Когда ее нейтрализовали, мы все выдохнули. Такие люди должны быть как можно дальше от общества. И страшно, что она когда-то может выбраться из своего заточения. Озлобленная на весь мир, она может такое натворить.

Но я все же надеюсь этого не случится. Без нее дышится однозначно легче.

Если только не брать в расчет неизвестного преследователя.

«Подарки» от него приходят все чаще. Я ощущаю себя под постоянным наблюдением. Я человек достаточно популярный из-за блога, но все же не верится, что это мой безумный фанат. Слишком эти посылочки индивидуальны, продуманы. Будто человек меня хорошо знает.

За Родиона страшно. Кто знает, что у преследователя на уме.

Пора обращаться за помощью.

Я оттягивала это непозволительно долго. Все мое нежелание привлекать кого-то постороннего. Ненавижу рассказывать про свои проблемы.

Еду в офис к человеку, который ранее работал на отца. У него сейчас своя фирма. Папа ему доверял, и лучше к нему, чем непонятного кого искать.

Брату я рассказать все же не решаюсь. У него сейчас все отлично в семье, много работы, зачем отвлекать своими проблемами.

Выкладываю, когда все началось, что за подарки, в общем все детали. Антон обещает разобраться в ближайшее время. Очень тепло ко мне относится. Имя отца продолжает жить.

После визита становится немного спокойнее.

Сажусь в машину и как раз звонит подруга Кристина, первая жена Адама.

- Ви, привет! Когда мы встретимся? Мои девочки мне покоя не дают, Родиона хотят увидеть.

У подруги две дочери близняшки, одного возраста с моим сыном. Пока мы решали проблемы Кристины с разводом, устраивали ее личную жизнь, наши дети сдружились. И сейчас постоянно на связи. Ну и мне приятно повидаться с подругой.

Договариваюсь о встрече через два дня.

Тянусь в бардачок за влажными салфетками. А из него выпадает черная, продолговатая бархатная коробочка.

Меня будто током ударяет.

Выбросить бы ее. Но вместо этого, я беру гадость в руки и открываю. На бархате лежит кожаный ошейник, украшенный черными бриллиантами. И маленькая записка: «До скорой встречи».

Дыхание спирает. Открываю дверь машины, пробую сделать вдох. Ничего не получается. Липкий, мерзкий страх сковывает тело.

И это прямо у офиса Антона!

Что мне ожидать дальше?

Бегу снова к нему в офис, сжимая в руках эту мерзость. Не реагируя на секретаршу, забегаю в кабинет. Глаза расширены, меня колотит.

- Вот, только что нашла в бардачке, - бросаю коробочку ему на стол.

Пальцы жжет, будто он пропитан отравой.

- Кто-то тебя очень хорошо знает.

- Это я и сама поняла, - огрызаюсь.

Мое самообладание трещит по швам. Долго я так не протяну.

- Мужик, Виолетта. На бабу это не смахивает. У тебя есть подозрения, кому ты могла сильно насолить?

Мотаю головой. Мысли путаются. Я слишком напугана.

Степан… можно на него подумать. Но при всей его продажности, я уверена – это не он. Вот просто знаю.

Стрельцов… так он давно уже нашел свое счастье, про меня и думать забыл.

Есть еще Семен, бывший муж Кристины, но он вряд ли на такое способен. Он сейчас далеко и у него не хватило бы ни ума, ни ресурсов.

Перебираю в голове всех, с кем когда-либо контактировала. Выкладываю рассуждения Антону.

А мерзкий черный ошейник на столе переливается всеми оттенками черной бездны, в которую меня затягивает.

- Я выделю тебе парней. Будешь ходить с охраной. И за Родионом надо приглядывать, - Антон дает распоряжения.

А мне почему-то кажется, что это не остановит преследователя, я стою на краю, и вопрос времени, когда он меня столкнет вниз.

Степан

Меня редко чем можно удивить. Тем более ввести в ступор.

Это удалось маленькому мальчику. Потому как я смотрю на него как истукан, пробуя переварить информацию.

- Откуда у тебя это? - прикасаюсь к белому конверту.

Я был уверен, что мне Матецкий подобного послания точно не оставил. Да и зачем, все ведь со мной и так предельно ясно. Он оставил меня у руля. Раскрыл тайны… не все тайны…

Даже не представляю, что может содержать этот белый конверт.

- Дедушка мне дал, - Родион поправляет свой галстук.

- Когда твоего дедушки не стало, тебе было пять лет.

- Верно, - кивает. – Дедушка сказал, держать до момента, пока я не прочитаю свой конверт.

- У тебя тоже был конверт? – спрашиваю хрипло.

Не похоже, что парень сочиняет. Но все его слова звучат… мягко говоря, неправдоподобно.

- Да. Дедушка сказал, чтобы я его прочитал на свой восьмой день рождения. А до этого берег.

- И ты молчал? Никому не говорил?

То, что Матецкий был уверен, что ребенок его послушает. Исполнит все, как он сказал. И что ребенок реально так сделал, у меня в голове не укладывается.

- Это же секрет. Наш с дедушкой. Его последняя воля. А волю усопшего надо уважать, - смотрит на меня так, будто я дурак и не понимаю прописных истин.

- И что было в твоем письме? – вожу пальцем по белому конверту. Он так и приковывает мой взгляд.

- Я узнал, что вы мой отец. Там был и тест ДНК. И указания, когда вам можно отдать ваш конверт. О другой информации в письме, я не имею желания распространяться.

- Ты пятилетний ребенок, прятал конверты и выжидал. Прятал так, что никто их не нашел и твоя мать не в курсе о них? – спрашиваю строго, смотрю ему в глаза, и в ответ получаю точно такой же взгляд.

Похож ли на меня Родион?

Не знаю… Вообще дичь, что я о подобном думаю.

- Я не имел права подвести дедушку.

- Покажи мне тест.

Родион достает из папки вчетверо сложенный лист и дает мне.

Тест сделан давно. Через год после рождения парня. И да, из него следует, что Родион мой сын.

Только это полнейший бред!

Я никогда не спал с Каролиной. Могу поверить, что он не сын Сергея. Мало ли с кем Каро забавлялась. Но точно не мой.

- Мы можем сделать повторный тест, - Родион будто читает сомнения на моем лице.

- Я разберусь, - откладываю лист в сторону. – А почему ты сейчас решил мне это сообщить?

- Всех причин озвучивать не буду. Основная, маме нужна помощь, - Родион сидит с прямой спиной, смотрит уверенно.

Чем-то мне Матецкого напоминает, тот тоже смотрел так, словно в будущее заглядывает и знает гораздо больше собеседника.

- Пусть мама сама придет и скажет, что ей нужна помощь, - отвечаю резко.

Не хочу я касаться ничего, что связано с Виолеттой. А судьба снова подкидывает ребус.

Нет. Родион не может быть моим сыном. Матецкий наверняка тест подделал. А ребенок поверил. Как бы он ни говорил и выглядел, а Родион всего лишь ребенок.

- Вы прекрасно знаете, она это не сделает. А дело серьезное.

- Что случилось? – спрашиваю с неохотой.

Не хочу я в это влезать.

Мне хватило, что жизнь нас так или иначе сталкивает с Виолеттой. У нас слишком много общих знакомых. Мы решали вместе их вопросы и не раз. И никогда это ничем хорошим не заканчивалось.

- Ее кто-то преследует. Неизвестный дарит ей странные подарки. Все началось на Кипре, когда мы ездили на свадьбу. И становится только хуже, подарки все больше пугают маму. Она пытается от меня скрыть, но я все вижу, - он продолжает пристально смотреть на меня, как на прицеле держит.

- Фанат какой-то скорее всего. Пусть Виолетта охрану наймет. Почему ты с этим ко мне пришел? – говорю холодно и отстраненно.

Я не позволю снова втянуть себя непонятно во что.

- Потому что именно вы можете помочь.

- Поэтому ты сообщил мне, что я твой отец?

- У меня были на это свои соображения, - поджимает губы. – Степан, к новому тесту я готов. Рассчитываю на вашу помощь, - Родион поднимается с кресла. Подает мне руку. Пожимаю ее. – Настоятельно прошу не игнорировать мою просьбу. Будем на связи. Всего доброго, - выходит из моего кабинета.

А белый конверт так и остается лежать на моем столе.