Таков Иаков! Но это лишь одна сторона его жизни, сторона тёмная; есть в его жизни, благодарение Богу, и другая сторона: он имел дело с Богом, и, как мы это видим во всех обстоятельствах жизни патриарха, которыми ему приходилось расплачиваться за свои собственные ухищрения и своё лукавство, он из зла извлекал добро, обилием благодати покрывая грехи и неразумие неверного раба Своего.
В начале этой главы интересно видеть, как несмотря на всю немощь плоти, Исаак верою сохранил достоинство, в которое его облёк Бог. Он благословляет сыновей своих в полном сознании силы, для этого ему дарованной Богом; он говорит: "Я благословил... он будет благословен;... - вот я поставил его господином над тобою; и всех братьев его отдал ему в рабы, одарил его хлебом и вином; что же я сделаю для тебя, сын мой?" Он говорит, как человек, верою располагающий всеми сокровищами земли. В нем нет ложного смирения, проявления плоти не низводят его с высоты, на которую он вознесён. Он готов, правда, впасть в пагубное заблуждение, готов поступить вразрез с решением Божиим; но тем не менее он знает Бога и, сообразно с этим, занимает место, ему принадлежащее, распределяя благословения в силе и достоинстве веры. "Я благословил, и будет благословен; я наделил его хлебом и вином..." Вере свойственно возносить нас над всеми нашими ошибками и последствиями их, дабы мы занимали место, нам данное по благодати.
Что касается Ревекки, ей пришлось серьёзно поплатиться за все свои хитрости. Она надеялась довести до конца все ею задуманное дело, но, увы, Иакова она больше не увидела. Как иначе устроилось бы все, если б она предала все в руки Божий! "Кто из вас, заботясь, может прибавить себе роста хотя бы на один локоть?" (Лук. 12,25). Мы ничего не выигрываем, беспокоясь и составляя свои планы; этим мы лишь исключаем Бога из дел наших, что, конечно, не приобретение для нас. И мы справедливо наказываемся Богом, пожиная плоды наших собственных решений. Невыразимо грустно видеть, что, забывая своё положение и свои преимущества, чадо Божие берёт в свои руки устройство дел своих. "Птицы небесные" и "полевые лилии" могут служить поучительным примером для нас, когда мы так постыдно забываем наше положение полной зависимости от Бога.
Что касается, наконец, Исава, апостол называет его "нечестивцем, который за одну снедь отказался от своего первородства" (Евр. 12,15-17), и который впоследствии, "желая наследовать благословение, был отвержен, не мог переменить мыслей отца, хотя и просил его о том со слезами". Из этого мы узнаем, что "нечестивец" - это человек, желающий одновременно обладать и земными, и небесными благами, пользоваться настоящим, не теряя права на будущее: всякий человек, именующий себя христианином, совесть которого, однако, никогда не была тронута истиной, сердце которого всегда оставалось чуждым действию благодати Божией, заслуживает названия "нечестивца"; и число таковых велико.
Глава 28
Последуем теперь за Иаковом, блуждающим вдали от родительского дома без пристанища на земле. Теперь Бог начинает особо заниматься им, и хотя Иаков уже пожинает горькие плоды своего поведения относительно Исава, тем не менее и Бог, видим мы, невзирая на все слабости, все безумие раба Своего, властно проявляет относительно его благость и мудрость Свою. Средствами, Ему Одному ведомыми, Бог выполнит намерения Свои; но, если по нетерпению и неверию чадо Божие выходит из своей зависимости от Бога, горестные испытания и строгий суд ожидают его. Так было и с Иаковом; ему не пришлось бы бежать в Харран, если б он предоставил Богу действовать за себя. Бог, конечно, нашёл бы Исаву место и удел, ему предназначенные; Иакову же следовало пребывать в мире, черпаемом в полном подчинении во всем Богу и предначертаниям Его.
Но тут-то и обнаруживается крайняя немощь сердец наших. Вместо того, чтоб покорно отдать себя в руки Божий, мы хотим действовать сами; своими действиями мы мешаем Богу проявить всю благость, все могущество Его по отношению к нам. "Остановитесь и познайте, что Я - Бог" (Пс. 45,11), - вот правило, повиноваться которому нас может научить лишь благодать Божия. "Кротость ваша да будет известна всем человекам. Господь близко. И не заботьтесь ни о чем, но всегда в молитве и прошении с благодарением открывайте свои желания перед Богом." И к какому же результату это приведёт? "И мир Божий, который превыше всякого ума, соблюдёт сердца ваши и помышления ваши во Христе Иисусе" (Фил. 4,7).
Но хотя мы и пожинаем плоды нашего нетерпения, неверия, всех неправедных путей наших, Бог, по великой милости Своей, и слабость, и неразумие наше делает средством проявления нежной любви и высшей премудрости Своей. Нимало не поощряя нашего неверия и нетерпения, Бог являет Свою благость, преисполняя радостью сердца наши среди тяжёлых, быть может, обстоятельств, которые мы сами на себя навлекаем заблуждениями своими. Бог выше всего этого; извлекать добро из зла - свойство исключительно Божие: "Из ядущего вышло ядомое, и из сильного вышло сладкое" (Суд. 14,14). Поэтому как с одной стороны верно, что Иакову пришлось жить в изгнании вследствие его нетерпения и обмана, верно с другой стороны и то, что если б Иаков остался спокойно жить под родительским кровом, никогда не постиг бы он чудного значения названия "Вефиль". Обе эти стороны картины отчётливо обрисовываются во всех обстоятельствах жизненной истории Иакова. Изгнанный своим собственным безумием из дома отца, Иаков хотя отчасти постиг величие и красоту "дома Божия".
"Иаков же вышел из Вирсавии и пошёл в Харран. И пришёл на одно место, и остался там ночевать, потому что зашло солнце. И взял один из камней того места, и положил себе изголовьем, и лёг на том месте" (ст. 10,11). Странник и беглец в земле чужой, Иаков находится теперь именно в том положении, в котором Бог может встретиться с ним и проявить всю благодать, всю славу Своих намерений по отношению к нему. Ничто не выражает лучше ничтожества и бессилия человека, как положение, в которое здесь поставлен Иаков: изнемогающий от усталости, он засыпает под открытым небом, с камнем вместо изголовья. "И увидел во сне: вот лестница стоит на земле, а верх её касается неба; и вот, Ангелы Божий восходят и нисходят по ней. И вот, Господь, стоит на ней и говорит: "Я Господь, Бог Авраама, отца твоего, и Бог Исаака. Землю, на которой ты лежишь, Я дам тебе и потомству твоему. И будет потомство твоё, как песок земной; и распространишься к морю, и к востоку, и к северу, и к полудню; и благословятся в тебе и в семени твоём все племена земные. И вот, Я с тобою; и сохраню тебя везде, куда ты ни пойдёшь; и возвращу тебя в сию землю; ибо Я не оставлю тебя, доколе не исполню того, что Я сказал тебе."
Вот как открывает Иакову Свои намерения относительно его и его потомства Бог Вефиля. Здесь действительно все "благодать и слава". Эта лестница, стоящая на земле, говорит невольно сердцу о благодати Божией, явленной в лице и деле Сына Божия. Именно на земле совершилось чудное дело, составившее краеугольный камень, незыблемое и вечное основание всех предначертаний Божиих относительно Израиля, Церкви и мира. На земле Иисус жил, трудился и умер, дабы смертью Своею уничтожить все, препятствовавшее Богу осуществить Его благие намерения относительно человека.
Но "верх лестницы касался неба". Она была средством сообщения неба со землёю; "и вот, Ангелы Божий восходят и нисходят по ней", - чудный, красноречивый образ Того, через Которого Бог снизошёл до глубины падения человека, через Которого Он и вознёс человека и, в силу божественного оправдания, навсегда ввёл в присутствие Божие. Бог предусмотрел все, потребное для выполнения предначертаний Своих вопреки безумию и греху человека; благодаря этому навек осчастливленная душа научается Духом Святым видеть себя включённой в круг намерений благодати Божией.
