Но увы — надежды его не оправдались. Движения его противника лишь чуть замедлились, а больше никаких последствий не было. «Ничего не понимаю, — недоумевал Рон. — Я же рубанул ему по руке, так почему он ею пользуется, как ни в чем не бывало? И крови не видно… Может, я ошибся и рана совсем невелика? Из-за этой его балахонистой рубахи не разглядишь… Ну и ладно, не вышло — и фиг с ним. Значит, буду бить наверняка».

Так он и сделал. Теперь, по прошествии некоторого времени с начала поединка, Рон немного привык к стилю боя своего противника, и ему стало проще контролировать ситуацию на поле битвы. Выбрав удачный момент, он успешно провел обманный маневр, и его меч обратным движением чиркнул острием по лицу оппонента. Тот все же сумел отшатнуться и этим уберег глаза, но лезвие клинка оставило длинный порез на лбу и сильно рассекло ему бровь, и попутно сбило солнцезащитные очки на землю, повредив их перемычку. Рон обрадовался и хотел было закрепить успех, пока глаза противника не привыкли к яркому солнечному свету, но не тут-то было. Неожиданно для мечника тот быстро пригнулся, подхватил свои очки и тут же отскочил подальше, разрывая дистанцию.

«Вот придурок! Я ему пол-лица раскроил, а он об очках переживает, — поразился Рон. — Или это дорогостоящая брендовая вещь была? А впрочем, какая разница… Главное — рана будет кровоточить, и кровь неминуемо попадет в глаза. Он теперь не сможет нормально видеть, пока кровотечение не остановится, так что…» — и тут он замер, забыв о своих размышлениях. Странный тип, находящийся теперь в десятке шагов от Рона, не спешил бросаться в атаку и вместо этого внимательно изучал свои очки, словно не желая смириться с их потерей. Красный рубец раны по-прежнему украшал его лицо, но крови не было. Совсем. А потом Двухцветный отбросил пришедшие в негодность очки в сторону и поднял глаза на соперника. Большие, слегка раскосые глаза с вертикальными полосками зрачков.

— Эй, приятель, а что у тебя с глазами такое? — испуганно спросил Рон. — Надеюсь, это не заразно? Хотя постой-ка… Кажется, я что-то слышал про такие странные зрачки, как у тебя…

Но вспомнить ему не дали.

Его противник внезапно прыгнул к нему, стремясь как можно быстрее завершить поединок, и битва закипела с новой силой. «Да чтоб вас всех монстры сожрали, — в панике думал Рон, пятясь и с трудом парируя молниеносные удары палки. — И как его победить, если раны ему не особенно мешают и даже не кровоточат? Ну вот опять — я ему мечом по боку полоснул, а ему хоть бы хны. Настоящий монстр. Но тогда надо и драться с ним, как с монстром. Череп раскроить, к примеру, или грудную клетку. После такого никто не выживет». Он стиснул зубы и сосредоточился на бое, чтобы не упустить удачный момент. И случилось так, что судьба подарила ему этот шанс.

— Оборотень! — вдруг завизжал кто-то с трибун. Вздох ужаса прокатился по толпе, и противник неожиданно отвлекся. Рон не преминул воспользоваться моментом, прыгнул вперед, и нанес мощнейший рубящий удар сверху вниз, вложив в него всю силу и скорость, на которые был способен. Меч со свистом пошел вниз, грозя разрубить противника пополам. Тот уже не успевал увернуться и сумел лишь подставить под сверкнувший на солнце стальной клинок свою палку, держа ее за оба края. Сила удара заставила Двухцветного опуститься на одно колено, а потом лезвие меча вдруг разлетелось на части с жалобным звяканьем, и одновременно с ним палка тоже не выдержала и сломалась, оставив в руках своего хозяина два обрубка неравной длины.

Рон выругался, отбросил ставшую бесполезной рукоять меча в сторону и выхватил из ножен кинжал. Пот заливал ему глаза, в ушах шумело, а сердце гулко бухало в груди. Толпа на трибунах бесновалась и орала, но он не мог разобрать ни звука. Горячка боя и бушующий в крови адреналин делали свое дело, и связных мыслей в голове у воина практически не осталось. Разум уступил место инстинктам и эмоциям. Он зарычал и прыгнул вперед.

А между тем с его противником происходили еще более удивительные метаморфозы. Он отчаянно тряс головой, словно стремясь избавиться от непрошенных мыслей, а потом отбросил от себя обрубки палки и сжал голову руками. Но что бы он ни собирался сделать — атака соперника не дала ему этой возможности. Двухцветный отклонился от тычка кинжалом, а потом вдруг скользнул под руку противнику, одновременно разворачиваясь и делая подсечку, и через мгновение Рон рухнул на белый песок Арены, лихо переброшенный оппонентом через себя, а его кинжал улетел далеко в сторону. Казалось, исход поединка уже нетрудно было предсказать, но тут случилось неожиданное. Противник Рона словно забыл о нем, внезапно потеряв к нему интерес, и быстро пошел в сторону трибун. Толпа зашумела и отпрянула, кто-то завопил от страха. И это оказалось последней каплей.

Вскочивший на ноги Рон с изумлением и ужасом наблюдал, как Двухцветный огромными скачками летит к краю площадки Арены, и как темная фигура человека в полете внезапно преобразуется в иное существо. Огромный зверь, напоминающий большую хищную кошку, свирепо заревел и яростно щелкнул на лету своими острейшими клыками, пытаясь преодолеть стену и выбраться наверх, к трибунам. Поблескивающая металлом шкура зверя, обтягивающая жгуты чудовищных мышц, приковывала взгляд близким соседством двух несочетаемых цветов: кислотно-зеленого и ярко-оранжевого.

Между тем в рядах зрителей началась паника. Большинство разумных из тех, кто оказался поблизости к чудовищу, бросились врассыпную, но кое-кто остался: бледный, как мел, маг поднял руку, чтобы скастовать заклинание навстречу взбесившейся зверюге, и рядом с ним воин в броне, готовый прикрыть напарника в случае необходимости. Но заклинания не последовало. Усиленный магическим амулетом голос координатора Турнира разнесся далеко по трибунам:

— Без паники! Ему не выбраться наружу, пока бой не закончится! Никто не вмешивается, понятно вам? Поединок продолжается! Стража — группу встречи в стартовый зал, быстро! А ты, парень, продержись хотя бы пару минут, для твоего же блага…

«А ведь последнюю фразу это он мне сказал», — внезапно понял Рон. Он вдруг осознал, что даже если он сейчас сдастся, то их обоих — его и Двухцветного, оказавшегося чудовищем — тут же переместит в стартовый зал. И что тогда? Хорошее воображение быстро подсказало воину, чем кончится их совместное пребывание в замкнутом пространстве, и ему стало страшно. И в этот момент гигантский зверь как будто понял, что добраться до зрителей ему не удастся, и обернулся к более доступной добыче. Два больших слегка раскосых глаза с вертикальными полосками зрачков уставились на мечника, огромная пасть приоткрылась, обнажив два ряда острейших зубов, а потом оборотень молнией метнулся к нему.

Рон попятился, не сводя глаз с противника. Поворачиваться к зверюге спиной и бежать искать свой кинжал было равносильно самоубийству — это было понятно сразу. Тогда он быстро наклонился и подхватил с земли один из обломков палки — тот, который подлиннее. Мгновением спустя оборотень оказался совсем близко и прыгнул на него. Рон попытался отскочить от распластавшегося в могучем прыжке чудовища, но поврежденная в начале поединка нога вдруг подвела его, и гигантская лапа зверя своими кинжалообразными когтями глубоко распахала ему бедро, швырнув на землю. Штанина на ноге у воина тотчас окрасилась кровью, но он и не думал сдаваться. Когда подскочившая зверюга с глухим рычанием распахнула пасть в надежде вцепиться ему в горло, Рон каким-то чудом успел вставить палку между гигантских челюстей. Это спасло его. Напрягая все свои силы, он держал палку на расстоянии от себя, с трудом удерживая острые клыки чудовища в считанных пальцах от своей шеи. Однако оборотень в его боевой форме оказался сильнее, чем в образе человека, а потому, несмотря на все приложенные усилия, Рон понемногу проигрывал эту битву.

«Проклятье, никак не удается с ним справиться, — промелькнуло в голове у воина. — Еще немного, и мне конец. Загрызет, либо живот когтями раздерет, если догадается. Да, возможно, стражники уже подоспели и ждут нас в стартовом зале, но что если нет? А кроме того — я пришел сюда, чтобы победить, и никакая блохастая кошка-переросток не помешает мне это осуществить!»