Светлана смотрела на меня своим фирменным сощуренным взглядом, но не перебивала, поэтому я продолжал:

— Наши предки воевали и героически умирали, чтобы мы с вами смогли стоять здесь и сейчас! Они сражались, чтобы для нас наступило сегодня! Так почему мы делаем всё возможное, чтобы завтра не наступило для наших детей⁇! Почему нам диктует, как и что делать, не наше желание защитить нашу истинную гордость: семью и детей, а упрямство, продиктованное вековой историей⁇! Неужели если сегодня мы подадим вам руку и вы пожмёте её, завтра мир схлопнется⁇! Неужели мы, Рода Вяземских, вместо того, чтобы встать рядом и в очередной раз доказать, что мы — Непокорённые! Позволим нашим врагам и нашему упрямству взять над нами верх⁇!

Я закончил и вновь посмотрел на Светлану.

Моя речь возымела эффект. Люди начали переглядываться и тоже кидать взгляды на Светлану с Александром.

Это именно то, что мне и нужно — посеять сомнения в них, чтобы Вяземские наконец поняли, что помощь им нужна. Что мы не враги, а те, кто откололся от них. И что у нас могут быть общие интересы.

Светлана смотрела очень внимательно, но сложно было прочитать по её взгляду, о чём же она думает. К нам медленно приблизились Александр с Леной и Гришей. Троица остановилась между нами.

— Мама, — Александр твёрдо посмотрел в глаза своей матери. — Мы должны поговорить с Сергеем и Гришей.

Женщина перевела взгляд на него, затем снова на меня, прикрыла глаза, развернулась, и просто пошла в сторону имения.

— Кажется, можно считать это за приглашение, — произнесла Лена, тоже посмотрев на меня.

— Похоже на то, — добавил и Александр. — Спасибо… Что прилетели. Проблемы у Рода и в правду весомые. Я бы не стал звать вас по пустякам.

— Ты молодец, Александр, — спокойно ответил я и, повернувшись, пошёл к Ане с Аяной.

Поцеловав жён, убедился, что с ними всё в порядке. Они задали мне ряд вопросов. На какие-то я ответил, но с остальными мы решили разобраться потом, уже дома, или когда разберёмся с проблемой здесь.

Оглянувшись, увидел, что Гриша и Александр с Леной нас ждут. Мотнул головой, показывая, чтобы они шли вперёд.

— Тина, — я перевёл взгляд на девушку. — Идём.

Не дожидаясь ответа, первым пошёл вперёд вместе с Аней и Аяной.

Переговорной стал большой зал с длинным стеклянным составным столом и диванами по бокам от него, где мы и смогли все разместиться. Причём сели весьма и весьма не по «семейному».

На двух разных небольших диванах напротив друг друга сидели мы с Гришей, и Александр со Светланой.

Лена и оставшиеся девушки наоборот разместились на одном диване.

Мы молча смотрели друг на друга.

— Мама, — первым заговорил Александр. — Неужели ты и дальше будешь отрицать то, что у Рода проблемы? Да, мы ещё держимся, но сколько это продолжится? Пока не умрёт последний Вяземский⁇!

— Часть земель потеряна… — взяла слово и Лена. — Враги отнимают у нас всё больше и больше. У нас очень много потерь за всё время, а у них как будто и не кончаются люди. Из-за этих потерь мы не можем контролировать старые земли. Чем больше сил размазываем по ним — тем меньше магов приходится на одну оборонительную позицию. Фронтов слишком много…

Ситуация, конечно, действительно неприятная. Ведь они даже не понимают, что это за война. А может и понимают, но не хотят признавать.

— Если в ближайшее время мы не приструним врага, — вновь заговорил Александр, — Род Вяземских долго не просуществует.

— И что вы хотите этим сказать? — Светлана посмотрела на своих детей. — Что этим должен заняться второй Род Вяземских? Выступить нашим щитом?

— Достаточно будет и того факта, — парировал Александр, — что они на нашей стороне.

— Вряд ли, — покачал я головой и встал. Развернувшись, подошёл к окну, смотря в него. — Боюсь, что эта проблема куда глубже, чем вам кажется. «Непокорённые» — это сильный титул, и именно он отчасти сделал вас мишенью. В эту мишень не могут стрелять наверняка, но нет-нет, да случайно попадают… Гриша уже рассказывал вам про то, что за спиной баронств стоят другие графства?

— Да, — ответил Александр. — Но это ведь лишь домыслы. Разве нет? Я могу понять одно графство… Два… Но от трёх и более… Разве такое возможно?

— Ещё как возможно, — послышался отстранённый голос Светланы. — Наш Род ослаб. Я это признаю. Причём ослаб ещё ранее. И именно этот факт означал начавшуюся гонку за владения нашими землями. Другие графы вполне могут прикрываться баронствами, чтобы заполучить себе всё то, что принадлежит нам.

Женщина пару мгновений помолчала, но затем заговорила вновь:

— Наши земли весьма богаты. В них есть как залежи полезных ископаемых, так и источники маны, так необходимые для создания манозолота и не только. Мы прекратили их разработку, чтобы враги не знали куда атаковать, и именно поэтому до сих пор не было массированного удара в одну точку, как и захвата этих точек. Так бы важные участки у нас давно отобрали.

— Это ведь ещё не всё? — я повернулся и посмотрел на неё. — В землях Вяземских есть какой-то секрет…

Она спокойно посмотрела на меня и отрицательно помотала головой. Я хмыкнул, но акцентировать на этом внимание не стал.

Я уверен, что врагам нужны не только земли. Здесь есть что-то ещё… Правда, я ничего энергетического не чувствую. Поэтому не могу быть уверен в своих словах. Но что-то не даёт мне покоя…

— Может… — взяла слово Лена, — это всё император…?

— Он может, — усмехнулась Светлана.

— Не думаю, — ответил я. — Если бы император был в этом заинтересован, вы бы не продержались так долго. Вы же не только продержались, но ещё и отвечали. А это говорит о том, что игрок, играющий против вас, ниже императора. Скорее всего… — я задумался, — либо принцесса Анастасия, либо принц Леонид. Ну или, — пожал плечами, — кто-то доверенный. Кропотов или Соколов.

— А почему не принцесса Татьяна? — посмотрела на меня Светлана.

— Потому что ей это незачем. Да и не такой Таня человек, чтобы устраивать подлянки.

— А ты уверен в этом? — усмехнулась женщина. — Я бы не советовала так доверять кому-то из Романовых. Это императорский Род. И они заинтересованы только в благополучии империи.

— Так и есть, — кивнул я. — Вот только не все из них желают идти по головам. Даже тот же император не хочет вашего окончательного падения.

— Вот об этом я и говорила, — произнесла Светлана. — Что наш Род должен бороться с врагом сам. Насколько я понимаю и знаю — второй Род Вяземских поддерживает принцессу Татьяну Романову. А это означает, что и мы, если встанем с вами рядом, можем считаться присягнувшими ей.

— Совсем нет, — спокойно пожал я плечами. — Поддержка Тани — мой осознанный выбор. Я знаю, чего я хочу для себя и для Рода. Какую сторону выберете вы — решать только вам и вмешиваться в это я не собираюсь.

— Никакую, — категорично заявила женщина. — Императору, как и его детям, нельзя доверять. Ты до сих пор не убедил меня в том, что это не он спускает эту ситуацию с рук. Военные действия запрещены, но у нас они идут полным ходом. Это ли не смотрение на ситуацию сквозь пальцы?

— У меня и не было цели убедить вас в чём-то, — я прошёлся по комнате. — Моя цель: защитить Род Вяземских. Что я и обещал Виктору, — посмотрев на троицу, понял, что все они реагируют по разному на это. — А что до императора, то ему ваше падение тоже не нужно. Он против старых Вяземских, тех, кто вечно был бельмом на глазу, но не против вашего существования в целом. Как раз наоборот — хочет вас сохранить. Впрочем, это совсем не означает, что император действительно не смотрит на ситуацию сквозь пальцы.

— Бельмом на глазу? — Светлана усмехнулась. — Знаешь ли ты, почему мы стали этим самым бельмом? Не знаешь? Так я расскажу: однажды идиотка предсказала, что один из двух Родов предаст другой и возвысится. И как ты думаешь, Серёжа, что случилось дальше?

Я посмотрел на неё, заканчивая очевидный рассказ женщины: