Вообще охотники имеют специализацию. Нас называли соболятниками, а добывали мы кроме соболя также песца, куницу, норку, колонка, лисицу, белку, росомаху и реже горностая.

Спецов по копытным прозвали зверобоями, у этих сезон с сентября по декабрь. А были ещё специализирующие по водоплавающей и боровой дичи. У них разгар охоты август–ноябрь.

Но это деление было условное, а так моя новая лицензия выглядела приблизительно так:

— Соболь — 12 штук.

— Лиса- 4.

— Белка — без ограничения.

— Куница лесная — 8-12 штук.

— Колонок 3-5.

— Хорь степной — 2.

— Заяц-беляк — 12

И так далее, добыча лося, кабана и косули шла отдельно по требованию охотхозяйства. Условия охоты в Новосибирской области менее экстремальные, чем у нас. Маршруты более короткие и ближе к деревням. И к сожалению квоты на добычу пушнину тут в разы ниже.

Интересная встреча у меня состоялась с охотинспектором, на участке которого мне предстоит трудиться:

— Значить с Тюмени? — парень моего возраста принялся изучать мои документы.

— Да, по меху работал. Соболь, куница.

— Ну у нас соболя мало, но куницы в изобилии. Лис тоже хватает, а вот песец к нам забредает редко, это северный зверёк, — инспектор заполнил мою лицензию, попутно давая информацию о моих новых охотничьих угодьях.

— Мне нужен мех, мяса хватает. А план закрывать надо. Участок твой в Колыванском районе, урочище Берёзовая Грива. Избушка там старая, но ещё постоит.

Так что до начала сезона у меня появилось время заняться своими делами.

Мне показалась удачной мысль найти Леонида Витальевича Шнайдермана. Если он существует и признает мою особу, значит я дома, в своём мире.

Но в управлении «Сантехмонтаж» мне не смогли толком помочь. Вернее, секретарша ответила уклончиво и пришлось мне наводить справки у курящих на улице мужиков.

— Шнайдерман? Как же, был такой. Но он пошёл на повышение. Наша контора разделилась и теперь Лёня начальник управления «Промвентиляция». Это минут двадцать ходу на твоей машине.

Да, я теперь не безлошадный, пришлось поменять номера. С государственными меня вообще не замечали гаишники. Зато с частными каждый норовил остановить. Всё интересно было, кто такой рассекает на вездеходе. Двери мне подшпаклевали и покрасили, но вот бывалый в многочисленных сражениях тент вызывал скупую слезу. Вместо тёмно-зелёного родного мне поставили серо-жёлтый в заплатках. Был и ещё минус, машина не закрывается. Положим замки на водительскую дверь я врежу. Но ведь тент легко отстегнуть или даже порезать. И тогда залазь в машину на здоровье. Так просто её в городе не оставишь.

Леонида Витальевича я застал выходящим из кабинета, — да, Вы ко мне? Извините не сегодня, уезжаю на объект.

А Шнайдерман совсем не изменился. Такой же цепкий и внимательный взгляд, говорит он неторопливо, взвешивая каждое слово. У меня с ним были отличные отношения, намного теплее, чем с Иноземцевым. Плохо только то, что перед ним сейчас совсем незнакомый парень. И явно проситель, а тут цельный начальник управления.

— Леонид Витальевич, а я к Вам только передать привет, — мужчина остановился, в глазах появился интерес.

— От кого, если не секрет?

— От Максима Юрьевича Аверина, — сработало, выражение глаз резко изменилось. Начальник управления крикнул вглубь коридора, — Коля, едем через 10 минут. Зайди к Михалычу и забери канистру, ну сам знаешь.

Шнайдерман открыл дверь кабинета и сделал приглашающий жест рукой.

Не успел я сесть на стул, как он задал вопрос, — и давно вы виделись с Максимом?

Да, всё-таки я в своём мире, раз память обо мне существует. Настроение мгновенно взлетело к небесам. И не важно, что разговор закончился весьма быстро. Я рассказал, как несколько лет тому назад пересёкся с Авериным и мы обсуждали возможность моего переезда в Новосибирск. А для оправдания моего прихода я сочинил сказку, что хотел бы устроиться работать на грузовик:

— Зайдите в отдел кадров, я им позвоню, — на этом мы расстались. Леонид Витальевич поняв, что от меня он подробностей о пропавшем знакомом не добьётся, сразу потерял интерес.

Это событие я отметил в кафе, где плотно пообедал. Я бы взял побаловаться коньячка в честь своего возрождения, но за рулём. Да и дела есть.

Вот вопрос вопросов, как мне подобраться к Ольге? Было бы верхом глупости просто прийти к ней и рассказать правду. Пусть и частичную. Мне показалось вернее, если подобраться к ней поближе, познакомиться. А там уж включить своё обаяние. Она же один раз клюнула на меня. Неужели только на внешность повелась?

Я даже столкнулся с нею при входе в здание университета. Моя любимая просто посмотрела сквозь меня, пропустив в дверях. Обидно, я для неё один из многих. Зато мне удалось подкатить к секретарше на её кафедре. Та благостно отнеслась к большой шоколадке и поделилась некой приватной информацией. Я даже увидел заведующую кафедры психологии Сазонову Виолетту Николаевну. Невысокой сухощавой женщине 60 лет. Доктор наук, автор многочисленных монографий и статей в советских специализированных журналов имела весьма серьёзные связи в московском научном обществе. А вот сынок её балбес — Виктор Александрович кандидат наук, туповат и ленив. И держат его исключительно благодаря мамаше. О моей жене секретарша много не сказала, — Ольга Анатольевна немного странновата. Я имею в виду, что излишне принципиальна. Она режет на зачётах своих студентов, не допуская их к сессии. А потом менее принципиальные коллеги берут подношения и ставят им зачёт.

Узнаю Олю, а вот про её Витька узнать правду мне было очень приятно. А ещё приятнее было услышать, — Виктор Александрович ухаживает за ней. Но, по-моему, она его бортует. Я же говорю странная.

Ясно, значит секретарша Гуля считает странным не бросаться на шею такому шикарному мужчине. Как же, у него своя квартира, доставшаяся от бабушки и машина «Жигули».

А в нашей квартире живут другие люди. Но оказалось, что Ольга сдаёт её знакомым, а сама перебралась к матери. Та работает на полставки и помогает с дочкой. Да, и судя по всему, Настёна моя дочь. Мастью девочка пошла в папу, светленькая и хорошенькая. Я наблюдал, как бабушка забирала её с садика. Идёт как порядочная, держа за ручку бабулю, и весело тарахтит о своём.

Нет ли у меня сомнений, что Настя дочь Макса? Абсолютно нет. Его глаза и черты лица, да и я в жизни не поверю, что Оля могла бы изменять мне на первом году замужества. У нас с ней был полный лад, столько планов на будущее, которые нарушил этот шизанутый Аверин. Даже сейчас, думая о событиях того времени, я уверен в правильности своих действий. Я избавил беременную Олю от придурка, который бы, несомненно, доставил моей жене массу самых серьёзных проблем. А так Максим пропал, случаются необъяснимые вещи. Человек, живущий нормальной семейной жизнью внезапно исчез. Детективная история, ведь всё было хорошо и сбежать тот просто не мог. Поэтому жена погоревала, но в душе теплится надежда, что он вернётся. По-крайней мере я надеюсь, что занимал определённое место в её сердце.

Действовать я могу только через любимую тёщу. Благо Нину Михайловну я знаю, что она любит и что ценит. Поэтому утро я начинал со слежки за нею. И вскоре установил график её жизни. На работу она ходит с утра. Понедельник и вторник до обеда. А в четверг у неё занятия до 15.00. Всё, остальное время женщина посвящает внучке и своим подругам. Да, она раз в неделю едет в центральный парк, где встречается у входа с двумя женщинами. Они гуляют по центральным аллеям. Потом заходят пообедать в кафе и расстаются довольные проведённым временем.

Повезло чисто случайно. Нина Михайловна после работы заскочила в магазин. Вообще на прилавках выбор неплохой. Явно лучше того ужаса, когда начали вводить продовольственные карточки. А сейчас лежат два сорта сыра, швейцарский и пошехонский. Свободно лежит любительская колбаса, а также ливерная и кровянка. В мясном отделе есть мясо на кости и бройлерские куры. А эта небольшая очередь выстроилась за сливочным маслом и полукопчёной колбасой. Я пристроился за объектом, решил себе тоже прикупить колбаски.