Два года качественных сыров по сверхнизким ценам! И все благодаря мне, Комаришкину!
Эх… Жаль простой народ и не узнает своего героя.
В ближайшие дни Суркам будет точно не до меня. Им бы разгрести остатки строений, разобраться с поставщиками и договорами на поставку сыров, так что целенаправленной акции можно и не опасаться. Вот через неделю, когда выяснят причину, тогда надо будет поостеречься.
Вечер прошел просто замечательно! Кухарка истосковавшаяся по любимой работе наготовила мясных блюд и я провел за столом почти два часа. Два часа кулинарного экстаза!
Суссана, подававшая блюда, через час поглядывала на меня с опаской за мое здоровье. Она хоть и привыкла к тому, что я ем двойные и тройные порции, но сегодня на меня напал зверский жор. Карман Души начал стабилизироваться и мне нужно было много ресурсов тела для поддержания равномерности этого деяния.
Так что сегодня у меня был двойной праздник — отличная месть врагам рода и гастрономический экстаз от непрерывного потребления мяса приготовленного самыми различными способами.
Когда я начал вставать из-за стола, то моя билдерняшка бросилась на помощь. Наверное она ожидала увидеть отвислое пузо до колен, ведь я поглотил действительно много еды! И каково было удивление в ее глазах, при взгляде на мой плоский и рельефный живот.
Отправляясь в кровать я наказал горничной:
— Меня будить только в случае действительно важных событий! Кстати, объявление войны нашему роду к этим вещам не относится!
— Как пожелаете, господин! — покорно склонила голову Суссана.
Утро добрым не бывает! Когда-то мне казалось, что просыпаться от прикосновений девушки это лучший вариант. Но все меняется, когда ты просто опасаешься той девушки, которая будит тебя. Не то, чтобы я боялся нашей горничной-билдерняшки, но что-то внутри меня не давало просто воспользоваться строчкой контракта «заключен с защитой от беременности».
Нежная сильная рука только коснулась меня, а я уже не только глаза открыл, но и выхватил пистолет из под подушки.
— Все не настолько плохо, господин! Но лучше бы вам проглядеть утреннюю прессу, прежде чем начнутся звонки. — обольщающе улыбнулась Суссана.
— Встаю. — пробормотал я еще сонным голосом. — Готовьте завтрак и кофе.
— Все готово, господин, и ждет вас в столовой. — билдерняшка игриво подмигнула и вышла из спальни.
Я обрадовался, что в этот раз она не стала помогать мне одеться, а то — каждый раз получалось так, что оденет меня, а я спросонок и не соображу. А потом раздеваюсь для утренних процедур.
— Что там у вас? — задал я вопрос усаживаясь за стол. — Надеюсь оно стоило моего утреннего сна.
Вместо ответа Суссана поставила передо мной большую тарелку с ростбифом, жаренными яйцами и картофелем фри — настоящий завтрак чемпионов, которым плевать на набор калорий. Рядом устаканилась большая кружка черного кофе с пряностями, а впереди них легла пачка газет.
С них на меня смотрели заголовки статей на первых страницах: «Сюзерен Комаришкин наказывает своих вассалов», «Сырный ассенизатор», «Кто стоит за обезсыриванием Империи» и конечно же не обошлись без емкой фразы «Не беси Комаришкина».
Что я там думал про «народ не узнает своего героя»? Сейчас, когда возникнет ажиотаж по скупке оставшихся в продаже сыров и оптовики взвинтят цены на еще имеющие запасы, а меня обвинят в резком подорожании сыра! Назначат главным виновником и скажут — ату его!
Единственное, что радовало, так это доставленный вчера вечером заказ в 200 килограмм, теперь уже раритетного, Сурковского сыра.
Не успел я порадоваться предпринятым действиям, как грохот из холла возвестил о визитерах, а звук впечатавшейся в стену входной двери — о их сильном желании задать мне пару вопросов.
— Это еще кто? — разозлился я и начал вставать. — Никто не смеет отвлекать меня от завтрака!
Попытка встать провалилась. Жуткая аура вдавила меня назад в стул, а из коридора слышались тяжелые шаги приближающихся неприятностей.
Глава 9
Грохот из холла возвестил о визитерах, а звук впечатавшейся в стену входной двери — о их сильном желании задать мне пару вопросов.
— Это еще кто? — разозлился я и начал вставать. — Никто не смеет отвлекать меня от завтрака!
Попытка встать провалилась. Жуткая аура вдавила меня назад в стул, а из коридора слышались тяжелые шаги приближающихся неприятностей.
Раз уж я не мог встать без подключения магии, превозмогания и прочего, то просто занялся завтраком. Ростбиф сам себя не съест! А он был весьма великолепен, особенно с картофелем порезанным соломкой и обжаренным во фритюре.
Дверь в столовую распахнулась, в проход вошли два Имперских Гвардейца в полном обвесе маготехнической брони. Разве что без скорострельных пулеметов над плечами. Гвардейцы осмотрели помещение, скользнули по мне, задержали на билдерняшке Суссане, а потом, сделав по приставному шагу в разные стороны, замерли по бокам от входя.
В проем двери величественно шествовал надменный тип в серой мантии и огненно-рыжим кудряво-всклоченном парике.
Я поднял на вилке кусок ростбифа, отсалютировал им, отправил в рот и начал невозмутимо жевать. Пока рыжий мантиеносец вышагивал к столу, я успел расправиться с мясом и картошкой.
Как только этот типус открыл рот для величавой речи, то я его перебил:
— За дверь вы мне ответите! — заявил я отодвигая пустую тарелку и принимаясь за яичницу.
— Ты соображаешь, кому это говоришь? Ты это дознавателю Имперской Службы заявляешь!
— А ты соображаешь, что вы ворвались к главе рода и прервали его завтрак?
— Что-то я не вижу, чтобы он был прерван! — начал собачиться дознаватель.
— Так вы же сами мешаете мне встать и приветствовать вас согласно этикету! — нагло заявил я, отправляя подцепленный желток в рот, а прожевав добавил: — Раз вы не желаете действовать по протоколу и вмешиваетесь во внутренние дела моего рода, то не мешайте завтракать!
— Это в какие дела рода я вмешался? — в тоне дознавателя появилась легкая опаска, согласно уложению, в дела родов и кланов имперцы не имеют право вмешиваться.
— Вы вмешались в мое наслаждение ростбифом! Вы ограничили мне возможность встретить вас согласно этикету! И да — вы нанесли непоправимый ущерб имуществу клана в виде входной двери!
Обладатель рыжего парика замялся. Вроде как он и в своем праве, но и моя постановка фактов тоже полностью правдива. Обратись я с жалобой — ему по парику не прилетит, но пожурят изрядно.
— Давайте забудем неудачное начало. — предложил дознаватель.
— Суссана! — обратился к билдерняшке. — Чашку кофе для Его Имперского Дознавателя.
Пока девушка несла кофе мы молчали. Я, пользуясь случаем, доел яичницу и аристократически подтер остатки желтка в тарелке хлебом — ни грамма еды врагу! Даже если ты не на званном обеде, все равно настоящему аристо необходимо демонстрировать стойкость духа и желание идти до конца.
А затем принялся за кофе.
Давящая сила исчезла. Это работа специального Имперского артефакта, секретом его изготовления владеет только Император и этот секрет передается по наследству. Именно умение изготавливать такие амулеты и позволило первому Императору захватить власть и удержать ее. Амулеты подавления не только имеют привязку к ауре владельца, но требует позарядки в Имперском дворце.
Редкая штука такой амулет! Впрочем и Имперские дознаватели тоже весьма редко встречаются. Их мантия символизирует гранитное торжество и незыблемость закона, а рыжий парик — буйство костра на котором в древности сжигали казнили несогласных с властью Императора.
Билдерняшка подала гостю кофе и отошла, встав за моей спиной. Тот отхлебнул, поставил на стол и чуть откинувшись на спинку стула представился:
— Я Еремей Дмитриевич, дознователь Имперской Службы.
— Семен Владиславович Комаришкин, глава рода. — представился в ответ я.
