- Внимание! Сейчас будет проводиться проверка личности! Приказываю всем оставаться на своих местах! Боевые жезлы и амулеты погасить и убрать в кобуру! Защитные амулеты перевести на полную мощность! При приближении проверяющих, не шевелиться, ничего не говорить, стоять смирно! Выполнять!

Внутри защитного периметра и без того напряжённая атмосфера сразу же буквально накалилась. Бойцы городской стражи начали бросать друг на друга, Марьяну и прибывших эльфов настороженные и непонимающие взгляды. А те в ответ скользили по ним ни разу не добрыми и тоже очень напряжёнными взглядами. И Марьяна так и не поняла, в какой момент прибывшие перворождённые умудрились встать таким образом, чтобы держать каждую группу бойцов под прицелом своих боевых жезлов. К счастью, вбитая в голову за время учёбы и службы дисциплина взяла своё. Выпрямившись, она громко крикнула:

- Вы слышали приказ! Выполнять!

И плавным движением убрала свой боевой жезл в поясную кобуру, усыпив вложенные в него плетения. А защитные амулеты наоборот, вывела на полную мощность. Её бойцы один за другим последовали её примеру. Командир эльфов бросил короткий благодарный взгляд на Марьяну, после чего пара его бойцов, вместе с агентом Серых принялась ходить от одного городского стражника к другому. В то время как остальные эльфы продолжали держать всех под прицелом.

Напряжение висевшее в воздухе в этот момент можно было буквально пощупать руками, но к счастью проверки проходили очень быстро. Когда последнего из подчинённых Марьяны эльфы проверили и огласили вердикт "Чисто", она испытала натурально физическое облегчение, словно у неё с плеч гора упала, при том что проверка заняла очень немного времени. И, судя по лицам её коллег, подобное испытала не только она. Командир же эльфов, когда проверка была пройдена, с неизменившимися лицом и таким же холодным голосом громко объявил:

- Проверка окончена! Оружие достать, привести в полную готовность, продолжать держать оборону, ждать дальнейших приказов! Любые попытки перемещения жителей или гостей города немедленно пресекать, оружие применять без предупреждения! Выполнять!

- Разрешите обратиться!

Повернувшись к Марьяне, командир эльфов коротко скользнул по ней глазами и кивнул:

- Разрешаю.

- Что произошло в городе? Какая обстановка?

Лицо перворождённого стало ещё более холодным и мрачным, сухим голосом он произнёс:

- Тёмное Братство совершило множественные нападения по всему городу. Много погибших.

Среди бойцов Марьяны раздались приглушённые отборные ругательства.

- Нападавшие, судя по всему, уже долгое время скрывались в городе под личинами других людей или представителей других рас. Сейчас все нападения отбиты, но уцелевшие фанатики пытаются скрыться, сменив личины. Поэтому город закрыт, ведётся тотальная проверка всех жителей и гостей..

На этом разъяснения со стороны эльфов закончились, и бойцы Зелёных вместе с агентами Серых умчались дальше, в сторону Центральной Торговой Площади. Марьяна же, когда они отбежали достаточно далеко, тихо сформулировала общее мнение:

- Пиздец...

Новый день только начинался, но она почему-то была абсолютно уверена, что будет он хреновым. Вот просто капец каким хреновы...

***

Несколько бесконечно долгих секунд, Кирилл стоял неподвижно, вглядываясь в ночную темноту, пытаясь осознать произошедшее и понять что, мать вашу, вообще только что случилось? Но ни обдумать ни понять он ничего не успел, так как по-прежнему укутанный маскирующим полем неизвестный, что помогал им в бою, резко дёрнулся и громко рявкнул искажённым голосом, вскидывая руку в сторону:

- Да чтоб тебя!

Резко повернувшись к нему, Кирилл едва удержался от того, чтобы поддержать неизвестного отборным матом. Хотя очень хотелось. Потому что чуть в стороне от их весёлой компании, буквально в полутора десятке метров, плохо различимая в окружающей темноте, стояла женская фигура, плотно окутанная клубящимся чёрным дымом. Дымом, что даже на фоне ночной темноты казался чёрным. На буквально вырванный из правого бока кусок мяса, причём как бы не вместе с частью рёбер, она никакого внимания не обращала. Также, как и на пробитую прямо в центре груди дыру размером с кулак. Или на оторванную ниже локтя левую руку. Из всех её ран обильно сочился всё тот же чёрный дым, как из печной трубы. Лицо её было не разглядеть, из-за все ещё державшейся на нём личины морщинистого старика, но глаза неизвестной были видны вполне отчётливо. Они горели ярко-красным огнём, и смотрели прямо на Кирилла.

Выглядело жутко, но молодой человек наученный множеством тренировок, вскинул резким движением свой боевой жезл и ударил мгновенно сформированным плетением классической магической стрелы, вложив в этот удар большую часть остававшихся собственных сил. Одновременно с ним ударили Гата, Армина и неизвестный помощник. С рук кошколюдки сорвалась кривая дуга молнии, вторая служанка одним резким движением метнула длинную зачарованную иглу, промелькнувшую в воздухе огненной чертой, а неизвестный ловко бросил метательный нож, на котором прямо в полёте вспыхнули символы зачарований.

Все четыре удара достигли цели. Молния ударила неизвестную в район живота и с громким треском разлетелась на множество более мелких разрядов в разные стороны. Магическая стрела Кирилла попала ей в правое плечо и с грохотом взорвалась, не причинив видимого вреда, словно он бил не в живое существо, а в зачарованный камень. Метательная игла Армины ударила женскую фигуру точно в шею, но вместо того, чтобы вонзиться в плоть, она, едва коснувшись неизвестной, разлетелась на маленькие искры. Нож их таинственного соратника попал жуткой дамочке точно в район сердца, но тоже не причинил ей видимого вреда, едва-едва воткнувшись, словно его метнули не в тело человека, а в ствол дерева. Неизвестная, ещё больше укутавшаяся чёрным дымом, казалось, на всё это не обратила вообще никакого внимания. Чуть склонив набок голову, она произнесла искажённым, словно механическим голосом, одну единственную фразу, продолжая смотреть прямо на Кирилла:

- Мы знаем.

И прежде чем кто-либо успел что-нибудь сделать, она целиком и полностью обратилась во всё тот же чёрный дым, который практически моментально развеялся без следа. От дамочки не осталось и следа, лишь метательный нож с тихим звуком упал на землю. Прошла секунда. Ещё одна. А потом...

- Треклятые фанатичные уёбки! Чтоб им всем заживо сгнить и обратиться прахом в безымянных могилах в корнях плотоядных древ! Откуда они вообще взялись в Белой Гавани?!

Громкая и отборная ругань Гаты на чистейшем эльфийском сопровождалась весьма бурной деятельностью. Кошколюдка подхватила с перенесённого из ресторана куска пола свою зачарованную сумку, куда она днём складывала покупки Кирилла, и принялась быстро извлекать её содержимое. Вот только вместо дорогих благовоний или шёлковых нарядов из сумки стали появляться многочисленные и весьма разнообразные амулеты, кристаллы-накопители к ним, элементы снаряжения боевых магов, а также флаконы с алхимией. Количество и качество извлекаемых предметов вызвало бы уважение даже у золотых команд Гильдии Авантюристов. И очень большие вопросы у любой стражи.

Тем же самым занималась и Армина, только молча, извлекая уже из своей сумки один предмет за другим, часть из которых она немедленно надевала на себя, либо передавала Кириллу. Их же таинственный соратник сделал короткое движение рукой, и упавший в траву метательный нож стрелой прилетел обратно к нему, точно рукоятью в ладонь. Одновременно с этим окружавшее его маскировочное поле, делавшее фигуру неизвестного размытой и нечёткой, пропало, явив окружающим одетого в явно очень непростые тёмно-серые лёгкие доспехи, однозначно эльфийской работы, высокого мужчину. Лицо его скрывала маска-капюшон, так что были видны только горящие магическим огнём фиолетовые глаза. Перехватив свой метательный клинок, он убрал его в поясные ножны и на таком же чистейшем эльфийском ответил, доставая из неприметного кармана связной амулет: