Оля умница и всё понимала и вскоре между нами установилась договорённость. Она принимает от меня помощь, а я даже помогал ей в домашней работе. Сама девушка при этом взялась за мой внешний вид. В самом деле одинокий парень, живущий в общежитии заметен тем, что имеет несколько неухоженный вид. А Оля как заправская жена стирала мои вещи, подшивала если было нужно и вообще взяла надо мною шефство. Она передавала мне пирожки со всякой начинкой, — ой, я тут затеяла пирожки. Вот свёрток, вывесишь за окно на мороз. Потом только подогреешь в духовке и будут как свежие.

Но на всё это требовались деньги, поэтому я и был несказанно рад, что система наконец заработала.

Прорыв в наших отношениях случился во время посещения новой квартиры. Коробка дома уже готова, идут отделочные работы. С разрешения прораба мы поднялись на третий этаж и зашли в нашу квартиру. Под ногами хрустит песок и мелкие камушки. Окна радуют свежим запахом дерева. Подоконников, дверей и батарей отопления пока нет, но в целом квартира приобрела окончательный вид. Лоджия смотрит во двор, — а там, наверное, будет детская площадка? — прижалась ко мне девушка.

— Наверное, а сзади должен быть гаражный блок на семнадцать посадочных мест. Обещали выделить тем, кто учувствовал в строительстве.

— А нам то зачем?

— А ты что не хочешь машину? Лично я планирую купить в ближайшее время. У вас же есть дача, вот и буду возить туда летом.

Оля обняла меня и поднявшись на цыпочках, поцеловала в губы. Не удержавшись, я запустил руку под её пальто. И там нащупал два восхитительных полушария. И это так меня распалило, что я, наверное, позволил себе лишнего.

— Тихо, сюда могут войти, — и Ольга положила пальчик мне на губы, призывая не шуметь. Это при том, что она не сделала попытку избавиться от моей осмелевшей руки.

— Не сейчас, не здесь, — позже я прокручивал её слова и мне показалось, что в них заложен определённый смысл.

Стыд и позор, я со всем своим солидным жизненным опытом не смог просчитать двадцатидвухлетнюю девицу. Мы собрались на концерт Льва Лещенко, — Макс, только зайдём к подруге. Она с родителями уехала к родне, а меня попросила поливать цветы и кормить кота.

Я-то наивный даже не разувался, пока Оля скрылась в недрах полутёмной квартиры своей подруги. А потом мне показался странным звук идущий из комнаты. Пройдя в зал, я увидел стоящую у окна девушку. На ней вязанное бардовое платье, которое выгодно подчёркивало достоинства великолепной фигуры. Оля смотрит на снегопад за окном, зябко обхватив свои плечи руками. Подойдя к ней, я прижался к её спине, а когда она повернула ко мне лицо, коснулся её губ.

— Подожди, — в последнее время мне всё сложнее контролировать себя, когда мы остаёмся наедине. Вот и сейчас в коридоре я прижал девушку к стене и абсолютно забыл, для чего мы здесь.

Оля мягко вывернулась из моих рук и сдёрнув меховой плед с дивана, постелила его на пол. Затем она села на краешек стула и принялась медленно стаскивать тёплые чулки. А я завороженно следил за этим волшебством. Вот сверкнули в полутьме голые ноги, на мгновение я увидел белые трусики, затем девушка встала и протянула ко мне руки.

В отличии от неё у меня вроде бы немалый опыт в амурных делах, но откуда это чувство, что она меньше меня волнуется.

— Ты уверена? — сложно ошибиться в намерениях, когда стоящая рядом девушка берёт твои ладони и накрывает ими свою грудь.

— Да, — чуть слышно ответила она.

А утром я проснулся от того, что не чувствовал правую руку. Там уютно пристроилась голова моей девушки, вот рука и онемела. К тому же сон на довольно твёрдой поверхности не способствовал особо приятным ощущениям. Зато на меня нахлынули воспоминания о прошедшей ночи. Это было настоящее сумасшествие. Я вспоминаю красоту девичьего тела, бархатистость кожи, теплоту её рук и нереально красивые глаза. Оля стала женщиной по своему выбору, так она решила. Оценила все риски и придумала повод — проведать котейку подруги, если честно, мы его даже не видели. При всём своём пуританском воспитании она не стала ждать свадьбы. Тем самым расставив окончательно приоритеты и связав наши судьбы воедино. Разумеется, мы и не думали предохраняться, так что со свадьбой тянуть никак нельзя.

С этого момента моя жизнь изменилась радикально. Мы проводили вместе почти всё свободное время. А ещё я решительно не желал проводить ночи в одиночестве. Мне страшно понравилось просыпаться, прижимая к себе тёплое волнующее тело. Не последнюю роль играет и тот факт, что даже на работе мне вспоминаются отдельные зажигательные моменты, заставляющие меня искать возможность уединиться с любимой девушкой. Проблема типичная для этого времени. Гостиница только для иногородних, с местной пропиской не пустят. В общагу сам не потащу свою невесту. Остаются редкие возможности, когда Нина Михайловна уходит к знакомой на чашечку чая. Тогда я выдаю трояк Татьяне и юная шантажистка, злобно ухмыляясь исчезает в направлении кафе «Сказка». Где и будет сидеть, пока не проест все выцыганенные у меня деньги.

И как бы в противовес моим личным делам, когда порой хотелось подпрыгнуть и взлететь от переполняющих чувств — меня стало частенько клинить на почве ожидания неприятностей. Наверное нечто подобное испытывает воспитанный в строгих моральных нормах вынужденный воришка. Украл мелочь из кармана товарища и мучается угрызениями совести всю жизнь. Только у меня с последним всё в порядке, а неприятности мне могут доставить внешне вежливые товарищи из компетентных органов. И всё чаще ловлю себя на мысли, что не хочу больше вмешиваться в дела больших и серьёзных дяденек. Раньше мне было легко и, не скрою, интересно. У меня не было семьи и любимой девушки. Я мог рискнуть ради великой цели.

Но теперь всё изменилось, мне есть ради кого жить. Появилась та, ради которой хочется просыпаться по утрам, а не бросаться в темноту истории с факелом в руках. И вместе с этим пришло простое понимание — я не хочу снова рисковать собой и теми, кто находится рядом.

Да, я мог бы рискнуть и передать ещё порцию сведений, чтобы продолжать подталкивать огромный механизм, который зовут страной. Но ради чего? Ради эфемерной идеи, что человек, пусть даже обладающий взрывной информацией, может в одиночку переставлять фигуры мировой политики? Всё это больше похоже на иллюзию, на сладкую ложь и напрасную надежду, в которые легко поверить самому.

Я уже дал им достаточно. Факты, даты и предупреждения на десятилетия вперёд. А реакции ноль, никаких изменений я пока не вижу, хотя регулярно изучаю прессу. И даже если там наверху мне поверили, то история будет очень медленно сворачивать на другие рельсы и мои предсказания станут как бы не актуальны.

Конечно я мог бы сообщить немало интересного в плане новых технологий и путей развития человечества. Но я не этого добивался, когда решился на авантюру с письмами.

Наверное сейчас во мне проснулся обычный человеческий эгоизм, я хочу жить. Не спасать мир, не исправлять ошибки великих мира сего — просто жить. Хочу счастья для себя и для тех, кто мне дорог.

Политика — вещь холодная и прожорливая. Она не стоит ни одной человеческой судьбы. Ради будущего миллионов советских граждан я рискнул. Но уверен, что очередная попытка выдать информацию из будущего станет для меня фатальной. Стопудово деятели из КГБ настропалили сторожевые нити на каждом углу в ожиданиимоего выхода. То, что прокатило один раз, повторить не удасться. Не надо недооценивать советские спецслужбы.

Порой напоминаю сам себе жертву мании преследования. Я даже опасаюсь покупать газеты в одном месте рядом с общагой. Специально трачу время и выхожу на площади Ленина или у Главпочтамта. У киосков «Союзпечати» есть специальные газетные витрины для тех, кто хочет быть в курсе последних новостей. Вот и я толкаюсь среди интересующихся, читая передовицы и авторские статьи. Если меня что-либо интересует, только тогда покупаю газету и уже в комнате изучаю.