Я же пыталась совладать со взбесившейся после короткого застоя ци.

— Нужно прогнать ци по меридианам. Само это состояние проходит медленно и мучительно. Для этой процедуры вообще-то нужен целитель. Или кто-то с лечебной ци. Пусти, — ко мне подошёл Шебао Лицзюнь.

Я позволила ему взять свои руки и прощупать пульс, но спустя миг попыталась их выдернуть, когда неприятные ощущения не только не прекратились, а, наоборот, усилились.

— Потерпи. Сейчас станет легче, — голос Шебао Лицзюня не смягчился, оставаясь всё таким же требовательным.

В голове окончательно прояснилось, и я подняла взгляд на потерянно застывшего рядом Суй Янхао, который стоял со сжатыми кулаками, словно готовый к нападению.

— Со мной всё в порядке. Это был эксперимент. И я сама уговорила на него старшего брата Суй Янхао, — мой голос отчего-то был срывающимся и грубым.

— Помолчи. Он старше…

— Вообще-то нет. Он младше меня на полгода, — оборвала я отповедь Шебао Лицзюня. — И я предпочитаю знать опасности, которые меня могут подстерегать. Это мотивирует лучше тренироваться.

— Ты вела себя… вызывающе. Когда я пришёл, выглядело всё просто отвратительно. Мне придётся сообщить об этом дяде.

От его слов Суй Янхао вздрогнул.

— Как бы ни выглядела помощь старшего брата Суй Янхао, я с благодарностью её принимаю, — сдержанно сказала я.

Всё ещё было непонятно, чего они паникуют? Как будто Суй Янхао способен мне навредить?

— Иди-ка ты отдохни в свою комнату, младшая сестра, — велел Шебао Лицзюнь. — А мы с твоим старшим братом поговорим по-мужски.

Шебао Лицзюнь подтолкнул меня на выход из мастерской, а сам схватил несопротивляющегося Суй Янхао за грудки и с силой встряхнул:

— Ты что творишь? Сяо Цзин — женщина. Ты подумал о её репутации⁈

Суй Янхао ничего не ответил: он прикрыл глаза и практически повис в хватке Шебао Лицзюня, словно давал безмолвное согласие на избиение.

— Суй Янхао не виноват! Я сама хотела испытать талисманы, — запротестовала я, передумав уходить.

— Идём к дяде! Вы его ученики, вот пусть он вам всё и объяснит, — Шебао Лицзюнь схватил Суй Янхао за расшитый морозным узором ворот, словно боялся, что тот убежит, и потянул его за собой.

Я старалась не отставать от их быстрых шагов. Холод мигом остудил мои щёки, а странные мысли из-за новых переживаний напрочь выветрились.

— Дядя! — застыв у кромки воды, закричал Шебао Лицзюнь.

Шебао Ваньшу, как всегда, предавался медитации посреди острова перед водопадом. Он открыл глаза, степенно встал и шагнул нам навстречу.

— Что за шум? — учитель одним красивым прыжком оказался рядом с нами.

— Я застал весьма неоднозначную картину между этими двумя… — начал Шебао Лицзюнь.

— Да мы всего лишь испытывали новый талисман! — возмутилась я.

— Талисман доверия и любви. Ещё и используя снадобье, запечатывающее меридианы. На женщине! Это совершенно… — Шебао Лицзюнь повернулся ко мне, его лицо, даже перекошенное от ярости, оставалось красивым.

— Если бы испытывали этот талисман на Суй Янхао, то у меня попросту не хватило бы сил его остановить. Так что, конечно же, мы испытывали талисман на мне. И Суй Янхао легко со мной справился! — я упёрла руки в бока и топнула ногой от негодования.

Шебао Ваньшу прикрыл глаза и потёр переносицу:

— Сяо Цзин, иди к себе.

— Но учитель, Шебао Лицзюнь всё не так понял!

— Завтра об этом поговорим, а сейчас тебе нужно успокоиться.

Я попыталась поймать взгляд Суй Янхао, но он смотрел себе под ноги. Оставлять его таким опустошённым и растерянным с агрессивно настроенным Шебао Лицзюнем и безразличным Шебао Ваньшу совсем не хотелось, но и ослушаться учителя я не могла.

Шебао Ваньшу настойчиво подтолкнул меня в сторону дворца, и мне пришлось всё же подчиниться и уйти в свой домик на скрытой территории. Время шло, я медитировала, прислушиваясь к себе и восстанавливая беспрепятственный ток ци, а за мной всё не посылали. На ночь я вернулась в ученический дом.

На следующий день, как только вернулась на скрытую территорию, Шебао Ваньшу позвал меня на задний двор, который мы с Суй Янхао расчистили.

— Лицзюнь рассказал мне о вчерашнем, — неловко начал разговор учитель, разглядывая освободившуюся от кустов ровную площадку, покрытую небольшим слоем свежевыпавшего снега. По краю из сугробов торчали голые стволы яблонь и радующие глаз зеленью сосны.

Я чуть не фыркнула. Будто там было что рассказывать. Небольшой эксперимент, только и всего. Мы с Суй Янхао и более опасные вещи делали, когда с боевыми талисманами разбирались. Всё же какой Шебао Лицзюнь ябеда!

— Это был просто эксперимент. Учитель, вы же сами одобрили тренировки с талисманами и отменяющими талисманами, — напомнила я.

— Да… Но я думал… Это не тот тип талисманов, который вы должны были изучать, — замялся Шебао Ваньшу.

— В будущем на нас их тоже могут использовать, и мы должны знать, как с этим бороться.

— Сяо Цзин, эта ситуация… Она компрометирующая, — через силу выговорил учитель.

— Да ничего же не было! Суй Янхао легко со мной справился.

— Плохо уже то, что ему пришлось справляться. Послушай, репутация девушки — вещь очень хрупкая. В миру незамужним мужчине и женщине нельзя даже находиться наедине.

— Так мы и не наедине были, когда подошёл Шебао Лицзюнь. У Суй Янхао всё было под контролем.

Шебао Ваньшу очень тяжело вздохнул. А я вдруг вспомнила, что с учителями не спорят. Вот вообще. Совсем.

Перебивать старших — просто кощунство. Отказываться слышать доводы более опытного и мудрого собрата по ордену — полный кошмар. За такую дерзость бабуля давно дала бы мне подзатыльник.

Если ученик не может слушать и слышать, то от его обучения отказываются. Не у всякого есть способность учиться. Это нормально.

— Я… Что-то не так поняла? — через силу выдавила, заставляя себя забыть об оправданиях и выслушать то, что хотел сказать учитель.

Он вздохнул ещё раз, кажется, уже от облегчения.

— Будь, пожалуйста, осмотрительнее. Хватит и одной ошибки, чтобы уничтожить твою репутацию, — голос учителя дрогнул.

Шебао Ваньшу не ругался и даже ни в чём никого не обвинял, он просто переживал и выражал свою обеспокоенность.

Я поёжилась. Ведь он был прав. Прилюдное проявление чувств осуждалось, даже держаться за руки на людях нельзя. Не говоря уже о поцелуях или чём-то более вызывающем. А я… вела себя достаточно свободно оттого, что Суй Янхао во всём мне потакал. Воспринимала его покладистость и лёгкий нрав как данность.

Изнутри обожгло стыдом, и щёки моментально потеплели. Милостивые предки!

У Суй Янхао никогда не было друзей. Он же говорил о том, что даже пробовал задабривать учеников пика Снежного барса книгами из библиотеки Чжоу. Мучительно остро прошило пониманием, что со мной он поступал точно так же. Караулил, ходил следом, соглашался на самые рискованные эксперименты и забавы. Боялся упустить того, с кем впервые смог сойтись.

Это у меня много друзей, и я даже не понимала того, сколько значит в глазах Суй Янхао моё расположение.

Получается, что я подвела его. Подставила перед учителем и Шебао Лицзюнем. Словно это он не смог держать себя в руках, а не я. А если бы нас застал кто-то другой, а не племянник учителя? Это была бы катастрофа. Впрочем, кто сюда мог попасть-то? С другой стороны, я же попала…

Я задохнулась пониманием.

Сегодня о том, что меня хочет видеть учитель, сообщил Чжоу. До этого дня каждый раз на скрытой территории дворца бессмертного мастера Шебао Ваньшу первым меня встречал Суй Янхао. С того момента, как нас прервал Шебао Лицзюнь, Суй Янхао больше не попадался мне на глаза. Он не хочет меня видеть? Ему запретили? Или как-то наказали? Он не может?.. Или же его доверие потеряно безвозвратно?

Сю Мин стала моим врагом, когда я, не оглядываясь, ушла из храма Пяти духовных зверей, чтобы стать ученицей ордена, и не вспоминала о ней год. Тогда… Я так просто потеряла её дружбу.