Стоило демонам позади начать подниматься, как все зрители притихли. В полный рост они оказались ещё больше, чем я себе представлял. Мощные, жилистые… Уверен, все до единого были созданы для битв, о чём говорили злющие, пылающие чёрным огнём глаза.

— Человек! — голос Аракавы, как рокот грома, раздался на всю арену. — Ты хотел убить меня и моего хозяина! Теперь ты умрёшь! — указав на меня когтистым пальцем, Аракава оскалился.

Толпа восприняла его угрозы с теплом и радостью. Их восторженные крики вновь прокатились по арене, заставив бежавших ранее зрителей поспешить обратно.

Сколько можно желать моей смерти? Возмутился я. Каждый взгляд, каждая рука, вытянутая в мою сторону, была полна безумной жажды убийства, и только Офелия, сидящая в отдалении на трибуне, оставалась тихой и спокойной.

— Дима! — голос Хранителя в моей голове сразу же отсёк весь шум. — Мне кажется, пора бежать. Эти твари из другого мира. Не знаю, как ему это удалось, но он призвал сюда крайне опасных…

— Знаю, — посмотрев на девушку, кивнул я, — Но такой шанс упускать никак нельзя…

— Что ты имеешь в виду? — удивилась она. — Они же тебя прикончат!

— Это мы ещё посмотрим, а пока…

Договорить я не успел, потому что самый мелкий демон из них, исчез с «радара» и, проявившись напротив меня, молниеносно атаковал, своими когтями…

(Минск, в двух тысячах метров над городом, крейсер «Граф Цеппелин»)

— Данияр! — цесаревич, вызвал бойца по дару связи. — Доложи обстановку, быстро!

— Всё… сложно, нас подловили… — ответ прозвучал с тяжёлым, сбивчивым дыханием, словно боец говорил через усилие. — Император забаррикадировался вместе с охраной и капитаном на мостике… доступ блокируют «Великие охотники». Они прикончили Семёна… — голос Данияра дрогнул, в нём послышалась усталость, боль и едва заметная обречённость. — Мне тоже… скоро конец. Энергия на исходе.

— Не вздумай! — рыкнул Николай, и в его голосе прорезалась злость, которая больше походила на отчаяние. — Мы уже идём! Слышишь⁈ Продержись, ещё немного!

Но ответом ему стал только треск связи, прерываемый грохотом автоматных очередей и шипением нарастающего льда. Через секунду цесаревич увидел на своём «радаре», как энергетический контур Данияра дёрнулся и перестал пульсировать, а затем… и вовсе погас, оставив после себя лишь расплывчатые очертания, которые вскоре растворились.

На верхней палубе послышался оглушительный треск, и из пробитого настила и стенки корпуса, вырвался гигантский ледяной кристалл. Вырвавшись на поверхность, он продолжал расти прямо на глазах, покрывая всё вокруг инеем и морозными прожилками.

Кто-то из охотников, не жалея сил, выплеснул огромный заряд энергии, чтобы заморозить всё к чёртовой матери, вместе с бойцом.

— Гадство! — стиснув зубы прошипел Николай и мощным рывком поднялся на вторую палубу, — За мной! — крикнул он не оборачиваясь.

Оставаться на палубе было нельзя. Ещё немного и створки под военным кораблём окончательно откроются, выпустив корабль наружу. Как только это случится и стихия обретёт полную власть на кораблём, проникнуть в нужный коридор окажется ещё сложнее.

Добравшись до верхней палубы, Николай потянулся к массивной стальной двери, ведущей на капитанский мостик, но та не поддалась, словно её заварили с другой стороны.

— Чёрт… заблокировано! — зарычал цесаревич, ударив по ней кулаком так сильно, что осталась небольшая вмятина.

Увидев её, Николай решил пробиваться силой. Он был настолько раздражён, что наносил один удар за другим без применения дополнительных даров или заклинаний, словно хотел выместить всю злость прямо здесь и сейчас.

— Позвольте мне, Ваша Светлость, — позади раздался спокойный, почти ровный голос Давида — одного из двоих оставшихся в живых членов отряда.

Николай остановился и бросил на него грозный взгляд. Взглянув на дверь, которая, хоть и деформировалась, но по-прежнему держала его удар, он отошёл, дав дорогу бойцу.

Давид действовал быстро. Он подошёл к двери и приложив ладонь к металлу, на секунду прикрыл глаза. Воздух вокруг словно вытянуло. Сталь моментально побелела, по ней побежали ледяные, тонкие как хрусталь узоры. Мороз мгновенно достиг критической минусовой температуры.

Через пару секунд Давид открыл глаза и, шагнув назад, с силой ударил по двери ногой, которая буквально провалилась внутрь. Дверь не сорвалась с петель, она промёрзла настолько, что под действием силы начала рассыпаться на тысячи ледяных осколков, словно была сделана не из стали, а из хрупкого стекла.

— Абсолютный холод, — коротко ответил Давид, заметив, как Николай внимательно смотрит на него. Он вдохнул морозный воздух и стряхнув с плеч налетевший иней, до, стряхнул иней с плеч и добавил: — Позвольте мне первому. Там может быть… слишком холодно.

— Действуй, — коротко приказал Николай, сжав рукоять клинка.

В коридоре и правда было холодно. Адское пламя, которое бушевало в нём совсем недавно, сменилось на минусовую температуру, но отряду было плевать. Они бежали туда, где совсем недавно отгремела битва. Все трое пылали жаждой мести. Отомстить противнику за смерть друзей… Даже ликвидация императора отошла на второй план.

Внезапно гравитация в пространстве изменилась, и все трое подлетели в воздух. Створки крейсера наконец-то раскрылись полностью, после чего корабль ухнул вниз. В таком состоянии он пробыл недолго. Каких-то пять или десять секунд, после чего системы балансировки и поддержки в воздухе заработали как надо. Все трое приземлились на ноги и продолжили бег.

— Мы совсем близко, — доложил Давид, который по-прежнему бежал первый. — Готовимся к бою.

— Меняемся, — цесаревич подался вперёд, и применил дар «невидимости».

Он не видел противников из-за глушилок, но прекрасно понимал, что они оттуда никуда не делись. Выскочив на перекрёсток, рядом с которым погиб Данияр, он увидел несколько магов, стоящих напротив вмороженного трупа бойца.

— Может, оставить его так? Будет памятником в назидание остальным русским! — предложили один их охотников.

— Ха! — засмеялся второй, поставив свой ботинок на лёд в районе головы погибшего бойца, он присмотрелся, — Ну и рожа у него! Видели? Должно быть, больно промерзать сантиметр за сантиметром.

— А ты попробуй! — послышался голос Давида за спиной.

Не узнав голос позади, «Великий охотник» встрепенулся, но было уже поздно. Атаку начал Вячеслав, который выстрелил в самого дальнего охотника из снайперской винтовки. Пуля пробила череп насквозь и выбив крошку из ледяной стены позади, пробила обшивку корабля. Мощный выстрел взорвал голову охотнику за доли секунды, и тот сразу же завалился на пол, застыв навсегда.

Второй охотник развернулся в сторону стрелка и уже хотел атаковать его, выставив руки ладонями вперёд, но на этом всё и закончилось. Голова бедолаги медленно отделилась от тела и, упав на промёрзший пол, покатилась в один из коридоров.

Последний охотник, тот, что держал ногу на лице замороженного Данияра, начал превращаться в кусок льда.

— Неее-е-ееет! — только и смог выкрикнуть он, после чего застыл в агонии, полностью промёрзнув, вместе с «защитным покровом», который так и не смог сдержать натиск экстремальной температуры.

— Ваше Высочество, прошу… — Давид указал на мерзавца.

— Спасибо. — кивнул Николай и ударом клинка разбил урода на мелкие осколки.

— Куда дальше? — Вячеслав, присел у одного из выходов не перекрёсток и заглянул в коридор.

— Дальше финишная прямая… — цесаревич указал рукой в сторону капитанского мостика. — Постарайтесь не погибнуть по дороге.

— Да. — с сожалением глядя на Данияра, ответил Давид, — Это было бы вдвойне обидно.

— Поспешим. — цесаревич направился к коридору быстрым шагом.

Набирая скорость, он вновь активировал дар «невидимости» и перешёл на бег. Остальные последовали примеру командира.

По дороге они встретили ещё две группы «Великих охотников», которые следовали в сторону перекрёстка. Повезло, что все они ходили тройками, благодаря чему, расправиться с ними было крайне легко.