Чанми, идиотка, забыла телефон, а кричать на неё Мина себе не могла позволить. Понимая, что орать на представительницу чеболя — чревато проблемами.

— Добрый день! Простите, сонбэним. Простите, — спустившись на второй этаж на лифте, троица бегом добралась до студии.

Заскочив в помещение, Чанми стала извиняться перед беспристрастным Ким Соном, облагодетельствовавшего её кивком, и звукорежиссёром, а также Чон Паком. Она даже не посмотрела, кто за стеклом и не особо обратила внимание на молодого парня с телефоном в руках.

— Привет, симпатичная! — микрофоны в студии донесли слова Джуна до всех, кто был в комнате. И он ещё фривольно помахал ей правой рукой.

— Что? Ты что тут делаешь? — поворот головы и девушка увидела того, кого здесь никак не представляла увидеть в принципе.

Приоткрытый рот и широко раскрытые глаза говорили о её сильнейшем удивление, когда она увидела в студии звукозаписи Джуна, который улыбаясь смотрел на неё!

— Уважаемая агасси, Чанми, — раздался голос Ким Сона. — Потом всё выясните, а сейчас мы здесь не за этим.

— Простите сонбэним, — пришла в себя девушка, понимая, что её вопросы сейчас неуместны: не здесь и не при сотрудниках агентства.

— Я спою одну песню, а ты мне скажешь, нравится она тебе или нет, — улыбнулся этот наглец из-за стекла, а потом ещё подмигнул.

«Ах ты, кесэкки!» (придурок, — прим.), — гнев просто разрывал Чанми, которой очень захотелось взять чего-нибудь тяжелое и бросить прямо через стекло в этого наглеца и хама.

Пока девушка справлялась с приступом злости, Джун и Чон Хо, ещё до её прихода, не сговариваясь вцепились в находящиеся здесь же гитары фирмы «Fender» с удовольствием пробуя инструменты. Здесь же были не менее знаменитые производители, но на них не обратили внимания. И успели сделать пару проигрышей, когда в студию ворвались запыхавшиеся женщины.

Благо, Чон Хо подобрал аккорды и несколько раз репетировал исполнение третьей песни. Так что у них всё должно было получиться.

Сон Хо с восторгом уставился на прибежавшую в сопровождении двух женщин Чанми. Он узнал её, а потому вдвойне удивился, когда Джун достаточно просто обратился к приоткрывшей рот девушке.

Мина Квон и Ким Сон очень подозрительно уставились на Чанми, узнавшей молодого наглеца, показав это при всех. И его фамильярное обращение к ней, без уважительных обращений

Обоим сильно захотелось поставить на месте наглеца, который обращался к Чанми подобным образом, но присутствие молчавшего Ким Сона, никак не отреагировавшего на подобное отношение к девушке, заставило их промолчать.

Чанми непроизвольно сглотнула…

У неё так много вопросов к этому наглецу, но задавать их сейчас — не время и не место. Взгляды женщин и Чон Кана, направленные на неё, говорили о многом. Взгляд Ким Сона, направленный на молодых парней, но не на девушку, говорил о ещё большем.

Вопросов у всех присутствующих к ней ещё больше. И они потребуют ответы на них. Вывернут её наизнанку, чтобы узнать, откуда она и Джун знают друг друга, а также при каких обстоятельствах они познакомились.

Чанми могла показать свои зубки — девушки, родившейся с золотой ложкой во рту, но её хорошо воспитали родители. И ругаться с представителями руководства агентства было бы для неё чреватым.

Просто могли вежливо и со всем почтением к ней и её семье, попросить на выход, несмотря на успешность группы. Второго шанса стать айдолом ей бы никто не дал. И даже дед бы не пошёл на такое.

— Я это… — девушка попыталась предвосхитить поток вопросов, но тут раздался голос молодого наглеца:

— Мы можем начать, — взгляд Джуна поймал глаза Чанми.

— Давно пора, — проворчал Кон Нам, получив возмущённый взгляд от помощника исполнительного директора. — Работы полно, а тут ещё вы, — его пальцы легли на огромный, студийный микшерный пульт и начали порхать, как пальцы музыканта по клавишам пианино: — Начали!

— Эта песня называется «Если это Ты…» — сказал Джун, любовно притронувшись руками к струнам гитары:

'왜 너에겐 그렇게 어려운지

애를 쓰는 나를 제대로 봐주는 게

너 하나에 이토록

아플 수 있음에놀라곤 해'

'Почему тебе так сложно заметить

Мои попытки, сблизиться с тобой

Я не знал, что могу так сильно страдать

Из-за тебя. Все мои дни превратились в борьбу'

https://rutube.ru/video/b6e67cf91b47092cdbec6d96e70b24f9/

(Jung Seung Hwan — If It Is You)

Медленная и тягучая мелодия с первых аккордов раздалась из динамиков в студии режиссёра, обволакивая присутствующих своей притягательностью.

Первый же куплет заставил затрепетать женские сердца, но две из них, постарались не подавать виду, что их затронула эта песня.

Чанми не заметила, как пальцы сжались в кулачки, а руки прижались к груди. Её взгляд не отрывался от Джуна, поющего о девушке, влюблённой в парня, который совершенно не отвечает ей взаимностью. Низкий голос, текст — всё это мгновенно вызвало у женской части зрителей увеличение влажности в глазах.

Развалившийся в кресле Ким Сон внешне был абсолютно спокоен, но внутри мгновенно подобрался и внимательно вслушивался в текст песни, прислушиваясь к мелодии со всё возрастающим профессиональным интересом.

«Над этим ещё работать и работать», — заключил исполнительный директор: «Но потенциал…» — внутреннее чутью буквально вопило о том, что это надо брать за любые деньги. Это произведение однозначно будет хитом. Аранжировка музыки, профессиональная работа музыкантов и звукорежиссера сделает из этой песни шедевр.

У звукорежиссёра Кин Нама на лице отобразилась заинтересованность, при этом он не забывал «творить» на своём пульте, сдвигая регуляторы эквалайзера и фейдера. Выбирая наилучшее звучание музыки по его мнению.

Низкий, но сильный голос Джуна оказывал влияние на зрителей, кое у кого вызывая внутренний трепет, а кое у кого — мурашки по коже. Голос Чон Хо на заднем фоне поддерживал и подчёркивал голос Джуна.

Наконец последний куплет и воцарилась тишина…

— Мне нравится, но! Не формат, — выдал своё профессиональное мнение Ким Сон.

— Соглашусь с вами, — сказал Чон Кан, поклонившись.

— А-а… — хотела спросить Рина Хо, но получила тычок локтем в бок от Мины Квон, понявшей сразу, что имели ввиду большие начальники.

— Как думаете? — спросил исполнительный директор у звукорежиссёра.

— Стихи и мелодия — хорошие, — спокойно ответил тот.

Это было верх похвалы от это желчного, циничного человека. Помимо своего профессионализма, обладавшего исключительным чутьём на возможную популярность того или иного музыкального произведения.

И он очень редко ошибался!

— Ну как тебе? — из-за стекла подмигнул улыбающийся Джун, не сводящий глаз с замершей Чанми.

— Холь, — прошептали её губы. — Я…

— Давай вдвоём споём? — это предложение ещё больше выбило девушку из себя.

— Но я… — она хотела, дико хотела спеть именно эту песню…

Она посмотрела на исполнительного директора, его заместителя и обеих женщин. Ожидая решения по внезапному предложению от Джуна. Не решаясь сама попросить об этом.

— Иди! — Мина Квон увидела еле видимый кивок от Ким Сона и пихнула локтем в бок Чанми.

— А текст? — испуганно спохватилась Чанми, вошедшая к двум улыбающимся ребятам в студию.

— Есть у меня. Только ты этого… — Джун смутился, но потом вытащил из кармана «худи» сложенный лист бумаги.

— Шибаль! — выдохнул Чон Хо, увидев этот помятый и замызганный клочок бумаги.

— Ну не было другого, — пожал плечами Джун, прекрасно поняв обвинительный взгляд старшего брата.

— Ничего, мне нормально, — заявила Чанми, выхватив из пальцев парня листок и жадно впиваясь взглядом в текст.

— Вообще, поёт парень, но я исправил текст для девушки, — палец Джуна ткнул в текст.

— Всё вместе поём? — спросила девушка,

— Тебе решать, — пожал плечами Джун. — Я могу спеть первый куплет, ты — второй. Затем опять я, потом — ты. А последний…

— … Вместе, — перебила Чанми парня, посмотрев на него искрящимися глазами и тут же смутилась.