— Только ты никому его не показывай. Отдай прямо сейчас в руки сестры. Желательно, чтобы этого никто не видел, — попросил его Джун.

— Хорошо, — кивнул Тэян. — Я могу идти?

— Да, давай, — кивнул ему Джун. — А ты куда бежал, гроза витаминов?

— Дык к вам и бежал, — выложил правду Хван.

— Это зачем?

— Узнать, как у вас дела. Юна очень просила.

— У нас всё нормально. Надеюсь, что вы никому не рассказали о нашей ночной прогулке?

— Конечно нет. Мы же не идиоты! — даже обиделся Хван.

— Ну и хорошо. Мне пора, а ты беги к Юне. Сообщи, что у нас всё хорошо.

— Понял, — кивнул Хван, развернулся и бегом ускакал в здание.

— Сестра, ты одна? — в комнату Тэхи заглянул Тэян.

— Нет, у нас здесь конкурс Саджаму (танец льва (народ. танец), — прим.), — проворчала Тэхи. — Глупый! Девчонки ушли по своим делам. Обещались не скоро вернуться.

Вчера, оказавшись на кровати, несмотря на присутствие соседок, она сразу же уснула. Проснувшись утром, она ушла в туалет, с удивлением увидев, что её раны практически пропали. На запястьях и лодыжках были видны небольшие, блеклые шрамы. Страшно выглядевший раны от ударов стэком на бедрах практически зажили. Причиняя небольшую боль при движениях.

На всякий случай, Тэхи добралась до медицинского кабинета, где днём постоянно находилась медсестра Хе Юн Го. Женщина в годах, вечно ворчащая на воспитанников, но всегда профессионально и скрупулезно исполняющая свои обязанности.

Она померила у Тэхи давление, послушала фонендоскопом её легкие, а потом выдала вердикт: два дня постельного режима. Информацию об этом она кропотливо занесла в специальный журнал, а потом оправила девушку в кровать.

— Отлично! — улыбнувшийся брат зашёл в комнату, а потом закрыл дверь на защёлку, чем удивил Тэхи.

— Это зачем? — обычно брат так не делал.

— Вот, тебе передал Джун, — он подошёл и протянул ей пакет.

— А где вы встрети… Не важно. Что это? — она внимательно посмотрела на брата.

— Понятия не имею. Он просил, чтобы я отдал его тебе без свидетелей, — ответил ей Тэян.

— Шибаль! — вырвалось у девушки, когда, развернув пакет, она обнаружила там толстую пачку вон. — Десять миллионов, — прошептала, пересчитав купюры. — Всё, как он обещал.

— Если это за… — брат постеснялся произнести дальнейшие слова.

— Нет, не за это, — поспешила Тэхи успокоить брата.

— Ну конечно, такие деньги дают просто за красивую мордочку! — прошипел неуспокоившийся брат.

— Заткнись, придурок! — вызверилась на него Тэхи. — Даже если так, то это моё дело. И! — повысив голос, она остановила пытавшегося что-то сказать брата. — Я сама разберусь.

За время, проведённое в детском доме, оба давно поняли, что ничего просто так не бывает. И за всё надо платить.

Получив деньги, Тэхи засомневалась во вчерашних словах Джуна!

Вчера не захотел названную ею оплату, а завтра или послезавтра — захочет. И она готова заплатить, ведь это касается здоровья её брата. Противно, мерзко, страшно и грязно… Но она заплатит, если Джун потребует от неё этого.

— Плевать на всё! У нас есть деньги для твоей операции, — огонёк безумия в глазах сестры напугал Тэяна.

— Спасибо, аджумма, — поблагодарил Джун тётушку Ма и вышел из её магазина.

Население в отдельно взятом доме растет. Такими темпами, скоро места в нём не останется. Почему-то в голову сразу пришли Хван, Юна, Тэхи и её брат. Чёрт знает почему, но всё складывалось так, что Джун не особо удивится, если население их маленькой коммуны начнёт быстро разрастаться.

Продуктов взял с запасом, на четыре очень голодных рта, с расчётом на три дня: рис, филе, апельсиновый сок (4-е литровых пакета), овощи и фрукты. Подумав, купил с десяток сникерсов и десяток шоколада местной кондитерской фабрики, а также два килограмма имбирного печенья. Напоследок купив китайского чая, средней ценовой категории.

Пока шёл до дома, всю дорогу думал над имеющимся вариантом переселения: оценивал все плюсы и минусы. И к окончательному решению так и не пришёл.

— Да, ба-а-лин, — хлопнул себя по лбу, вспомнив об обещании Минсоку, заходя в калитку во двор.

Поставил пакеты у калитки, а сам быстро направился в сторону ближайшего магазинчика, продающего сотовые телефоны и гаджеты к ним. Все товары были нижней и средней ценовой категории. Дорогущих новинок в магазин не завозили. Мало кто из местных имел желание покупать дорогие телефоны. За ними ехали в центр Сеула.

— Да, вот этот, — ткнул пальцем в телефон на витрине Джун.

— Симку? — спросил его продавец, дедушка лет за шестьдесят.

— Да, — кивнул Джун. — А вы можете… — он осёкся, опасаясь, что этот вопрос может вызвать сильные подозрения у продавца.

— Нужна симка на другого человека? — хитро улыбнулся дедуля, вмиг понявшего, что хочет клиент.

— Ам… — Джун замер на некоторое время. — Да, — наконец решился.

— Их есть у меня, — довольно заявил продавец. — У моего внука-шалопая, есть один дальний знакомый. Он совершенно не против, когда я оформляю симки на него. Получает за это небольшие денежки. И вечно теряет эти симки. Представляете, такой растеряха! — на лице старика появилась очень хитрая улыбка.

Они договорились: заплатив за бюджетный телефон «Sony Xperia M2 Aqua» сумму в 80 тыс. вон, Джун добавил 30 тыс. вон за симку. Не особо дёшево, но искать другого продавца симок из-под прилавка, Джун точно не собирался. Ещё положил деньги на счёт телефона.

Довольные друг другом, они расстались. И спустя пять минут Джун был во дворе, подхватил пакеты и зашёл в дом.

— Джун вернулся, — заявила Со Ён, услышав шум от открывающейся входной двери.

Пока тот отсутствовал, Со Ён разговорилась с Ёнджин.

— Кто он? — спросила девушка.

— Наставник, учитель и… очень хороший человек, — вздохнув ответила Со Ён.

Поделилась информацией, как они с братом здесь оказались. И как встретили Джуна, и как… А потом пришёл Джун.

— Привет всем ещё раз, — заявил Джун, снимая кроссовки.

Делиться новостями с народом Джун не стал. Пока ничего не понятно, так зачем их пугать. И выдал всем указание, что сегодня они сидят дома. И носа наружу не кажут.

С Чон Хо было проще — он сразу намылился в подвал, а за ним Со Ён, но тут всё испортила Ёнджин, которая робко спустилась в подвал. Там пошепталась с младшей, а спустя двадцать минут все драили дом.

Хрен поймешь, как так получилось, но девочки в унисон заявили, что жить в свинарнике они не хотят. И ведь без крика, претензий. Отлынивать от работы, когда девчонки работают, ну это такое… И спустя пять минут все четверо носились по дому с тряпками и вёдрами.

В обед Джун лично сварил для Ёнджин куриный бульон, добавив туда побольше мяса. Остальные довольствовались рисом и жареной курятиной, с большим количеством салата на всех.

Толком отдохнуть после обеда девчонки не дали. Опять сами взялись за уборку, ничего не сказав. Не смотреть же на них, сидя на диване. Вздохнув и переглянувшись, парни отправились им помогать.

Первый и второй этаж ещё до появления Ёнджин были убраны и вымыты. Но тут девчонки решили добраться до подвала. И там вылизали всё до блеска. Джуну с Чон Хо пришлось таскать чистую и грязную воду в вёдрах, полоскать тряпки. «Весело» им было, прям донельзя.

Чон Хо поднялся из подвала наверх, чтобы попить воды: запарился таскать вёдра с водой, как неожиданно в дверь раздался стук.

— Джу-у-у! Джу-у-у! — шёпотом стал звать Чон Хо, не спускаясь в подвал.

— Ты чего тут шипишь? — поднялся по ступенькам Джун.

— Кто-то пришёл, стучит в дверь. — сделав «страшные» глаза, старший брат показал на дверь. И в этот момент опять раздался стук.

— А сколько времени?

— Почти восемь вечера, — ответил Чон Хо. — Чего? — он увидел удивлённый взгляд Джуна, так как сказал время никуда не посмотрев. — Я перед подъёмом сюда посмотрел на телефон, — раскрыл тайну.