— Нет. Эстетические изменения минимальны, разве что мышечная масса уплотняется. Кожа остаётся обычного цвета. Кстати, то, что люди и орки генетически совместимы, свидетельствует о том, что они способны иметь общее потомство. Так что возможно, скоро появится много метисов.

— Да я только рад буду. Думал уже об этом. — Махнул я рукой, хотя мысль о демографическом взрыве с участием орков заставила меня мысленно содрогнуться. Проблем со смешанными детскими садами нам только не хватало, учитывая, что человеческие детёныши, по крайней мере, досистемные — явно слабее зеленокожих младенцев. Хотя вообще, надо узнать, как сейчас дело обстоит с рождением новых людей от тех, кто сильно улучшен Системой. Такие же, как и раньше, или сейчас в роддомах на свет появляется новый, улучшенный вид хомосапиенс, способный гнуть вилки силой мысли, парить в воздухе или стрелять лазером из глаз? Эта мысль мельком промелькнула в голове, и я продолжил допрос. — Но, как удалось добиться таких эффектов?

— Нуу… — Протянул он, задумавшись и стараясь сформулировать слова так, чтобы избегать сложных объяснений, всё же я был довольно далёк от его сферы деятельности. Кевин начал чертить пальцем в воздухе формулы, помогая размышлениям. — Если коротко, то первая версия выводила все показатели на пиковый уровень, а вот вторая делает крохотный шажок — за, не прорывая стандартный барьер человеческих возможностей. Это скорее можно сравнить с моментом, когда человек под воздействием адреналина совершает несвойственные ему физические подвиги: запрыгивает на дерево, поднимает тяжести, переворачивает машины и прочее. Только в штатном режиме, а учитывая, что организм развивается комплексно, то и без повреждения мягких тканей. Мы, по сути, обманываем ограничители мозга, говоря телу, что экстремальный режим — это теперь норма. Побочный эффект — повышенный расход калорий, но учитывая, что люди и так сейчас едят значительно больше нормы, прокачивая характеристики — это мелочи.

— Это отличный результат! — Похвалил я его искренне, видя, как лицо расплывается в ещё более широкой улыбке. Парень явно жаждал признания. — Сэкономит целую кучу очков характеристик людям, позволяя более быстро и гармонично развиваться. Это даст нам фору на старте для новичков.

— Спасибо, босс. — Он смущённо потёр нос. — Но, к сожалению, дальнейшего эффекта точно не будет. Условные сорок единиц характеристик — это потолок.

Я медленно кивнул, просчитывая варианты. В любом случае сорок единиц — это огромный успех. Для гражданских, решивших не связываться с Системой, стариков и тех, кому только должно было исполниться восемнадцать лет — это вообще билет в новую жизнь. Одно дело, заходить в портал, будучи обычным первоуровневым человеком, и совсем другое, делать то же самое, когда у тебя все характеристики задраны до сорока единиц, а противостоят тебе условные мыши. Хотя, наверное, и условия скорректируются в сторону усложнения, но думаю тут тоже возможно найти решение. Принудительно при достижении совершеннолетия раздавать коробку регенеративного геля, давать какое-никакое оружие. Я сделал пометку, чтобы не забыть мысли и потом передать в отдел развития корпорации, пусть просчитывают все варианты, а потом предоставляют руководству страны уже как готовый проект с путями решения. В развитие человечества я готов вложиться.

— Кевин. Ты только что сотворил чудо. Комплексное развитие, это же все характеристики одновременно, я правильно понял?

— Ага. Кроме мудрости. — Поправился парень. — Я не нашёл аналога этой характеристики в теле человека. Интеллект ещё ладно, а мудрость — что-то эфемерное.

— Считай это каналом связи с сервером Системы, дарующим способности, по крайней мере, я так думаю. Поэтому его не прокачать химией. — Отмахнулся я. — Ну вот. Сам посчитай. — Я начал загибать пальцы. — Стандартные характеристики для обычного человека при активации коммуникаторов где-то в районе десяти баллов. Сила, ловкость, телосложение, интеллект — по дополнительной тридцатке в каждый, это около ста двадцати очков характеристик — аналог целых шестидесяти уровней. Твой препарат способен значительно усилить обычных людей. Был бы он изобретён раньше, вторжение Тар’Као не унесло бы миллионы жизней — люди были бы способны сражаться с ними на равных.

Кевин на мои слова только заторможенно кивал, уже особо не воспринимая, как болванчик, и я понял, что он чертовски устал и держится на одних морально-волевых. Глаза его начали слипаться, а эйфория от успеха сменялась свинцовой тяжестью отката. А позвонил мне только, чтобы доложиться, боясь, что если уснёт, то забудет половину или решит, что это был сон.

— Ладно… — Я сделал паузу, глядя ему прямо в глаза, добавляя в голос металлические нотки, не терпящие возражений. — Отдохни. Ты заслужил право выспаться. Сегодня Хартнетт, у тебя выходной. Это приказ. И чтобы никаких «ну пап, ещё пять минут». Марш в койку.

Дождался подтверждения, прервал связь, и я позволил себе усмехнуться. Только что был заложен кирпичик в фундаменте будущего человечества. Всяким эльфам скоро придётся потесниться. Грядёт возвышение.

Правда, со всеми этими новостями вылетела из головы задача, которую я хотел ему поставить. Нужно будет потом ему позвонить, напомнить. Я, когда столкнулся с Охотниками Роя, задумался об их аномальной структуре и вспомнил ещё нечто странное и словно созданное для противостояния им.

Витроглоты. С виду милые желеобразные существа, пожирающие любую органику. Хотя по выгруженным мною отчётам из либертариума Ксенотопии выходило, что они скорее не пожирают, а ассимилируют её на субатомном уровне. И что будет, если натравить подобное существо на Охотника Роя? Или на заражённую им планету? Кто в итоге победит? Учитывая, что они универсальные утилизаторы.

Может, это биооружие в своё время и создавалось как противодействие Рою? Просто что-то пошло не так, проект не был доведён до конца, и его создатели погибли? История галактики полна забытых войн и брошенных инструментов разрушения — как моя станция, например. Не удивлюсь, если и тут руку приложили длинноухие, в чьи интересы вполне укладывается дестабилизация обстановки в галактике. А что? У них было оружие, Уничтожитель Звёзд — вполне эффективное и иметь ещё одно, неподконтрольное им, вполне могло показаться плохой идеей. Вот и прикончили создателей, чтобы сохранить монополию на силу. Эльфы всегда любили играть в шахматы, где все фигуры, кроме короля, — пешки.

Идея выглядела стройной и достойной изучения. Поэтому я, не мешкая особо, отбил Кевину сообщение, в котором просил заняться исследованиями, взяв со станции шкуру матки витроглотов. Возможно, если получится исследовать её, то это откроет нам тайну их аномальной способности, позволив создать аналогичное оружие. А если не выйдет, то найду живого витроглота. Думаю, на чёрном рынке галактики можно купить и не такое. Вопрос только в цене.

Он тут же ответил мне, что приступает к работе, и мне пришлось снова звонить ему, осаживая и буквально в приказном тоне отправляя спать. Он сопротивлялся, но ещё один звонок начальнику охраны и его буквально под руки увели спать. Ох уж эти учёные. Женщину ему нужно, которая будет контролировать его порывы.

Кстати, о женщинах. Я покосился на список пропущенных вызовов, и картина там была не радостная. Иметь четырёх подруг оказывается весьма напряжно. Впрочем, я всегда могу сказать, что был занят, выполняя дела государственной важности. А вот они, к сожалению, не терпят отлагательств. Поэтому следующий звонок я совершил сам, по сохранённому номеру.

— Максим Андреевич. — Раздался спокойный, узнаваемый голос. — Рад вас слышать. Хотя, признаться, каждый ваш звонок обычно предвещает какие-то проблемы.

— Вячеслав Вячеславович. — Кивнул я в ответ на его приветствие. — Вы правы. У меня действительно есть новости о наших общих знакомых, которые, скажем так, не очень дружелюбно относятся к людям.

— А поконкретней? В последнее время Земля нажила как-то неприлично много врагов. Скоро придётся составлять расписание, кто и когда на нас нападает. — Слегка устало произнёс президент.