— И всё равно! — начал горячиться старший брат, продолжая спор с заместителем. — Предложенный вами процент слишком низкий. Не забывайте, что Джун не только автор стихов, но и музыки. И я точно знаю, что проценты получают создатель стихов и создатель музыки. Таким образом, каждый получает по 9%, а вы 5% предлагаете за два текста песен и саму музыку. Фактически в два раза уменьшив проценты!

— Повторюсь, — поморщился Чон Кан, понявший, что парни оказались не дураками, раскусив небольшой обман по цифрам. — Вы никому не известны! И мы готовы принять ваши условия: по 5% за стихи и музыку, но не повышать процент до 9.

Раздражённый тем, что его поймали на небольшой уловке, Чон Кан всё сильнее злился, желая поставить сопляка на место. Ему мешал сделать это утренний разговор с исполнительным директором агентства Ким Соном.

— Наш аналитический и «PR» отделы считают, что у песен очень хорошие перспективы, чтобы выйти в топ большинства цифровых музыкальных площадок: «Melon» (музыкальный онлайн-магазини сервис потоковой передачи музыки, — прим.) и Genie Music (компания, специализирующаяся на звукозаписи и распространении музыкального контента, — прим.). Эти песни за несколько дней вошли в тридцатку самых прослушиваемых. Повторю — всего за несколько дней, считая с выходными! — добавил Ким Сон.

— Мои действия, сонбэним? — решил уточнить Чон Кан, видя, что исполнительный директор испытывает какие-то сомнения.

— Скажем так, — ответил тот. — Если автор или авторы не пойдут на наши условия, то агентство готово пойти навстречу. И увеличить процент отчислений. Но! — добавил он. — В разумных пределах. Вы всё поняли?

— Да, сонбэним, — поклонился Чон Кан…

— Поэтому! — раздался голос Чон Хо, вернувшего помощника в реальность. — Не меньше 30 % за обе песни, — он решил не мелочиться.

— Извините, но это неприемлемо, — отрицательно помотал головой Чон Пак. — Если бы ещё ваш автор был айдол, — холодная улыбка, выражавшая несерьезность сказанного, — то тогда бы ещё можно было о чём-то говорить. Хотя… мог бы стать у нас в агентстве трейни, тогда мы бы ещё подумали. И то, за это потребуется соответствующая оплата.

— А кто вам сказал, что я хочу быть айдолом? Я и трейни-то не хочу быть! — внезапно подал голос Джун. — И кстати, полностью продавать песни… Я в общем-то тоже — не хочу!

Это прозвучало для Чон Кана как гром среди ясного неба.

— Простите? — его расширившиеся глаза и поднятые брови показывали, что он удивлён, раздражён и еле сдерживается от крепких выражений. Его помощница вообще рот приоткрыла от таких известий.

— Я чётко выразил свою позицию, — спокойно заявил Джун, не желая повторяться.

— Извините, что значит не хотите полностью продавать песни?

— Насколько я знаю, — начал Джун. — Я могу продать вам полные права на какой-то срок. Я прав?

Пока они сюда ехали, Джун залез в инфосеть и посмотрел общую информацию по вопросам авторского права и продажи произведений. Удостоверившись в очередной раз, что подобное возможно в Коре. Поэтому озвучил свои желания. Ему показалось, что это принципиальный момент, хотя сделал это больше из чувства противоречия, чем необходимости. Сомнения в собственном авторстве у него присутствовали, но и отдавать агентству всё, лишь потому что они так хотят, — не собирался.

— Простите, но такие условия нас не интересуют, — Чон Кан категорически был против такой постановки вопроса. — Мы хотим приобрести полные права на произведения, без каких-либо временных сроков.

— Это нас не устраивает, — подключился Чон Хо, поняв и приняв позицию Джуна. — Что насчёт продажи прав на срок в четыре года? С правом автора исполнять их самому в течение этого времени.

— Это даже не смешно! — тут же заявил Чон Кан.

Его вообще никакие временные рамки не устраивали, о чём от тут же заявил. Получив в ответ от Чон Хо несогласие с такой позицией агентства.

Спорили до хрипоты — выпив всю воду на столе. Рин Хо предложила чай или кофе на выбор, а потом сходила за кофе для всех и принесла ещё несколько бутылок воды по 0,33 л.

Время шло, а к консенсусу они никак не могли прийти.

Чон Кан понял, что клиенты попались упёртые, а самостоятельно решить вопрос по срокам — это вне рамок его полномочий:

— Простите, но я вынужден покинуть вас на некоторое время, для получения инструкций, — поднялся и вышел из переговорной.

Быстро направившись в кабинет к большому начальству.

— Это нас не очень устраивает, — недовольный взгляд Ким Сона выражал его позицию. — С увеличением процентов я согласен, но вот покупка прав на несколько лет, а не полностью — это неприемлемо.

Чон Кан неожиданно и без уведомления, посетил его кабинет, выглядя очень раздражённым. Изложил позицию автора на идущих переговорах. Заставив Ким Сона задуматься на некоторое время, пока его помощник стоял перед ним:

— Хорошо, скажите им наши условия…

Заметно успокоившийся Чон Кан вернулся из в переговорную спустя пятнадцать минут и заявил, что агентство готово выкупить права на песни на 5 лет. И готово дать право Джуну исполнять их, но без получения за это денежных средств.

Чон Хо посмотрел на Джуна, который спокойно кивнул, решив согласиться с этими условиями, устраивающими его в полной мере.

Соглашение можно было бы считать состоявшимся, но тут же возникли новые разногласия по процентам отчисления «авторских» Джуна…

— Не менее 28 %! — гнул своё Чон Хо.

— Вы, видимо, ещё слишком молоды, — намекнул сотрудник агентства на возраст Чон Хо. — Не понимаете, что и это много! Мы готовы предложить 22 %. Наши затраты будут огромны, а вот доходы будут или нет — этого никто не может сказать.

— Сонбэ, Чон Пак, я читать умею, в инфосети есть информация о доходах вашего агентства и из чего они формируются.

Ещё лет пять назад, агентства и подобные им компании, категорически были против предоставления подобной информации на общественное обозрение. Всячески препятствуя принятию законов об обязательном опубликовании своих доходов и расходов, используя все возможности для этого. Какое-то время им это удавалось, а потом начались «сливы» в инфосеть. Сначала один, потом другой…

Средства массовой информации, а в особенности общественность так насели на агентства, что те были вынуждены подтвердить информацию, а потом начать предоставлять её на регулярной основе.

Только информация по рекламным контрактам продолжала скрываться. И то, «добрые» люди регулярно выкладывали эту информацию в сети.

По сложившейся в Коре практике, авторам произведений платили авторский гонорар (механическое роялти) только с физических продаж альбомов. В среднем он составлял 9% от общей выручки, которая распределяется между теми, у кого есть авторские права: поэты и композиторы. Остальной 91% уходили тем, кто продвигал произведения: агентствам, рекламным и телевизионным компаниям, и сайтам в инфосети, продвигающим произведения.

Спор продолжился ещё минут пятнадцать: один опускался на один процент, а другой, соответственно, — поднимал на тот же процент.

— Двадцать восемь! — настаивал Чон Хо

— Двадцать три! — не уступал Чон Кан.

Краем уха отслеживающий беседу Джун откровенно скучал и от безделья стал рассматривать фотографии на стене.

— Подскажите, а вот эта девушка… — из висящих на стене фотографий Джун выделил одну, с очень знакомой мордашкой и цветом волос.

Это фото группировалось с ещё четырьмя фотографиями молодых и красивых девушек.

— … Это же Чанми, да? Ну её так зовут, — встал и обошёл стол.

— Это айдол Чанми Юн, она «вижуал» к-поп-группы «Genesis», которая принадлежит нашему агентству, — гордо заявила Рина Хо, удивлённая активностью Джуна, но гордо заявившая об успехах собственной компании: — Девушки рядом с ней — это мемберы группы, — поспешно добавила она.

— Да! — кивнул недовольный Чон Кан, озабоченный процессом переговоров, а тут это отвлечение на какие-то фотографии.

В голове у Джуна забрезжила одна идея, которая однозначно может не понравится представителям агентства, но… это будет однозначно забавно. И будет интересно посмотреть на то, как отреагирует эта рыжая зеленоглазка.