Аскольд понял, что уже ничего не понимает. Почему Эраст так странно себя ведет? Ведь всем давно ясно — в Эрмитаже "похозяйничал" кто-то из питерских подземных магов, которого теперь надо найти и призвать к ответу. Понятно, что он хочет выгородить своего коллегу, но какой смысл отрицать очевидные вещи?

— В общем, так, — Звенислава обвела глазами всех присутствующих. — У кого-нибудь из вас есть сомнения в том, что при ремонте Зимнего дворца применялась магия земли? И что маг, который это сделал, живет или, по крайней мере, раньше жил в Питере?

— Никаких, — резко ответила Ия. Аскольд молча кивнул в знак согласия с лесной чародейкой.

— Почтенная Вероника! — позвала Звенислава зазевавшуюся водную чародейку. Та вздрогнула и подняла на нее совершенно несчастные глаза:

— Да-да, конечно, я тоже так считаю…

— Тогда, я думаю, мое предложение устроит всех, — подвела лесовичка итог дискуссии. — Подземной общине следует немедленно заняться поисками того, кто устроил в Зимнем все это безобразие. Остальные общины должны будут, если понадобиться, оказывать им в этом всяческую помощь. О любом подозреваемом вы, Эраст, должны будете сообщать всей нашей комиссии. Возражения есть?

Возражения были только у Вечерковского, однако говорить о них он не стал и лишь еще сильнее поджал губы. Звенислава раздала каждому заседавшему волшебнику по копии принесенных ею бумаг и первой встала из-за стола. Остальные члены комиссии, радостные от того, что собрание, наконец, завершилось, поспешили последовать ее примеру.

— Почтенная Звенислава, благодарю вас за гостеприимство, — язвительно прошипел Эраст. Теперь уже он сделал акцент на слове "почтенная", намекая на далеко не юный возраст своей противницы. В ответ лесная волшебница натянуто улыбнулась.

Выйдя из домика, пятеро волшебников направились в разные стороны. Вероника, по-прежнему напряженно думающая о чем-то своем, прошла несколько шагов по тропинке и лишь после этого, спохватившись, щелкнула пальцами и исчезла. Вечерковский повернулся к своему секретарю, проворчал сквозь зубы, что сегодня тот ему больше не нужен, и скрылся за деревьями, сам же Владимир, слегка поклонившись, тоже растворился в воздухе. А Аскольд, уже собравшийся переместиться к себе в машину, но вспомнивший, что Ии придется снова пробираться через заросший хищными кустами парк, повернулся к металлической волшебнице:

— Прогуляемся обратно вместе?

Ия покачала головой:

— Не стоит. В моей общине это не принято.

— Я не сказал "Давайте я вас провожу", я просто предложил пойти вместе, — сам не зная почему, огненный маг попытался настоять на своем. — Не вижу в этом ничего, что бы унижало ваше женское достоинство.

— А я вижу. Вы его унижаете этой своей дурацкой иронией, — Ия яростно сверкнула на него глазами и, развернувшись, почти бегом бросилась в чащу лесопарка.

"Да не очень-то и хотелось!" — фыркнул про себя Тихомиров и во всех подробностях представил себе салон своего любимого "Москвича", одновременно особым образом сплетая пальцы рук. Через долю секунды он уже сидел за рулем.

Юрий Златов уже, наверное, в десятый раз обошел вокруг Медного Всадника, нервно поглядывая на часы. Где, интересно, носит Лилит, всегда прибегающую на свидания хотя бы на двадцать минут раньше условленного срока? И куда пропала Альбина, которая так не любит заставлять кого-то себя ждать? И, главное, какой черт попутал его, Юрия, устроить встречу с обеими девушками в одно и то же время?!

Впрочем, ответ на последний вопрос Златов и так прекрасно знал. Обнаружив, что Альбина предложила ему встретиться в тот же вечер, что и Лилит, он некоторое время раздумывал и, в конце концов, специально решил ничего не менять и пообщаться с обеими девушками одновременно. Один неприятный разговор лучше, чем два, посчитал Юрий, а к тому же, если одна из его "подопечных" начнет обвинять его во всех грехах, то другая вполне может заступиться за него из духа противоречия. А потому, перезванивая молодым волшебницам, чтобы окончательно уточнить время и место встречи, он уже намеренно позвал их обеих к пяти часам к Медному Всаднику. Тогда это решение казалось ему вполне разумным. Теперь же он с ужасом ждал, чем закончится эта авантюра.

Обе его бывшие подруги появились почти одновременно. Они подходили к памятнику с разных сторон и, увидев друг друга, весело рассмеялись: Лилит оказалась одетой в ультракороткую джинсовую юбку и полупрозрачную кофточку, Альбина — в деловой костюмчик, юбка которого была всего лишь на пару сантиметров длиннее, чем у огненной волшебницы.

— Вам тоже это носить запрещают? — все еще хихикая, спросила Лилит, подходя к Шороховой. Та со скорбным видом кивнула головой:

— У нас все только в брюках ходят.

— А у нас и брюки нельзя! — пожаловалась ее младшая приятельница, и девушки обменялись понимающими взглядами. Златов мысленно обругал себя — надо же, вообразил, что девчонки для него так вырядились, а они, оказывается, просто "оттягиваются", вырвавшись из своих магических общин, где царят чересчур строгие порядки! Впрочем, в следующий момент Лилит с Альбиной повернулись к нему, и молодому человеку показалось, что они все-таки рады были его увидеть, хоть и поприветствовали его довольно сдержанно. Сам же он, когда обе волшебницы оказались рядом с ним, вдруг почувствовал странное волнение, словно на короткий миг снова оказался вместе с ними на крыше Эрмитажа, которая вот-вот должна была рухнуть…

— Я так понимаю, ты нарочно нас вдвоем сюда пригласил? — подмигнула ему Лилит.

— Нарочно, как же иначе? — ответила за Юрия Альбина Шорохова. — Но вообще-то, оно и к лучшему. Мне все равно нужно поговорить с вами обоими. Я, правда, рассчитывала с каждым из вас пообщаться наедине, но, думаю, мы и так во всем разберемся.

— Так это что же, твоя идея была? — удивилась Лилит. — А мне Юра сам позвонил… — она непонимающе посмотрела на Златова, а потом опять на Альбину.

— Видимо, эта идея витала в воздухе, — усмехнулась Шорохова. — Ну так что, Лилит, выслушаем сначала, что Юрий нам скажет?

— Нет уж, — решительно заявила Лилит, — лучше ты начинай! Юрочка, ты ведь возражать не будешь?

Златов молча покачал головой — ему и самому было безумно интересно, что собирается сказать Альбина.

— Хорошо, — не стала спорить Шорохова, — только давайте куда-нибудь отойдем, а то здесь народу уж больно много. Вон, хотя бы на набережную!

Набережная у Юрия после недавних событий особого доверия не вызывала, но не объяснять же это девушкам! Он вздохнул и двинулся туда вслед за ними, украдкой разглядывая обеих своих спутниц. Они не виделись чуть меньше трех месяцев, и теперь Юрий с интересом разглядывал своих недавних "учениц". Сразу бросалось в глаза, что Лилит перекрасила волосы, и новый цвет шел ей еще больше старого. Хотя с точки зрения магов огненной общины, лучше ее пышная шевелюра от этого не стала: из ярко-рыжей прическа Лилит стала темно-красной. Да и Альбина тоже изменилась, внезапно понял Юрий. Только здесь дело было не во внешности, а в чем-то другом, неуловимом: наверное, в излучаемой ею уверенности в себе и своих силах. Тогда, весной их и в помине не было — была только сильнейшая, недоступная большинству людей боль. А теперь, когда неизбежное, как ей казалось, несчастье так и не произошло, когда стало ясно, что единственный близкий ей человек не умрет, она и сама словно бы возвратилась к жизни. И вновь стала тем, кем была до болезни отца — деловой и практичной личностью, привыкшей реально смотреть на вещи. А кроме того, за эти месяцы она успела поднабраться магической силы: ее белая с золотом аура так и сверкала на солнце, хотя все еще немного просвечивала. Впрочем, теперь у Юрия уже не было никаких сомнений — скоро этот ореол станет совсем ярким и плотным, а его обладательница, как и предполагала в свое время Фаина, сделается сильнейшей в городе чародейкой.