Беловолосый Кейджи стиснул зубы, сдерживая рвущиеся с языка непечатные выражения, и хмуро кивнул. Ссориться с Гильдией приключенцев ему было не с руки.

— Ладно, Цанг, извини, — наконец бросил он, овладев собой. — Но этот парень сам напросился — я из-за него кучу денег потратил на лечение ожогов и на возмещение ущерба от пожара.

— Да, наш Шутник — он такой, — вздохнув, посочувствовал орк. — Одна большая ходячая неприятность. Сами мучаемся.

— И поделом тебе, — обиженно буркнул Рон, расстроенный как тем, что подраться не удалось, так и выданной ему Цангом характеристикой. — Сам виноват — нефиг было распускать руки и приставать к девчонке, когда она того не хочет.

— Да пошел ты! — возмутился Кейджи. — Она сама… — а потом вдруг прервался на середине фразы, недобро прищурился и прорычал сквозь зубы:

— Ладно, Шутник. Жизнь длинная, еще сочтемся…

Поднялся, кивнул на прощание Цангу и вышел из помещения. «Кейджи, охотник за головами, второй уровень», — успел прочитать Рон.

— Что это за тип? — поинтересовался он у орка, который между тем вернулся за свою стойку. — Раньше его здесь не видел.

— И правильно не видел. Он недавно пришел, с караваном. Чистильщик, но довольно необычный. Задания своей Гильдии предпочитает не брать, а вместо этого участвует в гладиаторских боях и этим себе на жизнь зарабатывает. Во всяком случае это та информация, что я о нем слышал, — помолчав, ответил Цанг, а потом добавил:

— Зря ты с ним связался, Шутник. Чистильщики — опасные ребята. Определенная профессиональная деформация имеет место, да это и понятно, при такой-то работе.

Рон пожал плечами, не придав особого значения словам Цанга, и вскоре покинул здание Гильдии приключенцев.

Дни потянулись за днями. Свинобразы сменялись зебробыками, рогоносы — кенгурами, а перспективы получить второй уровень были все так же далеки и туманны. Рон, которому до чертиков надоели их однообразные охотничьи задания, начинал терять терпение, и когда им случалось встретить группу монстров — вел себя далеко не самым благоразумным образом. Если Трей старался не удаляться далеко от их рейнджера, чтобы в случае чего успеть ей помочь, то жаждущий левел-апа Рон лез в самую гущу боя, полагаясь на свою скорость и ловкость вместо защиты. Но такая тактика не всегда оправдывала себя.

Так и сегодня — увлекшийся мечник на мгновение потерял концентрацию и в пылу битвы не заметил, как к числу его противников добавился еще один монстр, который тут же воспользовался этой невнимательностью и мертвой хваткой вцепился ему в ногу. Рон выругался и изо всех сил огрел чудовище мечом, едва не отрубив заодно собственную конечность. И хотя подобного удара тварь не смогла пережить, но дело было сделано. Нога воина теперь представляла собой довольно жалкое зрелище, больше всего напоминающее ствол дерева из картины под названием «Завтрак бобра». И Рону пришлось бы несладко, но помощь не заставила себя ждать — мимо свистнула стрела, угодив одному из монстров в глаз, а потом и Трей подоспел, и вскоре бой завершился.

— М-да, потрепали тебя, — вздохнул Трей. — Ну что ж, тогда придется на сегодня с охотой заканчивать, а тебе прыгать до города на одной ноге. Надеюсь, нам больше никого не встретится по дороге…

— Рон, как ты? — подлетела к ним Кристель. — Сильно больно? Да сядь ты уже, дай мне рану осмотреть.

— Нормально, — выдохнул Рон. Рана словно горела огнем — похоже, в слюне твари были какие-то специфические добавки — но не показывать же девчонке, как тебе хреново на самом деле? Он стиснул зубы и приготовился терпеть боль в процессе перевязки, но прикосновения эльфийки были на удивление нежными, и ему удалось пережить процесс оказания первой помощи без потерь. Вскоре рана была промыта, облегчающая боль мазь нанесена толстым слоем, а нога надежно забинтована.

— Спасибо, — буркнул Рон и встал. Кристель кивнула, почему-то зарумянилась и улыбнулась. «Странная она, эта девчонка, — подумал он. — То улыбается не пойми зачем, то ни с того ни с сего вдруг обижается и долго дуется. Не поймешь ее».

Они без приключений добрались до города, и вскоре Рон уже поднимался по ступеням Гильдии целителей, опираясь на плечо орка. Трей довел его до скамьи и убежал в Ратушу, а потом к торговцам — продавать их добычу, полученную с монстров.

— Регенерация, — тусклым голосом произнес Малик, потом провел рукой над забинтованной ногой, проверяя результат, и устало сказал:

— На этом все. Тридцать серебра с тебя.

— Малик, что это с тобой? — поинтересовался Рон, передавая плату за исцеление. — Ты как-то неважно выглядишь. И где, кстати, твоя подружка? Обычно вы вместе время проводите, а в последнее время ты постоянно один.

Целитель покосился на него и сначала не хотел ничего говорить, но потом все же ответил:

— Хиссы больше нет в Аханке.

— Бросила тебя, что ли?

— Почему бросила? — удивился Малик. — Нет. Просто в Альтугэ, что в десяти днях пути к западу отсюда, один из целителей погиб в рейде, а второй в одиночку не способен справиться с городом, тогда как у нас целителей трое. Таша не может покинуть Аханк, она единственная жрица здесь. Так что вопрос стоял — кто из нас туда отправится, я или Хисса. Мы монетку кинули, выпало ей.

— И ты из-за этого такой потерянный? Брось, мужик! Женщины приходят и уходят — такова жизнь. Будут и другие. Не относись к этому серьезно…

— Несерьезно, говоришь??? — взвился целитель. — Да знаю я, знаю! С моей работой нельзя к таким вещам относиться серьезно, потому что в любой момент тебя могут услать с концами куда-то к монстру на рога, и на этом все. И мы с ней оба это понимали, и приняли это. Но любовь такая штука, знаешь ли… Она не спрашивает твоего мнения или разрешения, а просто внезапно ставит тебя перед фактом, что все серьезнее некуда. И ничего уже не изменить.

Рон задумался. Для него расставание с девушкой не воспринималось как какое-то трагическое событие, но с другой стороны — магу явно было очень хреново, это даже слепой заметил бы.

— Послушай, — наконец сказал он. — Если для тебя это так важно, ты мог бы с ней уйти.

— А вас, балбесов, кто лечить будет? — кратко поинтересовался Малик. — Таша одна не справится, и будут проблемы, почти наверняка будут и смерти. Допустить все это только из-за моего желания быть с любимой? Я так не могу. Да и Клятва не позволит.

— И что ты будешь делать? — озадаченно спросил Рон.

— Ждать. В Гильдии не садисты сидят, и они в курсе ситуации. Будет возможность — проведут релокацию кадров, чтобы мы с ней работали в одном городе. Но придется подождать, а сколько — никто не знает.

— М-да… я бы так не смог. Просто сидеть и ждать? Я бы плюнул на все и поступил как считаю нужным.

— Потому ты и не целитель, — невесело усмехнулся Малик. — Ладно, иди уже, и без тебя тошно.

Рон кивнул, похлопал мага по плечу в знак поддержки и легко сбежал по ступенькам. Они договорились встретиться в одной из таверн недалеко от центральной площади города — той самой, где когда-то эльфийка Марисса по прозвищу Дикая штучка щедрой рукой добавила огоньку в жизнь одного неприятного беловолосого типа. Там снова намечалось выступление барда, и Рон искренне надеялся, что для них найдется местечко.

Вскоре он прибыл на место и быстро окинул взглядом зал в поисках свободного столика. Таковых не обнаружилось, однако за одним из столиков уже сидела Кристель, которая при виде его тут же привстала и радостно замахала, привлекая к себе внимание. Вскоре он присоединился к ней и опустился на свободный стул.

— Привет, Крис. Ты не в курсе, кто сегодня выступать будет? — поинтересовался Рон. Эльфийка отрицательно покачала головой, и он разочарованно вздохнул.

— Мистраля ожидать не приходится — не его уровень… А из остальных я бы предпочел Алческу — она поет лучше всех, и к тому же красивая. Эх, я бы с удовольствием пообщался с ней поближе, так сказать. Жаль, что у нее браслет на руке…

Кристель вдруг закусила губу и отвернулась. Рон и не заметил, разглядывая разношерстную публику таверны.