Вопрос был адресован горничным.

Мне на плечи опустился белый мех – мягкий и легкий, как лебединый пух. Это был подарок от самого короля, которого в нашем доме однажды предали. Своей щедростью его величество Йондер Третий дал понять, что не потерпит отказа. Альтернативы у моего брака не было. Король, которого прежде прозвали Нежным за любовь к цветам и пению, уже доказал, что может быть очень жестоким. Моя свадьба тому пример.

– А ручки сюда спрячешь, если замерзнут, – мама сунула мне белую пушистую муфту.

Я равнодушно взяла ее и прижала к груди.

Все, что сейчас было на мне надето, начиная от шелкового белья и заканчивая этой муфтой – все было чужим. Мне предстояло выйти из отчего дома и не взять с собой ни одной своей нитки. В доме мужа у меня ничего своего не будет.

Хотя нет, кое-что я все-таки заберу!

– Ну все, – засуетилась мама, – пора выходить.

– Подожди, можно я на минутку загляну в свою комнату?

– Зачем? – удивилась она. – Хочешь что-то взять? Но там нет ничего ценного…

– Я знаю. Хочу просто… в последний раз войти в свою комнату.

Мама окинула меня цепким взглядом:

– И не собираешься сбежать?

– В этом? – я развела руками, демонстрируя широченный кринолин, который с трудом пролезал в двери.

– И то правда. Ладно, иди.

Меня собирали в мамином будуаре – некогда это была большая, светлая и красивая комната, украшенная бархатными портьерами, картинами известных художников и живыми цветами. Цветы стояли везде – на подоконниках, на этажерках, на столах, на полу… Мама их очень любила и каждый день заказывала по десять корзин дорогих лилий и роз.

Но все закончилось год назад, когда вернулся законный король, а мой отец потерял пост в министерстве. Теперь в будуаре осталась лишь потертая мебель, все остальное ушло с молотка.

В моей комнате обстановка была еще хуже: стол, кровать и комод. Единственной радостью и развлечением для меня последнее время было высокое окно, выходившее на северо-восток. С начала осени я каждый вечер закутывалась в плед, садилась на широкий подоконник, держа в руках чашку горячего травяного отвара, и долго наблюдала за луной.

Но сейчас, войдя в свою комнату, я даже не глянула на окно. Сразу направилась к кровати и взяла книгу сказок. Раскрыла ее наугад и, зажмурившись, ткнула пальцем в страницу. А потом прочитала с замиранием сердца: “… монстр лесной, порождение морской пучины, наводил ужас одним своим видом…”

Сердце ёкнуло. Вздрогнув, я быстро захлопнула книгу. Она выскользнула из ослабевших рук, упала на пол и раскрылась на той же странице.

Неужели это все правда, и мой жених действительно уродлив?

Мне стало трудно дышать. Я потянулась к горлу, в котором застрял комок. Однако вместо теплой кожи пальцы уперлись в холодный металл – ожерелье. Я сжала его, мечтая сорвать, и… отпустила – моя судьба решена, уже ничего не изменишь.

Вздохнув, развернулась к дверям. Но, прежде чем выйти, подняла с пола книгу.

Пусть это будет моя единственная личная вещь, которую я возьму с собой в новую жизнь.

Когда я спустилась на первый этаж, там уже были все: немногочисленные слуги, мать, отец, младшие братья и сестра. Последние стояли притихшие, даже пришибленные. А смотрели на меня так, словно провожали в последний путь. Да я и сама так себя чувствовала.

Самый младший, трехлетний Олли испуганно жался к няне. Похоже, он меня не узнал. Рик смело шагнул вперед и поклонился:

– Сестренка! Я обязательно вырасту и спасу тебя от Чудовища!

Казалось, это не он дрожал вчера ночью и плакал, умоляя меня не уезжать.

– Хватит! – процедил отец. – Никто ее не хоронит. И не называй генерала Олбранда чудовищем.

Служанки за его спиной быстро-быстро осенили себя знаком, отводящим беду.

Ладор молча опустил голову. Рядом с ним стояла Аманда. Бледная, с дрожащими губами и покрасневшими от слез глазами.

– Алесса, – она громко шмыгнула носом, – прости…

А потом, разревевшись в голос, выбежала из холла.

С улицы донесся цокот копыт и стук колес по присыпанной снегом брусчатке.

“Вот и все…” – подумала я.

Мои мысли отразились на лицах присутствующих.

– Ты взяла, что хотела? – ко мне торопливо приблизилась мать.

– Да.

Я показала ей книгу, которую прижимала к себе.

– Где ты ее нашла? – мама нахмурилась.

– Наверное, кто-то из младших оставил у меня на кровати.

– А ну, дай-ка сюда…

Она протянула руку, но нас окликнул отец:

– Шевелитесь быстрее!

А я в ответ лишь крепче прижала книгу к груди. Расставаться с ней совсем не хотелось.

Мама удивленно хмыкнула, заметив мой жест. Однако ничего не сказала. Еще раз поправила складки на платье и коснулась моего лба поцелуем.

– Будь послушной и не зли мужа, – раздался ее быстрый шепот. – Это залог счастья в браке!

Я даже возразить не успела.

В дверь постучали. Кто-то из слуг бросился открывать, и в холл ворвался морозный воздух. Я обернулась на шум.

Перед домом стоял черный экипаж, запряженный шестеркой тонконогих гнедых коней. От экипажа к крыльцу выстроились в две шеренги солдаты королевской армии. Они были в синих праздничных мундирах драгунского полка, синих брюках с лампасами, заправленных в узкие сапоги, и в белых перчатках. А на пороге стоял…

Нет, совсем не мой жених. Этот господин выглядел слишком низеньким и упитанным, чтобы быть боевым генералом. На нем было простое коричневое пальто из шерсти, без украшений и вышивки, а единственной дорогой вещью казался монокль в золотой оправе, висящий на груди.

– Позвольте представиться, – под нашими удивленными взглядами толстяк промокнул лоб платочком, – я Роджер Стерк, поверенный лорда Олбранда. Лорд оказал мне высокую честь доставить его невесту в храм для венчания.

– А где же генерал Олбранд? – нахмурился мой отец. – Разве он не должен был сам приехать?

– Генерал встретит невесту в храме, – господин Стерк поклонился, затем вставил монокль в правый глаз и посмотрел на меня. – Леди Фрейн, прошу следовать за мной.

Я двинулась к выходу.

Слуги и родные расступались передо мной, кто-то молча, кто-то шепча слова благословения. А я чувствовала себя так, будто иду на казнь. Внутри все сжималось от неизвестности и страха перед будущим.

Почти не дыша, я переступила порог. Солдаты вытянулись и застыли, но каждый положил руку на эфес сабли, будто собираясь ее вот-вот выхватить. Это заставило меня поторопиться. Прижимая книгу к себе, будто она была моим единственным спасением, я поспешила к карете.

Под моими ногами скрипел недавно выпавший снег. Слуги еще не успели его расчистить.

– А вам придется остаться здесь! – раздалось за спиной.

Я оглянулась.

Похоже, отец хотел выйти из дома, но солдаты преградили ему дорогу.

– Что это значит? – он с рассерженным видом попытался прорваться сквозь строй. – А все остальные?

– Остальные? – судя по голосу, господин Стерк был удивлен. – Кто остальные?

– Ее семья! Родители. Разве мы не должны присутствовать на свадьбе у дочери?

– Ах, вот вы о чем. Боюсь, это невозможно. Лорд Олбранд дал очень четкие инструкции. Я должен забрать только невесту.

Такого никто из нас не ожидал. Мой будущий муж и правда чудовище! Теперь понятно, зачем прислал за мной целый полк.

– Алесса! – окликнул меня отец.

Наши взгляды встретились.

– Ты сильная девочка! – продолжил он, навалившись грудью на обнаженные сабли. – Самая сильная из моих детей, я всегда это знал. Помни, что бы ни случилось, ты – леди из славного рода Фрейн, а Фрейны никогда не сдаются. Иди и покажи им всем, чего стоишь!

Это было странное напутствие от человека, который еще вчера говорил, что я должна принести себя в жертву. Неужели он передумал? Так все, уже поздно. За мной пришли…

Я прикусила губы, чтобы они не дрожали, и посмотрела на мать.