Хан Пек лично позвонил дочери, когда узнал о произошедшей встречи и узнал, что парень потребовал от неё услугу. И сам же, уведомил своего отца о случившемся. Президент выслушал, а потом потребовал от сына явиться к нему вечером вместе с Ан Кимом в поместье. Намереваясь обсудить с обоими их дальнейшие действия в отношении внучки и этого наглеца. Обсудить плюсы и минусы сложившейся ситуации.

— Да, сонбэним, — с поклоном сказал своему господину Ан Ким. — Именно услугу.

— Это плохо для семьи Юн, а в особенности для нашей корпорации, — озабоченно сказал президент.

Давным-давно, когда-то он даже мечтать не мог, что станет одним из богатейших людей Коре, а его совсем небольшая компания, где он сам будет первым и единственным работником первые три года, вырастет в одну из крупнейших корпораций по производству строительных материалов.

С самых этих тяжелейших для него времён, Пак Хо очень серьёзно относился к своим словам и обещаниям. И готов был нести за них полную ответственность.

Документы, юристы — это всё да!

Но к сказанным словам серьёзные и богатые люди часто относились гораздо щепетильней, чем к заключенным договорам, платёжными документам и законам. Совершённая ошибка его девочки — это простительно, но в любом случае спросят с семьи Юн.

Рано или поздно — спросят!

Девочка ещё слишком молода и неопытна. И не до конца понимает, что такими обещаниями нельзя разбрасываться. Ничего, Пак Хо потому и вошёл в небольшой круг чеболей, чтобы решать подобные проблемы без особых последствий для семьи и корпорации.

— Соглашусь, аппа (отец, — прим.), — тяжело вздохнул Хан Пек, прекрасно осознающий беспокойство своего отца.

— Что-то удалось узнать о парне более предметно? — спросил президент у начальника СБ.

— Из договора агентства «SM Entertainment», — отвечал Ан. — удалось получить адрес парня и провести проверку по месту его жительства, но…

Все слова о коммерческой тайне, защите личных данных и т.д. — всё это касается людей из низшей и средней прослоек общества. Влиятельные и богатые люди могут себе позволить немножко больше, чем обычные люди. Стоимость подобных услуг абсолютно ничего не значит.

Найти и прикормить пару человек в агентстве Чанми заняло у Ана совсем немного времени. И те регулярно поставляли ему необходимую информацию. В том числе, смогли достать копию подписанного Джуном договора.

— … В квартире давно никто не живёт, — продолжал Ан, — соседи заявили, что мать парня и его самого видели последний раз примерно два года назад. Есть задолженность за коммунальные ресурсы. И ещё… — он замялся.

— Что? — напрягся господин Пак Хо, которому сильно не понравилась заминка от начальника СБ.

— В квартире побывали неизвестные, — сказал последний. — Совсем недавно.

— И кто? — спросил Хан Пек, не став делиться своими мыслями, видя по лицу Ана, что самая простая версия — будет неправильной.

— Подумали на местный криминал, но, это были не квартирные воришки, — подтвердил подозрения сына президента Ан. — Соседи вызвали полицию. Но те практические сразу же убрались, получив какой-то приказ от начальника местного участка. Бдительная соседка подслушала разговор на лестничной площадке, стоя за закрытой дверью своей квартиры.

— И? — не понял Хан Пек.

— Судя по всему, там побывали кто-то из спецслужб.

— Откуда такая уверенность? — спросил президент.

— Входящих или выходящих из квартиры никто не видел. Но примерно во время проникновения в помещение, несколько неизвестных ходили по дому и опрашивали жильцов по поводу собственников квартиры. Их давно, кстати, никто не видел.

— Их? — спросил сын президента.

— Да, — кивнул Ан. — Сына и его мать. Её сейчас тоже ищем.

— Видеозаписи? — продолжил спрашивать Хан Пек.

— Всего одна камера в холе дома, — ответил Ан. — Запись изъята полицией. Сильно подозреваю, что передана тем людям, которые проникли в квартиру. По специфике действий могу сказать, что это НИС.

— Как интересно, — сказал президент. — И чем же их парень заинтересовал?

— Нам только этого не хватало! — выпалил его сын.

С самого момента создания в 1961 году, как Корейская секретная разведывательная служба (КSIS), в последствии переименованная в 1999 году в Национальную разведывательную службу (NIS), получила практически неограниченные полномочия в разведывательной и контрразведывательной деятельности. Подчиняясь только Президенту Республике Коре. И всё из-за окружающих буйных соседей: Синая и Ниппона, реально считающих и не особо это скрывающих, что территория Коре временно выбыла из-под их протектората.

Спецслужба работала в очень тесном контакте с «MI 6» (официальное название — Секретная разведывательная служба, «SIS», — прим.). И как утверждали некоторые не особо лояльные государству Коре отдельные личности, являлась фактически подразделением английской спецслужбы.

Благо, что чеболи, находясь на особом положении в стране, контролировались и находились под надзором чиновников высокого ранга из «Синего Дома», с дублирующим надзором со стороны Верховной прокуратуры республики Коре.

Соответственно, от произвола и контроля со стороны НИС чеболи были ограждены! Но сталкиваться, а в особенности конфликтовать с НИС у конгломератов особого желания не было.

— Точно не прокуратура? — с надеждой спросил Хан Пек.

— Работники прокуратуры так не действуют, — ухмыльнулся Ан. — Об их прибытие и обыске узнали бы все жильцы. Вы же знаете, как они любят подобные «представления».

Сын президента поморщился, из-за того, что это были не прокурорские работники. Он имел прямой выход на прокурора г. Сеула, о чём знали единицы. Что помогало решать разные щекотливые вопросы «Корпорации Юн». И было бы странным, если бы прокурор вёл себя по-другому.

Родственники его жены: сестра и брат — оказались очень «удачиливыми» инвесторами' в недвижимость. И с момента назначения их зятя прокурором г. Сеула, они приобрели в собственность несколько десятков объектов жилой и нежилой собственности: часть реализовав, а часть — очень выгодно сдав в аренду.

Интересным было то, что недвижимость была куплена в рассрочку у нескольких компаний, зарегистрированных на Таиланде, и выкупивших собственность у «Корпорации Юн», а потом просто растворившихся в пространстве и времени. Успев получить от родственников прокурора всего половину стоимости за недвижимость.

— Тогда где сейчас этот парень обитает? — уточнил президент.

— В районе Добонг, где была назначена встреча, — ответил начальник СБ. — Только точного адреса мы не знаем, — тут же повинился он, недовольно поморщившись. — Проследить за ним не получилось.

Два сотрудника СБ, приехавшие отдельно от кортежа Чанми на неприметной машине, и которых Джун не видел в лицо, отправились за ним, как только он вышел с девушкой из кафе.

— Упёртые какие, — неодобрительно повёл головой Джун, когда вычислил этих «топтунов» на раз-два. И отправив Ёнджин в проулок, сам дождался преследователей, а потом уложил вырубленных горе-сыщиков рядом с мусорными баками.

«Показал зубы», не более того. Район не настолько велик — найти их для службы безопасности чеболя особой сложности не представляет. Так что вопрос о смене места проживания встал ещё острее…

— Счета, место работы? — спросил президент.

— Всего один счёт в банке «Han Seong Bank». Информацию по количеству денежных средств нам не выдали, но сказали, что денег там почти нет. По непроверенной информации, этот парень со своими друзьями посетили также агентство «JYP Entertainment», и компании’AfreecaTV' с «KakaoTalk».

— Этот контракт с тем же самым агентством, что у Чанмни, — это случайность или целенаправленное действие? — президент Пак Хо многозначительно посмотрел на сына.

— Я не особо силён в хитросплетениях в шоу-бизнесе, — говорил Ан, — Помимо песни для Чанми, парень продал права на ещё два произведения. Люди Ли Су Мана никогда бы не заключили контракт с откровенной посредственностью. Значит, какой-то талант у него имеется. И его приход в это агенство — случайность.