С каждым ее словом, меня скручивало внутри, сознание менялось, в ломках и боли я перерождался. И смотрел… смотрел… пересматривал, продолжая терзать себя.

Они очень быстро объявили день свадьбы. Событие ожидалось грандиозным.

Быстро у них все.

Вероятнее всего, встречались и раньше, просто дали огласку, когда уже дело к свадьбе шло.

Я ненавидел себя за этот поступок, но день свадьбы пропустить не мог. Я заранее знал маршрут.

Преследовал ее. Смотрел, как Виолетта сверкала в роскошном платье, волосы воронового крыла развивались, бездонные глаза светились, ее улыбка манила.

Сколько я представлял, как она станет моей женой. А в итоге… к алтарю ее повел Синичкин.

Я был там, затерялся среди гостей. Пропуск у меня был. Я сам себе его сделал. Я ведь на Матецкого работал, с документацией. Это не составило труда. Я был невидим. Таких как я не замечают.

Виолетта почему-то иногда оглядывалась. Выискивала кого-то в толпе. А потом поворачивалась к своему мужу и одаривала его своей роскошной улыбкой.

Это было невыносимо смотреть, но я продолжал.

Банкет был организован в огромном дворце. Собралось немеряно народу. И я ходил как приведение между ними. На меня никто не обращал внимания, но подвыпившие гости делились друг с другом информацией. Я же собирал ее. Еще пока не знал зачем, но мозг работал.

Виолетта танцевала, кружила, сверкала. И я, испытывая адскую боль, любовался ею.

Надо уничтожить в себе эти чувства. Вырвать с сердцем. И никогда больше не испытавать ни грамма эмоций.

Она периодически снова искала кого-то в толпе. Но наши взгляды так ни разу не встретились.

Я ушел домой и долго выл. Молча, зажав между зубами подушку.

А потом пришел на работу. А там все обсуждают свадьбу. По интернету гуляет куча фоток.

Ушел с головой в работу. Первым делом избавился от заместителя директора моего отдела. Он единственный постоянно меня оскорблял и обращался не иначе как «недоумок». Что ж недоумок пошел и сдал все его делишки начальнику. Я не подставлял. Он сам все для этого сделал.

Они меня не замечали, говорило и своем, а я все запоминал.

Вечером того же дня, меня вызвал к себе Матецкий.

- Решил стукачом заделаться? – насмешливо спросил.

Ему все уже доложили.

- Работаю на благо фирмы. Некомпетентный человек на такой должности – это удар по вам же.

- А ты типа компетентный? – Матецкий ухмыльнулся.

- Вам не выиграть предстоящий суд. У противника есть козыри в рукаве. И ваш адвокат выбрал не верную стратегию, - заявляю спокойно.

- Да, ну, - Матецкий взглянул на меня иначе, во взгляде впервые промелькнул интерес.

- А что предлагаешь ты, Степан?

Я выдал свое предложение. Подсказал стратегию, и в каком ключе вести дело.

Тогда Матецкий ничего мне не сказал.

Но дело он выиграл. И стратегия была использована моя. А я получил повышение. Не зама. Нет. Помощника юриста.

Это был один маленький. Но самый важный шаг. Я понял, что многое могу.

А потом меня ждала очередная новость – Виолтетта ждет ребенка.

Нашего малыша она не задумываясь убила. А от Синичкина забеременела тотчас же.

Что сказать?

Надо больше работать.

Работа… именно в ней я находил спасение. И цели мои росли пропорционально боли и растущему животу Виолетты.

Виолетта

- Ты где была? – Синичкин нависает надо мной, едва переступаю порог его квартиры.

Три часа ночи. Он бы должен был спать. Но он не спит. Никогда не спит, пока я не вернусь домой. А утром невыспавшийся и злой идет на работу.

- Хорошо проводила время, - сдергиваю с живота накладку, которая меня уже достала.

С момента свадьбы прошло шесть месяцев. Да, отцу удалось добиться желаемого. Я вышла за Синичкина. Но что-то все равно пошло вразрез их задумкам.

Я сделала как они говорили, но кто сказал, что я буду покорно слушать их дальше?

- С кем? – Сергей сжимает мои плечи и заглядывает в глаза. – Кто он скажи?

- Тебе не все ли равно? – нагло смеюсь ему в лицо. – Твоей жене доставляют удовольствие. Радуйся, что твою работу выполняют.

- Я и сам могу! Виолетта, что ты творишь! – трясет меня.

- Отпусти. Я устала. Хочу отдохнуть, - отталкиваю его.

- Это Стрельцов, да? Ты с ним?!

Демонстративно зеваю.

- Ты меня уже утомил. Неужели отец не мог мне выбрать более подходящего мужа, ты тошнотворный зануда.

Иду на кухню и наливаю себе стакан воды. Синичкин плетется следом.

Он уверен, что я изменяю ему направо и налево. И да, именно этого я и добиваюсь. Уже в первую брачную ночь, я сделала так, что он застал меня в постели с другим. Потом еще раз и еще.

Синичкин связан контрактом, и еще чем-то из-за чего он с маниакальной одержимостью за меня держится.

Я вижу одержимость в его глазах. Он меня желает. Но не получает. Мы ни разу за все время не спали. Хоть он, что только не придумывал, чтобы затащить меня в постель.

Впрочем, это я лишь для него сплю с другими. На самом деле мне противна сама мысль лечь с кем-то… Степан… он оставил травму, некий барьер, через который я переступить не могу.

Возможно, получилось бы со Стрельцовым. Он… интересен мне. Я многому у него научилась, так сказать, брала уроки подлости и изворотливости.

И притяжение к нему есть, особенно оно усиливается, когда Каро бесится из-за нашего общения. От этого я тянусь к Стрельцову еще сильнее.

Каролина так и не уехала. Как узнала, что мы с ее любовником плотно общаемся, так закатила скандал, и сказала, что из города ни ногой. Отцу пришлось ее в доме закрыть.

Но я не упускаю шанса навестить папочку и позлить свою мачеху.

Своего любовника по понятным причинам она видеть не может, она ограничена в передвижениях, беременность сделала ее злющей и раздражительной. А я могу его видеть, общаться и донимать ее.

Я научилась вариться в их мирке. И даже получаю некоторое удовольствие от этого.

- Завтра у твоего отца юбилей. Ты не забыла, - он старается сдерживаться, но при этом все равно пожирает меня глазами. – Закрытый праздник, чтобы Каролина могла присутствовать. Для общественности будет потом. Так что прошу, давай без твоих выходок, - хмурится.

Такого голодного взгляда никогда не видела у мужчины.

- Птица, я вроде склерозом не страдаю. И я, как всегда, буду идеальна, - подмигиваю ему.

- Я не птица! Сколько тебе говорить! Я твой муж! – орет.

Он часто из себя выходит. Ор поднимает. Но этим дело и заканчивается. Даже иногда веселит. Но сейчас я спать хочу.

Еще он бесится, когда я его птицей называю. А я только так и называю, иного имени для меня не существует.

Мой телефон звонит. Принимаю вызов. Машу рукой, мол иди, не мешай.

Но он как коршун ко мне подлетает.

- Сергуня, не успели расстаться, а ты уже соскучился, – воркую.

- Ви, мне только что Каро звонила. Угрожала, чтобы я завтра не смел на юбилей к твоему отцу приходить.

- Оу, как она ревнует. Я надеюсь, наши планы не меняются?

- Нет. Ксюша все равно с детьми в санаторий уехала. Так что будем зажигать.

- Отлично. Целую, - громко чмокаю и отключаю вызов.

Со Стрельцовым у нас секса не было. Но в будущем все возможно. Мне с ним комфортно. Больше в окружении у меня никого нет, с кем я могла бы пообщаться. Только он.

Все мои родственнички уверены, что мы любовники. И я тщательно поддерживаю эту иллюзию.

Хотела бы сказать, что забыла Степана, но это далеко не так.

Я слежу за его жизнью. Его повысили. Он львиную часть времени проводит на работе.

Зачем мне это?

Сама себя ругаю, но остановиться не могу.

Я подозреваю, что повышение он получил за сговор с моим отцом. Что-то между ними есть, если бы отец реально его так терпеть не мог, то не взял бы на работу.

Уже должно быть не важно. У меня другая жизнь. Мой блог неожиданно стал очень популярен и мне понравилось его вести. Он развивается, растет число подписчиков. И я получаю удовольствие от его ведения, учусь, прошла много курсов, чтобы совершенствоваться в этом деле.