позже, но тогда я этого ещё не знал.

Олень продолжал пить, не подозревая о моём присутствии. Ветер дул в мою сторону — идеально. Скрытность работала на полную, я на всякий случай даже дышать старался через раз.

Десять метров. Всего десять метров между мной и… ну, назовём это обедом. Может, ужином. Может, запасом на неделю, если правильно разделать и закоптить.

Я начал выбираться из укрытия. Медленно. Сантиметр за сантиметром. Каждое движение — как в замедленной съёмке.

Восемь метров.

Олень дёрнул ухом, но не поднял головы. Продолжал пить.

Шесть метров.

Я встал в полный рост, держа копьё наперевес. Правая рука сзади, левая впереди — как тренировался ночью. Ноги чуть согнуты, вес на передней.

Четыре метра.

НАВЫК ПОВЫШЕН: СКРЫТНОСТЬ УР. 1 → УР. 2

Отлично. Это знак.

Пора.

Я рванул вперёд, вкладывая в движение всю силу, весь вес тела. Копьё пошло вперёд, нацеленное прямо в бок зверя — туда, где, по моим представлениям, должны были быть лёгкие или сердце.

Олень среагировал мгновенно.

Быстрее, чем я мог себе представить.

Он не просто отпрыгнул — он взвился в воздух, разворачиваясь, и его задние копыта полетели прямо мне в лицо.

Я успел дёрнуться в сторону — чисто на рефлексах, — но копьё уже было в движении, я не мог его остановить. Наконечник скользнул по шкуре зверя, оставив длинную царапину, но не пробил.

А потом копыто врезалось в древко.

Звук был… неприятным. Треск дерева, хруст, что-то сломалось — и копьё в моих руках превратилось в две бесполезные палки.

— Бля! — только и смог я сказать по этому поводу.

Олень приземлился, развернулся ко мне мордой. Его глаза — тёмные, без зрачков, будто два куска обсидиана — уставились на меня. И в них не было страха.

Только ярость. Только свирепость. Только обещание пиздюлей.

Оленелось опустил голову, выставив эти уродливые рога вперёд, и издал звук — что-то среднее между рёвом и свистом, от которого у меня заложило уши.

А потом пошёл в атаку.

— Произошло чудовищное недоразумение! — заорал я и бросился бежать. — Я совсем не это имел в виду!

Не самый героический момент в моей жизни, согласен. Но знаете что? Когда на тебя несётся полтонны разъярённой рогатой твари, героизм как-то резко отходит на второй план. На первый выходит банальное желание свалить подальше.

Я нёсся через лес, не разбирая дороги, перепрыгивая корни, огибая деревья. Сзади грохотали копыта — преследователь не отставал. Хуже того — он приближался.

Восприятие отрабатывало каждый вложенный балл, подсказывая препятствия за секунду до того, как я на них натыкался. Корень слева — перепрыгнул. Низкая ветка — пригнулся. Яма — обогнул.

Но этого было мало.

Тварь была быстрее меня. Намного быстрее. А ещё ей не было необходимости обходить кусты и перепрыгивать корни — они просто сносились нахрен.

Я слышал дыхание — тяжёлое, хриплое, совсем близко. Чувствовал запах — звериный, мускусный, с какой-то кислой ноткой. Ещё секунда, и рога воткнутся мне в… ну, допустим, спину.

Дерево.

Большое дерево с толстым стволом и низко растущими ветками — прямо передо мной.

Прыгнул, вцепился в нижнюю ветку, подтянулся. Олень пролетел подо мной, его рога со свистом рассекли воздух там, где секунду назад были мои ноги. Карабкался вверх, не останавливаясь, пока не оказался метрах в четырёх от земли. Только тогда позволил себе остановиться и посмотреть вниз. Несостоявшийся шашлык бесновался у основания дерева. Бил копытами, тряс головой, пытался достать меня рогами. Но дерево было слишком толстым, а я — слишком высоко.