– Вот только не надо сравнивать меня с бывшим мужем, – ледяным тоном процедил он. – Мы не настолько хорошо знакомы, Вика, чтобы ты уже делала выводы и сравнивала меня с кем бы то ни было!

Я молча придвинулась к краю кровати, встала и с независимым видом отправилась на поиски одежды. Внутри всё пылало от обиды. Сколько раз Демьян уже наехал на мой бизнес и уколол моё самолюбие? И даже не уколол, а пронзил насквозь отравленным копьём!

Наверное, его наезды потому так обидны, потому что в глубине души я понимаю, что он прав. Я загнала себя в ловушку, из которой смогу выбраться, только если случится чудо...

– Могу вызвать такси, – сказала, когда уже полностью оделась. В горле застрял комок. Не думала, что наш романтический вечер закончится ссорой.

– Какое такси, Вика? Ты смеёшься? Вернёмся так же, как и приехали. Малыш, ну, не злись, – Демьян попытался обнять меня, но я снова отстранилась. Серые глаза тут же раздражённо сузились, потемнели, как штормовое море.

Надо же, как он не любит, когда кто-то смеет ему перечить!

– Ладно, Вика, поехали обратно. Тебе нужно вернуться к сыну, а у меня встреча через полчаса.

– Поехали, – безучастно отозвалась я.

Внезапно ощутила себя жалкой и использованной. Он даже не попытался загладить ссору! А я бы обязательно сдалась, если бы он проявил хоть каплю настойчивости.

Но нет. Ему важно знать, что только он прав. К тому же, он получил всё, что хотел, и я ему больше не нужна – по крайней мере, сегодня.

ДЕМЬЯН

Встреча с партнёрами, которую из-за свидания пришлось очень сильно сдвинуть, закончилась в два часа ночи. Кольцов продавил мужиков по всем пунктам, так как после секс-марафона в отеле он ощущал себя бодрым и воодушевлённым.

Партнёры отправились по домам, а он поднялся в огромную и совершенно пустую квартиру на вершине небоскрёба, замер у панорамного окна. Москва расстилалась под ногами блестящим парчовым одеялом. Демьян немного помечтал о том, как было бы чудесно снова очутиться в кровати с Викой – вдыхать её аромат, овладевать ею...

Девушка доставила ему невероятное наслаждение. Вся она источала чувственность, её тело было создано для любви, каждое движение, голос, жест дразнили и распаляли воображение. Она почти свела его с ума – сначала такая нежная и податливая, и невыносимо тесная, тугая в глубине её естества...

Почему Вика настолько не меркантильна? Демьян привык, что все от него чего-то хотят или требуют. Ассистентка ежедневно приносила список организаций, молящих о благотворительной поддержке. Милана постоянно намекала и канючила, хотя Демьян никогда ей ни в чём не отказывал.

А Виктория, видимо, помешана на самостоятельности. Ей всё хочется сделать самой. Помощь мужчины её оскорбляет? Она феминистка, что ли?

Если б попросила, он мог бы купить ей кондитерскую фабрику или хлебозавод, раз уж так заклинило её на этом бизнесе. Но Вика, очевидно, намерена мудохаться со своей пекарней до тех пор, пока на горизонте не возникнет угроза банкротства.

Он видел цифры, там и намёка нет на грядущее процветание. Так жаль девчонку. Но какая же она упрямая и гордая!

Демьян усмехнулся и запустил пятерню в короткие волосы. Усилием воли подавил вспыхнувшее желание...

Каждый раз, когда он думает о Вике, член встаёт колом. А уж после их сегодняшнего приключения – тем более. Слишком уж волнующие воспоминания...

Бросив взгляд на часы, Демьян понял, что спать осталось всего ничего. А его вредная девчонка, наверное, и вовсе встаёт в пять утра...

Постельное бельё, которое, словно в хорошем отеле, меняли каждый день, пахло свежестью и морозом. Демьян невольно улыбнулся в темноте, подумав о Егорке – как весело они играли в снежки и лепили снеговика. Смешной пацанёнок даже несколько раз назвал его папой...

Когда Демьян узнал о бесплодии, он провалился в бездонную чёрную пропасть. К сорока годам желание обрести семью, ребёнка стало мучительным... Если бы не его проклятый диагноз, Вика могла бы родить ему такого же очаровательного малыша, как и её сероглазый сынишка.

Но что мечтать о несбыточном...

Он бы ничего не достиг, если бы тратил время на бесплодные фантазии.

ВИКТОРИЯ

Бабуля и подруга завалили, конечно же, вопросами. Пришлось рассказать им про знакомство с миллиардером Кольцовым. Но я дозировала правду – не призналась в том, что нас связывают интимные отношения.

Прошло уже три дня после восхитительного секса в отеле. За это время Демьян позвонил дважды и сообщил, что страшно занят. Угу, понятно. Вероятно, у него сразу найдётся время, когда его снова припрёт.

Я так и не смогла поговорить с Егоркой, ужасно боялась слёз ребёнка. Бабуля вызвалась это сделать вместо меня. Она рассказала малышу, что это приезжал не папа, а мамин деловой партнёр – дядя Демьян. Сын сначала замкнулся в себе, и даже новый конструктор не смог его отвлечь от тягостных мыслей.

Но потом Егорка вдруг заявил:

– Мам, мам! Так тебе надо пожениться с дядей Демьяном, и он станет моим папой!

– О-о, милый... – растерялась я.

– А что? Он классный! Он очень мне понравился! Соглашайся!

– Я подумаю над этим, малыш, – ответила уклончиво.

Дядя Демьян, конечно же, спит и видит нашу свадьбу. Да ему это даром не нужно...

Я ужасно на него злилась: из-за проклятого миллиардера мой сынок испытал нервное потрясение, а потом ходил как в воду опущенный. Я и сама пострадала – потому что отныне не могла не думать о Демьяне. Влюбилась до чёртиков в этого высокомерного жлоба. А как не влюбиться, если при мысли о том, что он со мной делал в отеле, у меня в венах закипала кровь!

В следующий раз Демьян позвонил уже из Китая. Снова улетел.

Да что ему там мёдом намазано?!

*****

Наступил декабрь. На выходных в гости приехала та самая одноклассница, которая приютила нас с Егоркой после моего бегства от мужа. Марина хотела посмотреть мою пекарню, а ещё пробежаться по экскурсиям и сходить в театр – билеты она купила заранее.

Когда её культурный марафон закончился, я выкроила часок, чтобы посидеть с подругой в кафе.

– Удивительно, что у тебя всё получилось! Ведь это так трудно – открыть собственный бизнес, особенно здесь, в Москве. Тут, наверное, конкуренция чудовищная.

– Да она везде чудовищная.

– И я до сих пор в шоке, Викусь, что тебе удалось так сильно сбросить вес. Никак не могу привыкнуть к тому, как ты выглядишь. И обратно не набираешь. А у тебя в пекарне столько всего вкусного! Я бы не удержалась, лопала бы безостановочно все эти слойки и багеты, – тараторила Маринка.

– Да некогда мне лопать, Мариш, работать надо.

– Вика, погоди, я же тебе самое главное не рассказала! Это насчёт твоего муженька. Бывшего. Я кое-что о нём узнала.

– Даже слышать ничего не хочу! – фыркнула презрительно.

– Погоди! Ты не поверишь...

– Что ещё? – Я подняла чашку с капучино, чтобы сделать глоток.

Подробности из жизни экс-супруга меня не интересовали. Если сейчас выяснится, что он внезапно разбогател, или прыгнул с парашютом, или женился на «Мисс Вселенная» – глазом не моргну, флаг ему в руки! Он меня нехило так приложил, и с этой минуты я перестала считать его мужчиной.

Но и окончательно из жизни его не вычеркнешь, к сожалению. Мы навеки связаны общим ребёнком...

– Ой, Вика... Мне стало известно, что три года назад Антон обращался в московскую клинику, чтобы провести ДНК-тест.

– Что-о-о?! – едва не расплескала капучино.

– Угу. Помнишь рыжую Таньку из одиннадцатого «Б»? Она работала в той клинике. Я ей рассказала о твоём разводе и успехах с пекарней, а она вдруг вспомнила об Антоне и тесте на отцовство.

– Да это бред какой-то! – Нервная дрожь прокатилась по телу, я отставила чашку в сторону. – Не может быть... Зачем Антону делать тест!

– Ну, наверное, свекровушка твоя ему наныла в уши, что ребёнок на него не похож.