Светлана знала, что именно происходит в голове у защищающихся в этот момент. Как в голове прокручиваются десятки, сотни вариантов, как стремительно принимается решение на кого именно обратить фокус внимания — на левую или на правую? Кто будет бить? Куда? Как? Наметанный взгляд подмечает каждую мелочь — с какой ноги выпрыгивает каждая, как в полете — отводится назад плечо — для удара или же для того, чтобы обмануть, но не ударить… как фокусируется взгляд взлетающих в прыжке девушек, кто-то прикусывает губу перед ударом, кто-то — сужает взгляд, прищуриваясь… сотни, тысячи мельчайших признаков. За долю секунды мозг выдает решение и защита — выбирает на ком сфокусироваться.

Проблема в том, что кого бы защита не выбрала — она ошибается. Ни левая, ни правая «лошадки» не бьют по мячу. Мяч все еще слишком высоко, но защита этого не понимает, находясь внизу ей трудно просчитать расстояние. А лошадки, которые взлетают, изображая атаку на самом деле исполняют только одну функцию. Заслонить Каримову, которая за их спинами совершает разбег и прыжок! И в тот момент, когда защита взмывает в воздух чтобы выставить блок — она понимает, что совершила ошибку, что мяч слишком высоко, что левая и правая «лошадки» опустятся на площадку, так и не дотянувшись до него… но защита еще не понимает, что происходит. Она думает, что мяч будет просто падать вниз и что у нее все еще есть шанс дотянуться, упав вниз — сменить траекторию, оттолкнуться от покрытия и все же взять мяч… защита все еще надеется.

Ровно до того момента, пока над спинами опускающихся вниз «лошадок» не взмывает вверх сама Каримова, заслоняя собой солнце. И вот тогда защита наконец все понимает. А мяч, посланный мощным ударом Гульнары Каримовой, капитана «Автомобилиста» — беспрепятственно ударяется о покрытие площадки.

Такова Каримовская «Колесница». Затратная комбинация, требующая согласованности и сыгранности всех участников. «Лошадки» должны взлететь синхронно, сбивая с толку противника, а это — разбег в три шага и прыжок — все одновременно, секунда в секунду. Пасующая должна повесить мяч именно так, как нужно — слишком высоко для пайпа, но так, чтобы защита не могла рассчитать примерное расстояние снизу, сама «возница» тоже должна точно рассчитать свои действия… но когда «колесница» срабатывала, то от нее не было защиты.

— Алди! — выкрик Лильки бьет по ушам как кнут. Сердце Светланы подпрыгнуло. Вот оно. Сейчас. Пас пошёл вверх — высоко, выше, чем нужно для обычной атаки. Со стороны это выглядело как ошибка, как недоработка либеро. Но Светлана знала: Лилька так не ошибается.

Чамдар и Салчакова рванули к сетке одновременно. Три шага — короткий, длинный, стопорящий. Синхронно, как близнецы, как отражения друг друга. Сотни повторений на тренировках, сотни падений и ругани, сотни «давай ещё раз» — всё ради этого момента.

Они взлетели вверх, одновременно, синхронно…Две фигуры в чёрно-красном, две пары рук, отведённых для удара. Со стороны противника — невозможно понять, кто из них будет бить. Обе смотрят на мяч. Обе готовы. Обе —реальная угроза.

Светлана видела, как дёрнулась защита «Текстильщика». Последние несколько раз девятый номер команды противников блокировала атаки с завидной постоянностью, появляясь там, где было нужно и тогда, когда было нужно. Там, где Бергштейн подбирала мяч у земли, «девятая» попросту не допускала мяч на половину своей команды, блокируя его над сеткой.

Однако в этот раз она застыла на месте, провожая мяч взглядом. Не прыгала.

Странно, — мелькнуло в голове у Светланы. Но думать было некогда. Она уже бежала. Разбег — позже, чем у «лошадок», на полсекунды позже. Пока защита смотрит на Аню и Айгуль, пока пытается угадать, пока принимает решение — Светлана набирает скорость…

Чамдар и Салчакова у сетки, в полете. Мяч всё ещё в воздухе — слишком высоко для них, они и не собирались до него дотягиваться. Их работа сделана. Они — «лошадки». Они — обманка.

Защита «Текстильщика» поняла. Поздно — но поняла. Светлана видела, как расширились глаза девушки в белой майке, как она попыталась перестроиться, сменить позицию…

Поздно.

Светлана оттолкнулась от площадки. Прыжок — и она взмыла над падающими «лошадками», над сеткой, над всем. Мяч был прямо перед ней — сине-белый, именно там, где и должен быть. Именно за это она так ценила эту беспокойную и отмороженную Лильку Бергштейн еще в команде гормолзавода — за умение подвесить мяч туда, куда нужно. На долю секунды она зависла в воздухе. Видела площадку противника как на ладони. Видела, где стоит защита — не там, где нужно. Видела пустые зоны.

Удар.

Вся сила плеча, вся злость, вся радость — в одном движении. Ладонь впечаталась в мяч с тем особенным, сочным звуком, который Светлана любила больше всего на свете.

Мяч сверкнул в воздухе бело-синей молнией.

Девятый номер, «Маугли» противника — дёрнулась. Поздно, слишком поздно. Мяч уже прошёл мимо неё, уже ударился об покрытие издав звонкий звук.

Свисток судьи.

Светлана мягко отыграла коленями падение. К ней уже неслись остальные члены команды — обниматься и поздравлять. Она все еще не до конца привыкла к введенной тренером традиции собираться в круг после каждого розыгрыша, неважно выиграли или проиграли. Собираться, обхватывая друг друга руками, в единый круг объятий. Не обсуждать тактику, не советовать, не указывать… просто на несколько секунд собраться вместе. Запрещено — критиковать, высказывать негатив. Разрешено — хвалить, если что-то получилось. Зачем после каждого розыгрыша собираться в круг — она не понимала. Юля Синицына тоже не понимала и была с ней согласна. Какой в том смысл? Лишнюю энергию тратить…

— Молодец, Светка! — говорит Маша Волокитина, обнимая стоящих справа и слева от нее девушек: — колесница вышла что надо.

— Аня и Айгуля тоже молодцы. — говорит Лиля Бергштейн: — классно вышло.

— Она даже не дёрнулась. — добавляет Аня Чамдар и оглядывается через плечо на сторону противника: — так все быстро. Недаром тебя Свет, «Копром» кличут. Бьешь как сваи забиваешь…

— Все, закончили. — объятья на секунду становятся крепче, потом кружок распадается: — Свет ты на подаче.

Кондрашова кивает головой. Принимает мяч из рук помощника вне площадки, подбрасывает его вверх, закрутив, ловит и идет на свое место. По пути — бросает быстрый взгляд на половину площадки соперников. Видит «девятку», которая смотрит на нее, нехорошо прищурившись. В этом взгляде не было угрозы, не было удивления, вообще не было эмоций. «Девятка» соперников словно бы оценила ее, записав в какую-то книжечку и убрала книжечку на полку, вот и все. Светлана вспомнила что эта девушка даже не дернулась в момент удара. Аня Чамдар тоже это заметила. Она так и сказала — «даже не дернулась». Это-то и было странно. «Колесница Каримовой» была устроена так, что защита была обязана принять неверное решение. Прыгнуть невовремя. Дернуться не туда, куда надо. Конечно, был вариант что эта «девятка» просто в ступор впала, застыла на месте, протормозила момент…

Но Светлана в это не верила. Она уже видела, как «девятка» играет и не верила в то, что та могла впасть в ступор. Нет.

Был и второй вариант. «Девятка» — поняла, что мяч был подвешен слишком высоко… поняла, что «лошадки» не будут бить по мячу, ожидала продолжения комбинации, а увидев, что все равно не возьмет — не стала даже дёргаться. Но… насколько нужно быть хладнокровной и продуманной для того, чтобы сыграть вот так? Быть этого не может… она талантлива, но она же «Маугли», дикий талант из деревни, она не может быть сыгранным ветераном, не может вести себя так, как будто у нее за плечами сотни матчей. Наверное показалось.

Светлана встала на линию, подкинула мяч в руке, примериваясь. Подождала пока все девчата не займут свои места на площадке, пока не раздался свисток судьи. Жалко что Синицына на скамейке сидит конечно… у нее подача что надо. Но…

Она подбрасывает мяч и взлетает вслед за ним, ударом отправляя его в полет на сторону противника. Ее подачу конечно возьмут, но вслед за тем Лиля снова вытащит мяч и подвесит его как надо… опустившись вниз она тут же чуть наклонилась вперед, чтобы быть готовой. Со стороны противника мяч взяла та же самая «девятка», она передала пас «троечке» и «троечка» едва отработала, отправив мяч через сетку. Уровень остальной команды существенно проигрывал в сравнении с «девяткой», если бы у них вся команда такая была у нас шансов не было бы — подумала Светлана, готовясь к разбегу.