— Не на первом же курсе, — с недоумением произнесла Риана. — Это же специалитет.

Энтони кивнул.

— Что же, это правильно, — заметил он. — Первокурсникам такое вкидывать, действительно, преждевременно. Но и моё мнение остаётся неизменным. Лично мне градуата только бы помешала. Затормозила.

— Господин Кольер, а как вы изучали? — спросил Шелтон Моубрей. — Сами нанимали наставников?

— Поверьте, господин Моубрей, вам мой способ не подойдёт, — ответил Энтони.

— Почему? — с недоумением спросил паренёк.

— Потому что он связан со смертельной опасностью, — ответил Кольер. — Видите ли, если желаешь что-то быстро и много, то неизбежно приходится ставить свою жизнь. Не возможно ставить, а гарантировано. Сильно рисковать, серьёзно и осознанно. Причины и следствия. И если бы мне до всего сказали, через что придётся пройти, я бы ни за что не согласился, ибо часто это было чистой воды безумие. И тут второе утверждение. Блаженны те, кто не ведает. Риана, в градуате приводят примеры, когда маги решают изучить что-то самостоятельно, без контроля наставников?

— Приводят, — откликнулась девушка.

— Надо полагать, среди энтузиастов чрезвычайно большая смертность?

— Хм, выживших единицы.

— И, скорее всего, это инвалиды, которые сильно сожалеют… что выжили. Вот поэтому, Алексия, ваша тётушка так остро среагировала на мои слова, — добавил Энтони. — Всё правильно, нельзя так делать. Вы не сможете в должной мере оценить степень опасности, просто потому, что даже не поймёте, где именно она будет.

— А ты-то как сумел? — с некоторой досадой спросила Алексия.

— На гениев это не распространяется, очаровательная девушка, — выдал ослепительную улыбку мажора Энтони. — Что такое, Мариан?

— Господин, — ответила подошедшая ардуни. — Господин Альберто хотел с вами переговорить.

— Я понял, Мариан, — улыбнулся Кольер. — Прошу меня простить. И… ваше высочество, позже мы сможем продолжить нашу беседу?

На него посмотрели… задумчиво. И даже не среагировала на высочество.

— Приму молчание, как знак согласия, — усмехнулся Энтони. — Как начало следующего этапа, Риана, я могу ускорить прохождение бюрократических процедур перевода. Если быть точнее, слегка забежать вперёд официального оформления…

Альберто ожидал друга в присутствии своей дамы сердца. Что говорило о том, что будет происходить что-то приличное.

— Что, попался? — вот такой фразой встретил товарища Каниони.

И вот этот называется другом? Предать анафеме.

— А можно несколько подробнее? — попросил Энтони. — Хотелось бы, знаете ли, хоть какой-то конкретики. Перед тем, как я на дуэль вас вызову, господин Каниони.

— Ко мне только что подошла фрейлина её величества, — заметила Элиза. — С тобой хотят переговорить. Королева, само собой.

Энтони поднял брови.

— А чё так быстро-то? — выдал он первое, что пришло на ум. — Я ж ничего даже сделать не успел!

— Ну, друг мой, поверь, — ухмыльнулся Альберто. — В этих кругах вот такие правила.

— Что, потрогал, женись?

— Очень хорошее правило, Энтони, — одобрительно отозвалась Моубрей. — Но тебе не кажется, что ты… Как бы это помягче…

— Лицом не очень вышел, — подсказал верный друг.

— Вы хам, сударь, — вздохнул Кольер. — И мне неприятно стоять рядом с вами…

— В этом саду? — вкинул Альберто.

— На этой планете, — надменно задвинул Энтони. — Я потом вас буду сильно порицать.

— Ну, это, как обычно, — усмехнулся Каниони.

— Вы ничего не забыли? — ехидно напомнила Элиза.

— Оу, прошу простить, милостивая госпожа, — тут же склонил голову Кольер. — Все услышанные вами эпитеты никак не затрагивают вас. Уверен, вы сможете внушить этому портовому сквернослову элементарные правила приличия. Так-то он парень неплохой, просто попал под дурное влияние.

Элиза улыбнулась.

— Я про разговор, — произнесла девушка.

— Мне не впервые общаться с властными лицами, — ответил Энтони. — Правила простые. Побольше молчи — за умного сойдёшь. И ни в коем случае не принимать дары в виде рабынь. Бери деньгами.

Элиза покачала головой. Но улыбаясь.

— Всё же небольшой совет, Энтони, — произнесла девушка. — Её величество очень не любит… неискренности. Можно сказать — это пунктик. Она серьёзно разгневается, если потом выяснится, что ты в чём-то был нечестен. Лучше прямо сказать, что не хочешь отвечать или что-то не знаешь.

— Я вообще ничего не знаю, так что с этим проблем не будет, — ответил Кольер. — И моя судьба прозрачна, как горный ручей. Украл, выпил — в тюрьму.

— А последнее-то откуда? — удивился Альберто.

— К сожалению, друг мой, на своём пути мне приходилось общаться не только с красивыми дамами из высшего общества, — вздохнул Энтони.

— Элиза, что случилось? — к ним подошли Федерика и её… хм, сёстры по оружию.

Как будет «братва» на женский лад? Сестринство? Как-то не очень брутально звучит.

— С Энтони пожелала побеседовать её величество, — ответила Элиза.

«А у них уже довольно тёплые отношения» — заметил Энтони.

— Ага, — Федерика усмехнулась. — Попался, бабник?

— А вы, определённо, родственники, Альберто, — усмехнулся Кольер.

К удивлению Энтони, правила оказались таковы, что положено было не замечать, что к гостям присоединилась хозяйка дворца… и страны. Буквально. Все косились в сторону королевы и её окружения (а вышло с десяток женщин в красивых дорогих одеждах), атмосфера сразу стала подчёркнуто благопристойной, но никто не кинулся чествовать её величество. А королева со свитой заняли одну из беседок в саду. Стационарных, то есть которая была до этого вечера.

За Энтони пришли минут через двадцать (а он до этого уточнил у Элизы, а кто же из дам королева. Конечно, он и сам догадывался, портреты властвующих лиц висят в кабинетах у каждого должностного лица, но для уверенности). Отвести Кольера на эшафот, в смысле, на беседу, пришла симпатичная дама, по имени Сили. Родового имени леди не сообщила, но, было понятно по её виду и манере держаться, что оно, имя рода, очень уважаемое.

Бесед по пути леди Сили не вела, впрочем, идти было меньше минуты, ничего и не обсудишь. И вот Энтони стоит у входа в беседку. Так-то королеву (как и короля) надо чествовать на одном колене. Но это в тронном зале или хотя бы в личных покоях. Поэтому парень отвесил более глубокий поклон, когда не только шея, но и тело наклоняется.

— Ваше величество, — произнёс Энтони.

Само собой, с глубоким уважением в голосе.

— Господин Кольер, — тон королевы был приветливо-ироничным.

Даже можно сказать добрым. Королева сидела напротив входа в беседку. Круглую беседку. Соответственно, маленький столик посредине строения тоже был круглым, как и лавка вдоль решетчатых деревянных стенок. Сидящие кружком женщины оценивающе смотрели на юного… негодяя? Или наглеца? В каком он тут статусе? О, кстати, Вивиан Варен. Смотрит с прищуром.

— Составьте мне компанию, — произнесла королева. — Вы же не против небольшой прогулки, господин Кольер?

— С вами, ваше величество, — Энтони снова склонился. — Я пойду хоть на Анджаби, хоть в Империю.

— Хм, — королева слегка улыбнулась.

И посмотрела на Варен. Та сделала в ответ лицо: «я говорила».

— Так далеко мы сегодня не пойдём, господин Кольер, — с иронией заметила её величество.

«Старшой, — с подозрением произнёс Младший. — А ты что… Запал на королеву?»

«Да ты посмотри, какая женщина! Эх!»

«О-о! Однако. Я не осуждаю, но, босс. Как бы веса сильно разные».

«Как это мешает восхищаться? У настоящего рыцаря, между прочим, обязана быть в наличии дама сердца. То есть та, которой только восхищаются, а не спят с ней».

В это время её величество вышла из беседки. А вместе с ней Вивиан Варен и ещё одна дама. По виду, тоже очень знатная особа. А, впятером пойдём. Следом за тремя первыми ещё одна женщина вышла.

«Не, дамы тоже ничего себе. Но королева — это прям… Ух! И стать, и взгляд!».