Ссорится с ним дураков в агентстве не было!

Тем более, что совсем недавно, его бывший руководитель в одном из отделов Министерства культуры, спорта и туризма Республики Коре (MCST), лично рекомендовавший Кван Сана на работу в КОМСА, получил должность заместителя министра. И раз в месяц играл в гольф с руководителем КОМСА.

Бывший подчинённый заместителя министра не забывал своего руководителя: присылал ему дорогие подарки на разные праздники и отправлял благодарственные смс-сообщения. Одно наличие телефонного номера заместителя министра у Квана Сана говорило для знающих об этом о многом!

Так что небольшая просьба Кван Сана — в кратчайшие сроки оформить авторство, после получения текста песен, фото документов Джуна, а также видео на флешке с исполнением песен, была выполнена в кратчайшие сроки.

Сегодня утром Кван Сану принесли подготовленные документы и сертификаты на оба произведения. С небольшими процедурными нарушениями: заявление на подтверждение авторства, должен был заполнить сам автор либо юрист по его поручению. Но если просил Кван Сан, то никто даже не стал поднимать вопрос о прибытии автора лично.

При оформлении документов сотрудников смутили тексты песен на английском языке, но переводчики в агентстве имелись, так что это не стало проблемой.

Отношение к английскому в Коре было очень уважительным, но вот исполнение песен на этом языке не приветствовалось, из-за его сложности для корейцев. Выучить старались многие, но получалось далеко не у всех. Исполняемые на английском песни редко занимали высшие строчки в различных чартах.

Десятки тысяч школ по изучению английского языка, помогающих единицам научиться разговаривать на нём. И тысячи корейцев, что уезжали в Великобританию, чтобы выучить язык, общаясь с его непосредственными носителями.

Не самые лучшие ценители музыки, а всё те же скучные бюрократы в КОМСА, за очень редким исключением, прослушав песни, посчитали, что они из себя ничего не представляют.

Кван Сан имел схожее мнение, но в этом случае он лишь выполнил услугу для братьев, которая для него обошлась относительно дёшево. Собственные потраченные деньги он посчитал неизбежным злом. Однако был удивлён, когда сотрудник, принёсший ему оформленные документы, поделился кое-какой информацией.

— Подскажите, а в документах будет псевдоним и фамилия автора, да? — раздался голос Чон Хо, прервавший размышления Кван Сана.

— В самих сертификатах — да! А вот если где-то в общем пространстве: инфосети, СМИ или ещё где, фамилию можно не указывать, а только псевдоним. Это уже автор решает или лица, получившие такое право.

— Я понял вас, спасибо, аджосси.

— Ты знаешь, — сказал Кван Сан. — Музыка для меня не особо важна. Отношусь к ней сдержанно, но сегодня с удивлением узнал, что в пятницу с этими песнями выступили какие-то парни в районе Хондэ. И обрели популярность.

— Это мы были, — с удовольствием и небольшой гордостью сказал Чон Хо.

— Оу, ну тогда поздравляю, — действительно обрадовался за парней Кван Сан. — Только помни, если денег на этом заработаете, то оплатишь долг, — засмеялся чиновник, совершенно не ожидая возврата денег. — Кстати, я также направил сообщения об авторстве по вашим песням в Корейскую комиссию по авторским правам (KCC, — прим.).

В своё время Кван Сан стоял перед выбором: работать в КОМСА или КСС, но выбрал именно КОМСА, по настоятельной рекомендации своего бывшего босса. Тот расставлял своих людей везде, куда могли дотянуться его руки и влияние. В том числе, он имел своих людей в КСС, но на тот момент освободилось место начальника отдела в КОМСА и руководитель попросил Кван Сана устроиться именно туда.

— Благодарю, аджосси, — тут же сказал Чон Хо. — Конечно, если всё будет хорошо, ты я обязательно верну долг. Клянусь вам в этом.

— Хорошо! — рассмеялся Кван Сан. — Жду в четверг, — после чего положил трубку.

Чон Хо заорал от избытка чувств, переполошив Джуна, собиравшегося выходить на улицу, а также Сон Хо, который слетел со второго этажа, услышав дикие крики.

— Ты псих? — уставился на него Джун, не понимая, что происходит.

— Ты получил сертификат в КОМСА, как автор на две своих песни! — выкрикнул Чон Хо.

— Ну супер! — неодобрительно покачал головой Джун. — Только зачем так орать?

Братья были довольны тем, что Джун смог получить сертификаты на его песни. Поздравляя его, ведь они были действительно рады, что у него получилось. И его песни получили такой успех.

Джун продолжал ворчать, хотя внутренне ему было приятно, что братья так радуются за него. Показывать ему это не хотелось, тем более, что пора было деньги зарабатывать. Так что он оставил радостных парней и покинул дом.

Кван Сан был в отличном настроение, после разговора с Чон Хо, и собрался приступить к работе с документами, как в агентство явился неприятный визитёр.

Все три отдела на этаже располагались в «open-air» (офис открытого типа, — прим.), где рабочие места были разделены перегородками, высотой в полтора метра. Не считая рабочие места руководителей отделов, которым были выделены отдельные кабинеты. Отгороженные от других сотрудников перегородками до самого потолка. Полтора метра из которых были из гипсокартона, а выше — прозрачное стекло. Это давало возможность руководителям укрыться от глаз подчинённых, усевшись на кресло. И также спокойно проследить за их работой, просто встав на ноги. Имелись жалюзи на прозрачной перегородке, которые можно было закрыть, не давая возможность рассмотреть, что происходит в кабинетах руководства.

Услышав поднявшийся шум со стороны рабочих мест подчинённых, Кван Сан встал с кресла и увидел неприятную личность — представителя агентства и адвоката «YG Entertainment», прибывшего к ним с утра пораньше:

— В пятницу на разных сетевых ресурсах были выложены десятки видео с исполнением двух песен, — уверенно говорил этот господин сотруднику отдела приёма документов, усевшись перед ним на стул. — На них некие молодые люди исполняют две песни. Наш юридический отдел внимательно изучил выложенные видеофайлы. И сделал вывод, что эти произведения очень сильно похожи на произведения одного из наших наёмных сотрудников.

Холёный мужчина, тридцати семи лет, одетый в дорогой европейский чёрный костюм. Выделяющийся галстук красного цвета, с золотым зажимом. Идеальная причёска: волосок к волоску, лощёное лицо. Из-под манжеты ослепительно белой рубашки на левой руке выглядывал браслет швейцарских часов. В правой руке кожаный добротный и однозначно недешёвый портфель.

Кван Сан поморщился, увидев данного господина. Попортивший немало крови лично ему и другим сотрудникам КОМСА.

Наглый, самовлюбленный господин. Считающий людей ниже себя по социальному уровню — откровенным мусором. Соответственно, служащие КОМСА, общающиеся с ним, любви к нему не испытывали. И с удовольствием бы затруднили его работу, но просто боялись выйти за рамки предписанной процедуры по регистрации. Из-за того, что данный господин легко мог устроить скандал на равном месте.

Открыв свой кожаный портфель, представитель агентства вытащил футляр с компакт-диском, скреплённые листы А4, а также ручку «Паркер»:

— Файл называется «Плагиат», — сказал с превосходством адвокат, протягивая диск сотруднику ассоциации. Также пододвигая к нему скреплённые документы. — Это наша заявка и претензия.

Сотрудник с непроницаемым лицом взял бокс, открыл его, вытащил диск и вставил его в дисковод на своём системном блоке под столом. Нашёл указанный файл, а потом нажал воспроизведение.

Из динамиков, стоявших на столе рядом с системным монитором раздалось музыкальное произведение.

— Эта та песня, которая сейчас в самом топе? — работник ассоциации сразу опознал песню, посмотрев на представителя агентства.

— В воскресенье были репортажи с показом видео на каналах «KBS 2» и «MBC Music», — подал голос коллега за соседним столом. — «KBS 2» пару фраз сказали, а вот на «MBC Music» очень даже хвалили.