– Что же ты клювом щёлкаешь, глупая! – воскликнула она. – Мужик на тебя запал, ты его зацепила!

– С чего ты решила?

– Он играл в снежки с твоим сыном. Это кое-что значит, между прочим!

– Это означает лишь то, что ему понравился секс, и он не отказался бы от добавки, – грустно заметила я.

– Подозреваю, ты бы тоже не отказалась. Мужик-то шикарный! Так, Вика, не прозевай миллиардера. Пусть Кольцов оплатит все твои кредиты, купит нам новое оборудование – давно уже нужен тестомес побольше. И помещение пусть тоже выкупит!

– Юль, ты что! Я не стану просить у него денег.

– Не проси. Только ласково намекни. Если он от природы не жадный, ему будет приятно потратить деньги на свою женщину. У него этих денег куры не клюют, девать некуда.

– Нет, Юля, это исключено. Не делай из меня проститутку.

– Ой, какие мы сложные! – закатила глаза подруга.

– Не хочу ничего просить. Разве мы сами не справимся?

– Эх... Ладно. Надеюсь, Демьянчик сам догадается, что девушке надо помочь. Он же не тупой!

– Ещё бы, – усмехнулась я. – Тупые не попадают в список Форбс.

– Жаль, конечно, что ты такая щепетильная. Это несовременно! Как будто тебя из девятнадцатого века к нам занесло. Заарканила миллиардера – считай, получила в пользование персональную нефтяную скважину. Теперь надо её разрабатывать, чтобы потом на всю оставшуюся жизнь хватило. А ты гордая!

– Юль, подожди... Давай пока оставим эту тему. Я хочу тебе ещё кое в чём признаться...

ВИКТОРИЯ

Подруга застыла, как мраморное изваяние, и даже не моргала.

– Выкладывай, – страшным шёпотом произнесла она. Видимо, уже не знала, чего ждать.

– Я изменила Антону.

Если бы на Юльку сейчас свалился кирпич, это произвело бы такой же эффект, как и мои слова. Несколько минут подруга не могла прийти в себя. Видимо, созданный ею миф о моей безгрешности, рушился прямо на глазах.

– Так что ты совершенно зря считаешь меня святой, – добавила со вздохом.

– Ну и молодец! – вдруг выдала Юля. – Такому придурку обязательно надо было наставить рога.

– Я так не считаю. И не хотела этого. Но так получилось... Это произошло в тот день, когда Антон сообщил, что неудачно вложил деньги моих родителей и мы всё потеряли.

– Неудачно вложил! – подруга моментально вспыхнула негодованием. – Скажи лучше – тупо прое*ал! Подлец и ворюга! Он оставил тебя без гроша. А ещё без жилплощади. Ты после развода могла бы вернуться в квартиру родителей. Так нет же, этот кретин всего тебя лишил!

– Я тоже была в ярости... Закатила Антону истерику, накричала на него – впервые в жизни. Раньше никогда себе такого не позволяла, но в тот день сорвалась. Антон обещал, что ловко прокрутит деньги, мы сможем переехать и, возможно, откроем своё дело. Но всё рухнуло. Все мечты, планы... Наревевшись, ближе к вечеру я кое-как привела себя в порядок, села в электричку и поехала в Москву. Хотела отвлечься.

– Извини, перебью: а когда это всё произошло?

– Почти пять лет назад, в начале февраля.

– Ясно.

– Эмоции захлёстывали с головой. Мне нужно было выговориться, но в родном городе я ни с кем не могла поделиться своей бедой. На следующий день нас бы обсуждали все, кому не лень. А свекровь порвала бы меня на британский флаг – за то, что наговариваю на Антошеньку и подрываю репутацию семьи.

– Сучка!

– Поэтому я созвонилась со своей сокурсницей-москвичкой. Во время учёбы мы с ней хорошо общались. Лиза предложила посидеть в лаунже одного крутого отеля на Тверской. Она там работала, а я должна была подъехать к концу смены.

– А кем она работала? Администратором?

– Нет, пекарем в ресторане. У нас с ней одна специальность – технолог хлебобулочных и кондитерских изделий. Но Лиза со мной толком пообщаться не смогла. Ей пришлось срочно бежать в садик – у ребёнка поднялась температура.

– Как это знакомо!

– Детишки они такие. Любят вторгаться в планы родителей, – слабо улыбнулась. – Я всё же осталась в отеле. Заказала чашку эспрессо, сидела и рассматривала постояльцев дорогой гостиницы и прохожих за окном. Чувствовала себя выкинутой на обочину жизни, продолжала страшно злиться на мужа.

– Ещё бы! Я на него до сих пор злюсь! Такие деньги! Викуль, а может, он их припрятал? А тебе наплёл, мол, неудачные инвестиции?

– Да нет... Потом, спустя время, он показал мне транзакции в личном кабинете. Клялся, что от него ничего не зависело. Якобы, не только он пострадал, но ещё и тысячи других инвесторов.

– А не надо было соваться в инвестиции, раз ничего в них не соображаешь! Я уверена, у Демьяна таких проколов не бывает. Потому что у него мозги по-другому работают, не так, как у Антона! Ладно. А что дальше?

– А дальше интересно. Ко мне за столик подсел симпатичный молодой человек. Обаятельный голубоглазый блондин.

– Обана!

– Я сначала решила, что он швед или австралиец. Шевелюра у него обалденная – цвета спелой пшеницы, с выгоревшими добела прядями. Высокий, широкоплечий. Но выяснилось, что он вовсе не иностранец, а наш. Павел, Паша. Спросил, почему я грущу. Слово за слово, каким-то волшебным образом ему удалось меня развеселить.

– Ого! Надо же...

– Мы были приблизительно одного возраста. Но тогда я весила на тридцать килограммов больше и ужасно стеснялась своей фигуры. Антон постоянно напоминал, что толстухи никому не нужны, поэтому я должна ценить его любовь.

– Урод!

– Причём я искренне в это верила. А тут со мной познакомился такой красавчик. Он проявлял ко мне явный интерес, и мои килограммы его совсем не смутили. Даже странно… Потом Паша предложил перейти в бар и выпить за знакомство.

– Оу! – Юлька перестала дышать и смотрела на меня во все глаза.

– Я реально обалдела. Представить не могла, что он это предложит. Тем более, что у меня на пальце было обручальное кольцо. Неужели он его не заметил? Я, вообще-то, замужем!

– Ну и что? Выпить в баре с замужней дамой – это ещё не преступление. Ну и? Ты согласилась?

– В тот день у меня было настроение – да гори всё синим пламенем! Ужасно хотела как-то отомстить мужу, сделать что-то ему назло.

– Правильно!

– Вот только пить я совсем не умею. А Паша то и дело подзывал официанта, нам приносили вкуснейшие шоты и коктейли, каких я в жизни не пробовала. Потом очередь дошла до текилы.

– Божечки!

– Последнее, что запомнила, это как Паша объяснял, как её правильно пить... Дальше – полная темнота. Хоть тресни, ничего не могу вспомнить.

– Естественно! Вы же капец сколько алкоголя намешали.

– А текилу я вообще пила первый раз в жизни... Короче, проснулась в какой-то незнакомой комнате. Рядом никого. На часах – половина одиннадцатого утра. Лежу на двуспальной кровати с разворошённым постельным бельём. Совершенно голая. Голова гудит, как колокол, во рту пересохло, тошнит... Одежда валяется тут и там... Оглядевшись, пришла к выводу, что нахожусь в номере отеля.

– Вот это приключение! – ахнула Юлька. – Ну, Викуля, ты жжёшь! Не ожидала от тебя!

– Сама от себя не ожидала, поэтому была в шоке. Да, я хотела отомстить Антону, но так далеко заходить не собиралась. Тем более, что я даже вспомнить не могла, как мы поднялись в номер и что произошло дальше.

– Но секс-то был?

– Если судить по ощущениям – да, и довольно интенсивный.

– Блин, не повезло! Шикарно потрахаться с красавчиком, у которого восхитительная атлетическая фигура и выгоревшие на солнце волосы... Но при этом ничего не запомнить... Викусь, прости, это полный провал.

– Ты не поверишь, но в тот момент меня волновало совсем другое! Я чувствовала себя предательницей, падшей женщиной, шлюхой... Обзывала себя последними словами. А ещё молилась, чтобы Паша не забыл использовать презерватив. Но, судя по всему, он наплевал на защиту. Бёдра с внутренней стороны были перемазаны...

– Он ведь тоже хорошо выпил. Видимо, о презике и не вспомнил.