Через пару минут от каши и мяса остались одни воспоминания, творог почему-то стал восприниматься дивным десертом, внутри стало разливаться такое сонно-спокойное состояние, а потом резко потянуло вперёд, что Неместов чуть на полу не уснул, уткнувшись в него клювом.

– Эк вас зоб перевесил, – усмехнулся Вран, а увидев исключительно изумлённый взгляд новоявленного ворона, пояснил: – Ну, зоб! Птичий! Вы же сейчас птица.

Стон несчастного типа был воспринят Враном с истинно вороновым хладнокровием – и чего так уж страдать-то по ерунде?

Правда, через пару минут, пристроенный на спинку очередного стула, Никита Иванович уже спал глубоким сном, а во сне… летал, расправив крылья в бескрайнем небе.

Сон Неместова и закончился внезапным полётом – со спинки стула на пол, хорошо ещё, что в комнате был ковёр.

Никита долго не мог понять, что это с ним, хлопал крыльями, пытался проснуться, стряхнуть с себя это безобразное сновидение, а потом вспомнил!

– Да это же мне не снится! Это я сам – ворон!

Он долго сидел на полу, безнадёжно глядя в тёмное окно, а потом проковылял до дивана, не сразу, но сумел запрыгнуть и уснул там.

– Хоть падать ниже… – решил он уже в полусне.

Пробуждение вышло странным – дико закружилась голова, так, что он схватился за неё руками, а потом очень осторожно попытался поменять положение тела – как это он так лёг, что настолько странно себя чувствует? И почему ему так жарко?

– Выпил лишнего? – предположил Неместов спросонья. – Так вроде ничего такого не было. А что было? И где я вообще?

Он подскочил с дивана, разом вспомнив вчерашнее, и уставился на свои руки:

– Я – человек! Наконец-то! Счастье какое! Он не обманул, и я реально снова человек! – лихорадочно соображал Никита, сдирая с себя пуховик, который, как выяснилось, так и был на нём надет.

Стук в дверь заставил его насторожиться:

– Входите!

В комнату заглянул тот самый черноволосый парень, который на самом деле ворон…

– Если бы мне кто-то сказал всё это до вчерашнего вечера, я бы такому человеку посоветовал или не маяться дурью с фэнтези, или, если бы понял, что он это всерьёз, посоветовал бы срочно полечиться! – мимолётно подумал Неместов.

– Добррое утрро! Вас ждёт Филипп Иванович. А ещё – завтррак. Вы готовы?

– Эээ, наверное, – признал Никита, приглаживая растрёпанные волосы ладонями – всё равно ничего более подходящего под рукой не было.

Соколовский пил кофе, перед ним на приставном столике красовался омлет с ломтиками ветчины, рядом было блюдо с дивными на вид овощами и тарелка с хлебом.

– Доброе утро! – кивнул Неместову актёр. – Рад видеть вас и в этом виде.

– Доброе… наверное, – кивнул Никита, – Жаль, что этот мой вид – явление временное.

– Вы слишком пессимистичны, – усмехнулся Соколовский. – Неужели не поняли ещё, что вам немыслимо повезло? Вообще-то вы не должны были пережить эту ночь.

Никита моментально вспомнил сверкающие лисьи глаза и невольно вздрогнул.

– Да, пожалуй, та лиса могла бы до меня добраться, – согласился он.

– Там и лис было несколько – я лично слышал четыррёх, и ещё ласка была, да вы её видели, а ещё хоррь. Вы его не видели, но он был! – просветил гостя Вран.

– Ого… знала карга, что делала, – кивнул Соколовский. – Так что, вместо того чтобы переживать попусту, лучше порадуйтесь тому, что живы-здоровы.

– Я радуюсь! – уныло сообщил Неместов. – Нет, честно, радуюсь. Просто получается это немного мрачновато. Эээ, Вран, вас же так зовут, да?

Вран кивнул.

– Я вас ещё раз хотел поблагодарить, уже в своём нормальном виде! Если бы не вы, я и правда, не пережил бы эту ночь!

– Хоррошо, что я там прролетал. Прравда, это было случайно, но удачно, – подытожил Вран. – Филипп Иванович, если я вам не нужен, я поеду – мне с Иваном сегодня пораньше бы…

– Езжай, – разрешил Соколовский. – И пришли ко мне Крамеша.

Странное имя заставило Никиту на миг отвлечься от омлета, впрочем, ненадолго – к еде он всегда относился очень ответственно – кто знает, когда получится отвлечься от дел и поесть в следующий раз.

Когда он отставил пустую тарелку в сторону, актёр как раз неспешно допивал свой кофе, пролистывая что-то в смартфоне.

– Спасибо большое за завтрак.

– Не за что, – вежливо кивнул Соколовский. – Хотел узнать, какие у вас планы? Едете на работу?

– Да, надо будет как-то попытаться подогнать рабочий процесс к… к моему теперешнему графику.

– Хорошо. Вашу машину уже перегнали – она припаркована напротив выхода из гостиницы. Очень вам рекомендую приехать обратно до семи вечера.

– Я постараюсь… – и тут он вспомнил об Анне и едва слышно зашипел от отчаяния. – Да как же мне быть?

– А что такое? – поинтересовался Филипп.

– У меня невеста приезжает сегодня. Я её должен был встретить! Поезд как раз в семь пятнадцать!

– Позвоните ей, объясните, что срочно уезжаете по делам.

– На неизвестный срок? – горько вздохнул Никита. – И потом, мы живём вместе, она знает, где я работаю, а ещё родители, бабуля… В любом случае они все поймут, что я на работу хожу, а дома не появляюсь! Что мне делать-то? – он по привычке взъерошил волосы, изрядно позабавив Соколовского видом, похожим на дикобраза, у которого все колючки встали дыбом.

Нет, если бы не одно обстоятельство, то Сокол и не стал бы возиться с этим растрёпанным и несчастным типом – Филипп-то сам чего только не переживал, в какие только обстоятельства не попадал, и ничего, без нянек выбирался, но…

– Но как ни крути, а та ягишна – моя дальняя-предальняя родственница, – думал Соколовский. – Тётушка моя любименькая, чтоб у неё изба спотыкалась на каждой кочке, помнится, мне про какую-то вредную каргу рассказывала. Карга проживала как раз в той местности, где этот несчастный землю купил. Тётушка и карга виделись, кажется, лет сорок назад. Разумеется, с ходу разругались вдребезги, обменялись проклятиями, да и разошлись подальше, чтобы, значит, не провоцировать нездоровые ассоциации у местных. Да, я ту ягишну и в глаза не видал, да и видеть не желаю – судя по всему, она пренеприятнейшая особа, так что мужика жалко. Что-то я сегодня такой… жалостливый. К дождю, что ли?

Соколовский покосился на окно, никаких признаков дождя не обнаружил, пожал плечами – ясно же, что ещё не вечер, а потом соизволил обратиться к Неместову:

– А кстати, зачем вы так настаивали-то, когда пытались заставить ведьму продать вам землю? Она же, насколько я помню пересказ вашего разговора, несколько раз вам отказывала, причём для ягишны – весьма терпеливо и долго.