Казаки, первыми оказавшиеся на открытом пространстве, сначала пустили стрелы в двух сторожей, охранявших лагерь. Потом дружно заткнули третьего охранника, находящегося возле лошадей, начавшего орать. Дальше все били, что называется, на выбор, не позволяя противнику организовать какое-либо внятное сопротивление.

Ногаи падали, как скошенная трава, не успевая подняться.

Правда, пару человек как-то на полуприсяде рванули в сторону лошадок, но одного срезал кто-то их казаков, а второго достал уже я.

Кстати сказать, от звука моего выстрела казаки на миг даже перестали стрелять, но быстро пришли в себя и продолжили работать, как автоматы, отправляя в противника ливень стрел.

Казалось, что все закончится, не начавшись, и мы без проблем справимся с этими степняками, но нет.

В какой-то миг, после гортанного крика сразу пять ногаев оказались на ногах, и прикрываясь от обстрела щитами, бросились в нашу сторону. При этом ещё два человека, снова стелясь над землёй, кинулись к лошадям.

Я перезарядил свою янычарку уже в момент, когда первый из этих двоих оказался в седле. Стрелял в него практически навскидку.

Попал, но не в него, а в его товарища, который в этот момент, прыгая в седло стоящего рядом коня, оказался на линии стрельбы.

Понимая, что второго мне не достать при всем желании (просто не успею перезарядить винтовку), я даже пытаться не стал. Вместо этого, выдернув из-за пояса один за другим свои пистолеты, встретил выстрелами в упор идущую в атаку пятёрку.

Удачно получилось, потому что у казаков не получалось достать атакующих врагов, сбившихся в подобие строя, и укрывающихся щитами. Я может быть и не убил нападавших (всё-таки пистолеты — это не винтовка), но строй нарушил. Казаки воспользовались этим по полной программе, мухой расстреляв этих отчаянных ребят.

Дальнейшее все было уже не особо интересно.

Я начал перезаряжать оружие, а казаки пошли зачищать лагерь, где им уже некому было оказать сопротивление.

Святозар, кстати, не торопился отправляться вслед за ними, и держа лук наизготовку, продолжил отслеживать окружающее пространство.

— Один ушёл, я не успел его остановить, — начал было говорить я, но Святозар перебил:

— Я видел и смог его достать, недалеко он отъехал.

— Получается, что всех положили?

Тот, продолжая смотреть за округой, улыбнулся и ответил:

— Получается, что так.

Секунду подумал и добавил:

— Теперь бы ещё ноги унести, и будет совсем хорошо.

Ещё после очередной паузы произнес:

— Все, Семен, теперь точно закончили. Ты пока стой тут и смотри за округой, добро без тебя соберут, а я пойду помогу.

С этими словами Святозар ушёл к разоренный стоянке, а я, перезарядив оружие, как и было велено, наблюдал за округой, хоть и не видел в этом большого смысла.

Несмотря на то, что преследователи шли налегке, сбор трофеев затянулся чуть ли не на пару часов.

Уже, когда мы возвращались к кургану, передвигаясь на трофейных лошадках, Нечай, приблизившись к Святозару, заметил:

— Молодняк это был, поэтому и взяли их легко.

— Да, я тоже заметил. Может и получится выбраться из этой передряги без убытков. Будем надеяться, что за ними позади не идут уже серьёзные силы.

У кургана Святозар, собрав казаков, спросил:

— Дальше вместе пойдём или каждый направится в свою сторону?

Обращался он при этом, по большей части, к соседям. С нашими и так понятно, что вместе.

Крюк тут же ответил, как будто ждал этого вопроса:

— Лучше вместе. Мало ли кто тут ещё сейчас бегает? Не хотелось бы нажить неприятностей после такого похода.

Святозар на это кивнул одобрительно и произнес:

— Тогда сейчас дойдём до нашей землянки, заберём там обозника с нашим добром и оттуда уже двинем домой.

Больше часа понадобилось на сборы и дорогу до землянки. А когда, наконец, добрались, обнаружили её пустой.

Мишаня с виной в голосе прогудел:

— Может Игнат увидел сигнальный костёр и из-за этого ушёл? Вон и печка ещё тёплая.

Святозар остро на него глянул и коротко ответил:

— Только и остаётся надеяться. — После чего уже громче обратился ко всем:

— До утра отдыхаем, а с рассветом уже пойдем домой.

Остаток ночи не прошёл, а будто пролетел, и быстро закончился. Казалось, я только закрыл глаза, как меня уже растолкали и велели собираться. Я не успел не то, что выспаться, а в принципе хоть как-то отдохнуть. Слишком уж тяжелым для меня выдался прошлый день и часть ночи.

Тем не менее, собрал себя в кучу и на морально волевых отправился готовиться к очередному путешествию.

На самом деле, не я один был уставшим. Все остальные хоть и старались выглядеть бодрячком, тоже были не в самом хорошем состоянии. Только Святозар, казалось, был таким, как я его привык видеть всегда, бодрым, весёлым и все замечающим. Он, наверное, чтобы как-то меня подбодрить, при встрече произнес:

— Ничего, Семен, пока тяжело, но ты быстро привыкнешь и скоро ещё меня подгонять будешь.

Я только и подумал про себя: «Ну его нафиг, к такому привыкать. Лучше бы обойтись как-нибудь без таких напрягов».

В этот раз мы, наверное, для разнообразия ехали, можно сказать, не особо торопясь. Во всяком случае, на рысь практически не переходили и ближе к обеду добрались до базового лагеря.

Ещё на подходе стало понятно, что дальше нам, похоже, ехать не придётся или, если все-же продолжим путь, то точно не сразу…

Мы как-то слегка прифигели, когда, выехав из-за небольшой возвышенности, увидели на месте нашего базового лагеря десяток знакомых ногайских шатров.

От неожиданности остановились, но уже через минуту Святозар произнес:

— Это купцы, только непонятно, что они здесь делают.

— Там рядом с ними казаки стоят, — тут же добавил Нечай.

— Наша сотня, — коротко откликнулся Крюк.

— Пошли в лагерь, там все узнаем, — скомандовал Святозар.

Наше появление и минутная заминка не остались без внимания. Не успели мы толком возобновить движение, как от лагеря в нашу сторону направилась пара казаков.

Подъезжать они к нам не стали, доскакали до наших дозорных, перекинулись парой слов и умчались обратно.

Дозорные тоже, кстати, развернувшись, направились к нам и один из них, подъехав, обратился к Святозару.

— Ногайские купцы здесь с сотней сопровождения от соседей, и наш Макар с десятком казаков тебя ждут.

— Макааар. — Протянул Святозар и добавил: — Очень интересно.

Посмотрел на нас и негромко продолжил, уже как-бы ни к кому не обращаясь, но его все услышали.

— Скоро точно все узнаем.

Направились мы, огибая ногайских купцов, к землянке, у которой сгрудились сани наших обозником. Ещё на подъезде Мишаня прогудел:

— Здесь Игнат, а вон и ваши лошади, — указал он в направлении наших аргамаков и добавил: — Говорил же, что все хорошо будет.

Святозар задерживаться не стал и сразу, как подъехали к землянке, обращаясь ко мне, произнес:

— Займись лошадьми, Семен, я пока прогуляюсь, узнаю, что тут и как.

— Хорошо, сделаю, — ответил я, и спешившись, начал освобождать четвероногий транспорт от груза.

Я только и смог, что снять покажу. Дальше не только мне, но и всем нашим пришлось отвечать на многочисленные вопросы как от набежавших обозников, так и от подошедших соседей.

Не меньше часа понадобилось потратить на разговоры, пока появилась возможность заняться делами. Странно, что Святозар за это время так и не объявился.

Оттащив снятую с лошадей добычу, взятую в последнем походе, в общую кучу, и отогнав трофейных коней в отдельный табун, начал обихаживать наших со Святозаром коней.

Так и занимался ими до его появления.

Пришёл он не один, а с Макаром, который так и продолжает смотреть на меня волком, не в силах простить разбитую морду внука.

— Семен, брось пока работу и пойдём отойдем в сторонку, разговор к тебе есть, — велел Святозар, придирчивого глядя на уже обихоженных коней.