— Вряд ли мы еще раз увидим ее здесь, — поделился мыслями кто-то из зрителей. — У единичек нередко подобное случается, все-таки они еще плохо контролируют оружие. А убить кого-то в своем первом бою — такое не каждый выдержит.

— Ставки сделать не желаете? — вдруг послышалось рядом, и Рон обернулся к говорившему. Перед ним стоял букмекер, который явно намеревался исправить недоработки своих коллег по эффективной очистке чужих карманов от излишков монет. Воин хотел было отказаться, но потом вдруг передумал и поинтересовался:

— Каковы ставки на то, что кто-то умрет в сегодняшних боях?

— Не считая того парнишки? — тут же оживился брокер. — Один к пяти. Впрочем, паренек еще не умер, так что можно сделать ставку и на это, если пожелаете…

— Не пожелаю, — отрезал Рон, и добавил:

— А на то, что кто-то получит левел-ап во время поединка?

— Один к двумстам, — тут же последовал ответ.

— Спасибо, — кивнул Рон и поднялся. Он узнал о гладиаторских боях все, что хотел, и не видел больше причин задерживаться здесь.

— А теперь позвольте представить вам наших новых героев… — донеслось до него, когда он уже был у выхода. — Один из них — хорошо известный вам Счастливчик Кессар, поприветствуем его! Повезет ли ему в этом бою? А теперь поприветствуем новичка! Впрочем, многие из вас наверняка уже знают его, получившего широкую известность благодаря своей страстной любви к эльфийским девушкам и потрясающему невезению в отношениях с ними! Его имя…

Рон выругался сквозь зубы и бросился обратно.

— Какого монстра ты это сделал, придурок? — зарычал Рон, стоило его приятелю показаться после окончания поединка. — Ты видел, чем предыдущий бой закончился, а? Никакие выводы тебе в голову не пришли?

— Не-а, не видел, мне не до того было, — отмахнулся Трей. — Да ладно тебе, не нуди. Все же нормально прошло… А чем предыдущий бой закончился?

— Один из поединщиков погиб, скорее всего, — хмуро пояснил Рон, выходя вслед за орком из здания Арены. — Я с ним знаком, неплохой парень… был.

— Твой знакомый не погиб, — вдруг послышался голос неподалеку. Рон обернулся. В тени здания Арены, прямо на разноцветной плитке мостовой центральной площади города, скрестив ноги сидела оркиня в черных кожаных брюках и безрукавке, усыпанной металлическими заклепками. Множество длинных тонких светлых косичек, небрежно собранных в хвост на макушке, снопом ниспадали на ее спину и плечи. «Таша, жрица, третья целительница Аханка. Точнее, теперь уже вторая», — вспомнил Рон. Он иногда встречал девушку в Гильдии целителей и даже пару раз лечился у нее от последствий очередной драки. В отличие от Малика и его подружки Хиссы она никогда не ругала его и даже не пыталась промывать мозги, но деньги за свои услуги драла по полной и ни разу не стеснялась оставить его без копейки в кармане.

— Привет, Таша, — поздоровался он. — Ты его вылечила, да? Повезло ему, что ты рядом оказалась. А вот этому идиоту, — и Рон как следует ткнул своего спутника кулаком в бок, — могло бы и не повезти.

— Да, повезло ему, — безмятежно улыбнулась Таша. — Я люблю иногда помедитировать вот на этом самом месте, возле Арены. Мне кажется, здесь мне лучше удается понять замыслы Богов и следовать им.

— А это «иногда» почему-то совпадает со временем проведения очередных гладиаторских поединков? — догадался Рон. Жрица согласно кивнула.

— Ну вот видишь, — с облегчением рассмеялся Трей. — Не настолько все и плохо. Так что в следующий раз не надо за меня переживать…

— Какой, к монстрам, следующий раз??? — заорал Рон, схватил орка за плечи и как следует встряхнул. — Совсем из ума выжил, придурок? Может, тебе по морде съездить как следует, чтобы мозги на место встали, а?

— Сам ты придурок, — буркнул Трей и рывком высвободился. — Отвали, Рон. Это моя жизнь, и я сам разберусь, что мне делать. У меня свои причины. Поговорим, когда остынешь, — и на этих словах орк развернулся и быстро ушел. Рон со злости саданул кулаком по каменной стене Арены и выругался.

— И что мне с ним делать, с этим идиотом? — пробормотал он, уныло разглядывая разбитые в кровь костяшки пальцев. — Надо его как-то отвадить отсюда. Правда, что ли, по морде дать?

— Поговорить. Объяснить то, что ты сам понимаешь, а он, возможно, нет. Попробовать убедить, — дала неожиданный ответ Таша и вылечила его пострадавшую руку. — А если он все же останется при своем мнении — отойти и не мешать. В конце концов, это действительно его жизнь и его выбор. Закон есть Закон. И у него на самом деле могут быть важные причины, о которых ты не знаешь.

— И ты знаешь, что у него за важные причины? — возмущенно рассказывал Рон сидящей рядом с ним фейке. — Браслеты он хотел купить для себя и своей девушки, придурок! Оказывается, он ей давно уже предложил, а недавно она согласилась. Но хотела красивые браслеты, а они дороги. И этот краснокожий идиот не придумал ничего лучше, чем пойти в гладиаторы. Подтвердил контракт на пять боев, три уже отыграл и на полученные деньги купил эту пакость. И уже обменялся ими с Крис. Балбес, что и говорить… — Рон скривился и в сердцах махнул рукой, а потом продолжил свой рассказ:

— Зато теперь ходит гордый, как петух. Собственно, когда я у него на руке браслет увидел, тогда и выяснились наконец его причины. А я ему к этому времени сто раз успел объяснить, что не надо ему в гладиаторы, временами и Цанг присоединялся — хоть тут мы ним заодно оказались. И ни в какую. Как говорится, хуже придурка только упрямый придурок. Или нет, скрытный упрямый придурок — так будет правильнее. Если бы сразу сказал, в чем дело, можно было бы расторгнуть контракт, выплатить неустойку, забыть про это все и жить счастливо, без браслетов. И зачем он такую глупость сделал?

— Влюбился, — констатировала Эйси. — Так бывает, и целители это не лечат. Иногда само проходит со временем, но зачастую принимает тяжелые формы, и тогда больной начинает творить всякую дичь. От этого никто не застрахован, увы.

Рон с ужасом посмотрел на нее и проворчал:

— Надеюсь, это не заразно? А то как бы не подхватить ненароком… Малик вон тоже ходит как сомнамбула, тень себя косплеит. Это у них что, весеннее обострение?

— Ты-то? Не заразишься, не переживай, — заржала фейка. — Похоже, у тебя врожденный иммунитет. А вот я, кажется, того…

— В смысле — того? — с подозрением спросил Рон. — Только не говори мне, что и ты…? Нет, так дело не пойдет! Сейчас будем тебя лечить. Значит, так: постельный режим…

— Это мы запросто, — обрадованно кивнула Эйси и ухмыльнулась.

— Одиночно-постельный! — прикрикнул на нее Рон. — Что там еще? Компресс — на голову, носки — на ноги, а градусник…

— В задницу.

— Градусник??? — ужаснулся Рон.

— Нет, конечно, — хихикнула фея. — Все это лечение — в задницу. Не хочу лечиться, болеть так приятно… А если серьезно, то мне без него плохо. А он уезжает со следующим караваном через три дня, надолго. Зовет с собой. Вот сижу думаю, что мне делать…

«И чего они все как сговорились? — сердито думал Рон, пробираясь по переулкам Аханка по направлению к центральной площади. — Ну ладно Трей — он всегда балбесом был, и за эльфийками всегда бегал. А тут мечта сбылась, вот у него крышу и снесло. Но Эську-то как угораздило? Уедет ведь с этим типом, феем или как его там… А я что, должен без нее оставаться? Я же скучать буду! Это очень эгоистично с ее стороны, так со мной поступать. Нет, не надо было изначально разрешать ей с ним встречаться, тогда сейчас и проблем бы не было… А теперь кучу времени убил на то, чтобы ее в чувство привести, но, кажется, без толку. Надеюсь, хотя бы на бой Трея не опоздал…» — на этой мысли Рон подошел к Арене, отдал двадцатку серебра за вход и вскоре уже пробирался между недовольными зрителями в поисках свободного места.

— Да куда ж ты прешь? Смотреть мешаешь! К началу было не прийти, балбес? — громко возмутился невысокий толстенький гном-ремесленник.