Из способов их остановить — Суворовы, импульсные гранаты и собственные тела. Радовало хотя бы то, что Секутор не развеялся. Иллиум не подвержен воздействию ни рун, ни технологий, так что корабль стал хоть и небольшим, но барьером. Всего метра два над уровнем песка. Падающий корабль погрузился в грунт практически на две трети.

— Огонь! — послышался резкий голос Гюстава. Его копьё первым оказалось у борта и открыло огонь. Портальная команда присоединилась на секунду позже. К сожалению, лишь несколько Восходящих Эллесара умели пользоваться земным оружием, учить остальных не было времени.

Врагов было столько, что целиться не приходилось. Достаточно было направить ствол и держать его. Подобный метод быстро показал свою неэффективность. Песчаные львы получали раны, по их телам текла кровь, но это практически не влияло на их настроение добраться до добычи. Скорее лишь сильнее злило как тварей, так и их седоков.

Намного эффективнее оказалось убивать наездников. Без них зверюги замедлялись, либо меняли направление, чем мешали остальным.

— По седокам! — одновременно с Гюставом закричал я.

Улюлюканье воинов пустыни приближалось, жажда первым вступить в битву и убить врага светилась в их глазах, а плётки нещадно подгоняли животных.

Прицельный огонь немного замедлил врагов, но не остановил. Полетели гранаты, а за ними в небо начали взлетать голубые цветы. В них вздымались красный от крови песок и части тел.

Невольно я оглянулся, чтобы понять, как дела у Аноры, Лейлы и Ниры. Эта троица разделилась и направилась каждая к своей цели. Но даже несмотря на огромную скорость, они преодолели лишь половину расстояния. Поле подавление всё же влияло и на организмы Восходящих. Слабость накатывала и отступала, замедляла движения.

Волну врагов не удалось задержать. Десяток пустынников перепрыгнули через борт секутора. Их встретил жидкий заслон из ослабленных Существ и Эллесар со своими воинами. И это оказался первый раз, когда я увидел истинного мастера меча в бою.

Анора, Маркус, Кайл и другие золотые Восходящие, с которыми меня сводила судьба, в основном развивали атрибуты ветки Разума или Духа, сейчас же я увидел того, кто пошёл по пути тела. Одновременно я осознал, что поединок с Эллесаром на нижних этажах Новы был не более чем проверкой. При желании он мог закончить бой меньше чем за секунду.

Эллесар поначалу медленно двинулся вперёд, но почти сразу перешёл на бег, а затем пропал в гуще врагов. Место, где он находился, можно было определить лишь по двум признакам. Там, где появлялся золотой Восходящий, высоко в воздух взлетали части тел и кровавые брызги. Это происходило настолько часто, что казалось, за гущей противников находится промышленный комбайн по измельчению органики. Ничего подобного мне видеть не доводилось. То, как действовал кинг, вызывало не просто удивление, а благоговение и страх.

Не прошло и пяти секунд, как десяток противников вместе с животными оказались изрезаны на части. Эллесар не остановился, перемахнул через борт и врубился в гущу врагов, практически моментально пропав из виду.

Хотелось наорать на кинга, что он слишком рискует, но быстро пришло понимание, что он всё равно меня не послушает. А возможно, у него есть свой план.

Последовать его примеру мы не могли. Даже сильнейшим Восходящим не хватило бы ни силы, ни скорости, чтобы провернуть подобное. Приходилось палить из Суворовых и забрасывать врагов гранатами.

Враги несли потери. Десятки гибли, их место занимали сотни. Их было слишком много. Также их нельзя было назвать бездарями. Метательные дротики, стрелы, ловчие сети летели в нас столь плотно, что не обходилось без ран.

Одна из стрел прошила плечо Флами. Серебряная Восходящая вскрикнула, её лицо перекосило от боли. Это увидели и враги, обрушив на неё целый ливень снарядов. Часть лезвий были покрыты тёмно-коричневой жижей. И к сожалению, два из них попали в Огненную. В живот и ногу.

Я и Вулкан рванулись к Флами одновременно, но мне пришлось отвлечься. Фэйт и Наоки, что стояли рядом, подверглись обстрелу. Пришлось действовать Дымом и отбивать снаряды. Гюстав и его люди уже вступили в схватку, как и Восходящие кинга. Звенел металл, крики слышались со всех сторон.

Всё больше фанатиков перемахивало через борт и бросалось на нас с перекошенными от ненависти ртами. Что неприятно поразило, так это разнообразие повязок и символов на одежде. В нападении принимали участие не один, не три — четыре Каравана, как думалось изначально, а более десятка.

— Ко мне за спину, — скомандовал я Наоки и Фэйту и сместился в сторону Вулкана, который закрывал Флами. Костя уже оказывал первую помощь Огненной. К сожалению, краснокожий гигант тоже не обошёлся без ранений. В ноге засели сразу две стрелы.

Заморозка не работала, также я не сумел призвать Аспекта. И чем дальше, тем сильнее нас теснили. Воины пустыни окружили корабль со всех сторон и потоком лезли на палубу. Запасные магазины к Суворовым заканчивались, и ситуация выглядела безнадёжной.

Даже золотой Восходящий явно замедлился. Я всё ещё видел кровавый фонтан над толпой врагов, но двигался он уже значительно медленнее. Вверх больше не взлетали части тел.

Отвлекаться было некогда, но взгляд зацепился за то, что делало нашу битву практически гарантированно проигранной. Каменистый холм всё ещё продолжал извергать врагов и с его склонов непрерывно спускались новые.

Засада оказалась организована не просто на золотого Восходящего, собранные силы внушали уважение. Восходящие без доступа к скрижалям и Звёздной Крови — всего лишь очень сильные и быстрые воины. Они не способны победить сотни себе подобных. И фанатики это отлично знали.

Упал Вулкан, его грудь пронзило копьё. Костя тут же выдернул соратника из первого ряда, заняв его место. Он хоть и не владел оружием на том же уровне, но по габаритам почти догнал самого большого бойца портальной команды.

Лицо Наоки перечертил удар и вспорол щёку, так что я теперь видел её белые зубы. Следом прилетело ещё две стрелы. Одна отскочила от броневой пластины груди и впилась в открытую ладонь, пробив её и засев в плоти. Вторая практически разрезало лицо надвое.

Азио не вышла из боя, рычала, скалилась. В глазах полыхнул такой гнев, что я чуть не отшатнулся. Из раны хлестала кровь, заливая лицо. Но она продолжала расстреливать противников и отбиваться клинком.

— Я в норме! — закричала Наоки и врезалась во врага. Короткий, не длиннее моей ладони кинжал азио вонзился в лицо ближайшего пустынника. Резкий рывок в сторону, и я услышал хруст позвонков. Враг обмяк и завалился на палубу.

Наоки не просто держалась. Она превратилась в фурию наподобие Ниры, когда есть только цель, а всё остальное не имело значения. В том числе и раны.

Только вот портальная команда — единственная, кто ещё не потерял бойцов. Копьё Гюстава лишилось двоих. Больше десятка из Воинов Эллесара уже лежали неподвижно в лужах крови.

Я ускорился до предела, выжимая из организма всё возможное. Пустынники падали один за другим. Вокруг образовался вал из тел, но я всё равно не мог сдержать волну. Будь со мной Аспект, возможно и получилось бы, ценой потери себя, но не тогда, когда враги лишь ненамного отставали от моей силы и скорости.

Дым с шелестом разрезал воздух, окатывая меня кровью, но и он лишился части своих сил.

— Шшш… — зашипел я от боли, когда один из врагов успел ткнуть меня длинным копьём. Он перерубил мне мизинец, так что сейчас тот повис на миллиметре кожи. Следующий резкий рывок рукой заставил плоть окончательно оборваться, так что кусок моего пальца улетел под ноги врагам.

Быстрое сближение, взмах Дымом, удар ногой в живот. Тело наполовину обезглавленного и сложенного пополам фанатика унесло назад, будто им выстрелили из орудия. Несколько воинов за ним упали, как кегли.

В этот момент я ощутил ни с чем несравнимое чувство. Будто задыхающийся под водой человек наконец оказался на поверхности и жадно вдохнул первый глоток воздуха. По телу пробежала волна жара, в голове на миг зашумело. Тело наполнилось силой.