- Мам, смотри как я умею!

Пятилетний сын забрался на лавочку и хотел спрыгнуть.

- Влад! Опять разобьешь колени! - Вера пытается схватить мальчика, но он смеясь, прыгает с лавки и не удержавшись падает.

- Больно? Ох, горе ты мое! - мать достает влажные салфетки и вытирает сыну руки.

Влад, когда падал, выставил руки перед собой и содрал ладони.

- Мужчины не плачут, - говорит сын и пыхтит, чтобы не разреветься.

Холодок пробежал по спине. Мир оставил их в парке, а сам пошел до банкомата. Жили они теперь скромнее, под чужими именами. Часто переезжали, сменив за пять лет несколько регионов. Мирослав объяснил Вере, что их сына могут забрать силой. Ради ребенка Вера была готова на все... Ведь Влад ее радость, ее сердце с зелеными глазами и светлыми кудряшками на голове. Еще сын - шило в одном месте. Вечно куда-то лезет, испытывая терпение родителей.

Сейчас, непонятное чувство тревоги било но нервам. Вера внимательно кидала взгляды по сторонам, стараясь сильно не дергаться.

- Обними меня за шею, сынок, пойдем папе навстречу.

Что-то долго мужа не было, Вера начала волноваться.

Вера, беги! - поступил сигнал в мозг, когда она увидела за спиной мужа незнакомых мужчин. Схватив ребенка, женщина побежала к детской площадке, надеясь, что за деревьями ее не успели рассмотреть.

- Играем в прятки, малыш, - сказала Вера сыну. - Ты сидишь в домике и отзываешься только на мой голос и больше ничей!

Сын внимательно посмотрел ей в глаза и кивнул. Мама часто играла с ним в эту игру. Влад должен был прятаться, и чтобы не случилось, сидеть тихо и не высовываться. В кармане сына всегда была записка, по какому телефону позвонить, если родителей не будет рядом. Вера написала там телефон своего отца.

Сейчас она должна увести преследователей подальше от сына. Отбежав от детской площадки на двести метров, Вера, уже не скрываясь, шла по аллее, глотая слезы. Путь был отрезан. Женщина попятилась и с разворота, уткнулась в чью-то грудь. Медленно подняла глаза. Ей хотелось закричать. Перед ней стоял тот, кто мучил ее во снах жаркими объятьями. Тот, кого она сейчас боялась до смерти.

- Здравствуй, Вера, - хриплый голос вызвал табун мурашек, подняв весь волосяной покров кожи.

- И тебе не хворать, - кивнула и заставила себя натянуть улыбку.

Грудь Яра часто вздымалась. Он словно принюхивался, сканируя ее взглядом с ног до головы.

- Вера, где мой сын? - вопрос пробил в самое сердце.

Молодая женщина дернулась, как от удара, побледнев еще сильнее.

- Наш с Мирославом сын в детском саду... Где твой - тебе лучше знать!

- Не играй со мной, девочка! - Яр схватил женщину за руку и тряхнул.

- Отпусти! - шипит Вера и начинает отбиваться кулаками.

Ни один мускул не дрогнул у мужчины. Он смотрел, как в его руках трепыхалась такая красивая и очень желанная женщина. Запах молочной карамели заполнил его легкие и процесс был уже неотвратим. Он хотел ее до боли в суставах, до скрежета на зубах. Без нее был ад...

- Отпусти мою маму! - раздался тонкий голосок, и что-то врезалось ему в ногу.

Ярослав скалясь в улыбке, наблюдал, как маленький защитник, бросился защищать свою мать. Он пинал и лупил кулачками превосходящего противника. Вера застонала, закрыв глаза ладонью. Держа одной рукой женщину, быстро нагнулся и подхватил белокурого малявку. Такие же зеленые глаза пылали гневом. Как маленький зверек он зарычал и впился зубами в плечо Ярослава.

Яра обуяла гордость за сына. Вот, это мужчина растет! Мелкий кусака уже прокусил кожу и все не унимался. Вера беспомощно смотрела, как на белой рубашке проступили пятна крови.

- Влад, прекрати! Это твой дядя Яр!

Сын замер и скосил глаза на мать, не вынимая зубов. Потом поднял глаза на мужчину и прищурился. Разомкнув челюсть, спросил:

- Я видел, ты мою маму обижал! - пыхтит прямо в лицо Яру.

- Твою маму я никогда в жизни не обижу, парень, - глава клана, развернулся и пошел, неся сына на руках.

Он не оглядывался. Знал, что Вера семенит за ними. Эта девушка мать-тигрица - до селе неизвестный ему вид. Она разорвет за своего детеныша. Их женщины безвольно отдавали своих сыновей на воспитание, чтобы те стали воинами. Вера будет драться за сына до последнего вздоха.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Нас с мужем разделили и доставили разным транспортом: личный самолет главы, до которого Яр не выпускал сына из рук. Влад часто оборачивался, заглядывая мне в лицо. Малыш ловил отголоски страха. Хмуро рассматривал Яра.

- Поговорим? - Вера решила не тянуть.

- Давай, - Яр, передал сына в другие руки. Пожилой мужчина, который взял мальчика сумел его заболтать, показывая в окно удаляющуюся землю.

- Неужели, ты хочешь для него такую судьбу? - отпираться, что это не его ребенок - было бессмысленно.

- Мы с Миром сделали все, чтобы защитить его. Что сделаешь ты? Отдашь на выживание этим шакалам? - Вера с трудом сдерживала гнев.

- Все изменилось. Я теперь и есть закон! Как скажу, так и будет!

Веру обдало жаром. Мир рассказывал о кровавых расправах Ярослава. Ее ангел - жестокий убийца, от которого не жди пощады. Но ей было все равно на себя. Она не отдаст сына без борьбы - все это считывал глава клана, в ее сверкающий гневом глазах, и скалился довольно. У него в руках был теперь пульт управления Верой и братцем. Они погрузили его в страдания и муки. Яр почти сошел с ума от потери любимой женщины и брата. Эти двое заплатят за все! Они хлебнут свой же коктейль, под названием "потеря жизненно важного".

Яр вернет свою женщину, чего бы это ему не стоило. Он будет топить их чувства напоказ. На что способен брат, чтобы отстоять свое или смириться, отойдя в сторону. Предстоящая игра будет со вкусом сладкой мести.

Пора расчехлять навыки выживания - думала Вера. Это раньше она была беззащитна перед ним: слепо влюблена... А он ее отдал, как мешок картошки, как вещь какую ненужную, просто подарив. Злость делала Веру сильнее. Его чары на нее перестали действовать... пока в глаза не смотреть.

- Как ты нас нашел? - пытается выяснить Вера, где они прокололись.

- Детская поликлиника. Наша кровь особенная. Не даром ее называют "золотой". Не учтенный ребенок был проверен.

- В смысле, особенная? Я знаю четыре группы крови, с резус факторами..., - Вера часто заморгала.

- А ты вспомни? - Яр прищурился.

Господи! У Влада резались зубки, воспалилось десно и пришлось разрезать. Их отправили, перед этим на сдачу крови. Три раза пришлось сдавать - не могли сразу определить группу: сначала она была третьей, потом анализ показал четвертую положительную.

- Тебе нравится мне делать больно? - спросил тогда сын лаборантку, которая уже истыкала его бедный пальчик.

- Малыш, тетя не виновата, - успокаивала я сына.

Но Влад все равно смотрел на медсестру, как на врага.

- Я тебе больше скажу, Вера, - Яр нагнулся ближе, впиваясь в лицо зелеными омутами. - Ты - одна из нас!

Чтоооо?! Да быть такого не может! Я из нормальных людей - хотелось крикнуть Вере, но она сдержалась. И сын ее не станет таким ужасным! - дает обещание себе.

Весь полет Яр рассматривал женщину. Вера изменилась. Не было больше той девочки, восторженно смотрящей на него. Перед ним была уверенная в себе женщина. Округлилась, там где надо. Исчезли пухлые щечки. Он помнил, как она улыбалась ему с ямочками на щеках... Хотелось вытряхнуть ее из тряпок и хорошенько все рассмотреть и пощупать. Не находил он ответа, что в ней такого, от чего братья Зотовы готовы убить друг друга ради нее.

Когда Мира взяли и положили на асфальт, он просил только об одном:

- Жену не трогай, Яр! Я за все отвечу! Только не ее!

"Жена" - смаковал Ярослав новое слово. Это слово наполнило слюной его рот. Зависть кольнула под ребра. Все это время брат наслаждался жизнью с женой... с его Верой, пока он подыхал в кромешном аду.