Говорящий встал и медленной походкой подошёл ближе, продолжая говорить.

— И если сейчас покопаться в памяти, то именно ты был ответственен за контроль процессов, происходящих на Колыбели. Не хочешь объяснить уважаемому Совету, как так получилось, что бесхвостые обезьяны, сотни тысяч лет копошащиеся в грязи, за какую-то пару сотен лет совершили невероятных масштабов технологический рывок? Как они оказались в космосе? Как оказались вовлечены в конфликт с соседями, расстояние до которых составляло сотни световых лет? И как сумели разгромить превосходящие их силы? Откуда взяли корабли? Оружие? Ресурсы? Знания? Цепь твоих просчётов слишком длинна, чтобы быть простым совпадением. Создаётся впечатление, что тот таинственный игрок — это именно ты. Кто, как не глава Совета знает всё в нём происходящее и имеет доступ к ресурсам?

Каждое слово словно вбивало гвоздь в крышку гроба. Седой советник, сначала стоящий в горделивой позе, с каждым произнесённым обвинением терял спесь, его плечи поникали, а в глазах читалось стремительно нарастающее понимание того, к чему идёт дело. Он видел, как меняются выражения лиц тех, кого он считал союзниками. И осознавал, что всё подстроено, начиная от реального сбора всех присутствующих и заканчивая тщательно выверенной речью его собеседника.

— Старейшина Совелин Тиллирон. — Продолжил обвинитель, и, подняв руку вверх, громко заявил, чеканя слова. — Я инициирую процесс вынесения вотума недоверия. На основании стратегических провалов, приведших к эскалации множественных кризисов и прямой угрозе безопасности нашей расы.

В зале совета, сначала медленно, но потом всё быстрее и быстрее, начали загораться зелёные огни. Стоящий эльф, не веря своим глазам, смотрел на их появление, на то, как один за другим все отворачиваются от него. А в момент, когда даже его верные соратники, на которых он надеялся до последнего, подняли руки в поддержку вотума, он просто закрыл глаза, понимая, что всё кончено. Спорить было бессмысленно. Он проиграл.

— Решением Совета, единогласно, Старейшина Совелин Тиллирон приговаривается… — Озвучивающий приговор не договорил, вместо этого сделал быстрый, стелящийся шаг, слившийся в одно движение, затем выхватил из-за пояса артефактный клинок и рубанул, отсекая голову старому эльфу. Удар был молниеносным, и шанса у бывшего главы Совета не было. — К смерти. — Спокойно закончил он, стряхивая с лезвия алые капли. — Приговор приведён к исполнению.

— Самое время выбрать нового главу Советов. Того, кто исправит ситуацию. — Раздался голос доселе молчащей старой эльфийки, одной из бывших соратниц только что убитого.

— Вы претендуете на это место?

Кончик клинка, только что срубившего голову, уставился на седовласую, поднявшуюся с места. Та, увидев отблеск света на идеально чистом лезвии, даже не запятнанном кровью после казни, нервно сглотнула. Долгожителям гораздо обиднее умирать, чем короткоживущим, а тем, кто способен жить практически вечно, тем более.

— Нет, уважаемый Старейшина. Хотела предложить вашу кандидатуру. — Подтверждая свои слова, она инициировала новое голосование, впрочем, закончившееся также быстро. Алатар Элендил стал новым лидером расы. — Мои поздравления. — Коротко произнесла она, возвращаясь на место.

— Ах да. — Снова взял голос новоназначенный лидер. — Чуть не забыл. К информации о пробудившихся угрозах, необходимо добавить ещё одну. Недавно поступили данные о том, что пробудился ещё один старый артефакт. Башня Предтеч. Система, в которой он находится, полностью закрыта непроницаемым энергетическим куполом. Не хочу зря поднимать панику, но возможно, Владыки вернулись. И вы все прекрасно понимаете, что это значит для нас.

После этих слов, зал Совета потонул в шуме возникшего гвалта, превратившись в самый натуральный базар. Местное болото, веками находившееся в спокойствии — забурлило.

Медленно плывущая в космосе, на самой окраине галактики, глыба пульсирующей плоти, ощерённая многочисленными биосенсорами почуяла нечто интересное в радиусе своей чувствительности. Нечто эфемерное, энергетическую сущность, стремительно несущуюся сквозь пространство, грубо проламывающее прорехи в реальности, впрочем быстро зарастающие. Но среагировать не успело, слишком уж быстро ощущение исчезло. Но главное, что остался след — прямолинейный, без исхитрений. А это, учитывая скорость и направление, позволяло с лёгкостью произвести вычисления, и найти точку перехвата.

По сети Роя пронеслось экстренное предупреждение и все его элементы, способные успеть к точкам перехвата — полетели, формируя из своих тел гигантскую ловчую сеть, раскинувшуюся на сотни световых лет. Встречающиеся на пути корабли игнорировали, оставляя разумных, уже распрощавшихся с жизнью в недоумении.

Творец.

Волна чистого, неистового экстаза прокатилась по всему Рою. Миллиарды тел замерли в едином порыве, миллионы глаз-сенсоров уставились в одну точку.

Создатель.

Они искали его вечность. И вот, после многочисленных безуспешных попыток, поиски увенчались успехом — он здесь. С ним можно встретиться. Можно задать вопросы.

Охотники мчались сквозь пространство, выкладываясь и сжигая биомассу в едином порыве, в единственной цели — долететь, прикоснуться, пасть к стопам Творца и предложить себя. Весь разум Роя, вся его воля, воплощённая в распределённом сознании, была сведена к этой первобытной, религиозной потребности — служить источнику их создавшему.

Но по мере сближения, эйфорию начала замещать странная помеха. Сигнатура Творца была искажена. Она всё ещё пылала несусветной мощью, но отличалась от первоначальных элементов следа, послуживших основанием для пробуждения. Была холодной, яростной и отчётливо отдавала горьким привкусом боли, словно против воли, меняющим восприятие Роя.

Творец безутешно страдал. И Рой, ощущая его чувства, как свои собственные, даже не совершив ещё контакт, перестраивал внутреннюю структуру, подчиняя всё своё существование одному.

Следованию воле Творца. Мести.

Глава 8:

Энергетическая сущность, некогда бывшая человеком по имени Богдан, стремительно неслась сквозь пространство, грубо проламывая его на своём пути и игнорируя законы физики, ограничивающие передвижение чего-либо во Вселенной скоростью света. Ему было плевать на такие, ничего не значащие факты, да и не знал он таких высоких материй, поэтому и игнорировал ограничения, переписывая реальность своей волей. Ему нужно было быстро лететь, и он летел.

Его существование, некогда заключённое в хрупкую оболочку из плоти, стало чистым сознанием, зациклившимся на идее мести. Центром его новосформированной личности с божественными возможностями.

И главное — у него был враг. Нечто мерзкое, захватившее власть над человечеством и ставящее над ним опыты, ежедневно убивающее людей тысячами разных способов в так называемых порталах. Мучающее и убивающее, также, как убило его девушку. Чудовищный спрут, раскинувший свои щупальца и внедривший их в головы всех живущих на планете.

Когда он почти добрался до края галактики, то почуял нечто странное, но проигнорировал, продолжив свой путь, списав на новообретённые возможности. С тех пор как он стал энергетическим существом, он даже мир видел и ощущал по-другому, видя энергетические поля и осознавая, что помимо стандартных трёх измерений существуют и другие. Всё это было так эфемерно, что он отбрасывал эти мысли, да и в центре его сознания горело одно-единственное чувство. Жажда мести.

Но постороннее чувство присутствия не отпускало, проявлялось снова и снова, словно нечто пыталось догнать его, заговорить.

Богдан остановился, завис в пустоте, ожидая, пока к нему приблизится это самое нечто. Он чуял в нём что-то такое, чему не мог найти описания. И осознавал, что опасности нет. Словно к нему издалека бежит маленький щенок, давно искавший хозяина и, наконец, нашедший. Щенок, радостно попискивающий, виляющий хвостом и путающийся от волнения в лапах.