Из института Олег ушёл один. У Кати нашлись ещё какие-то дела. Кроме того, она обещала забежать в магазин, так как истратив деньги на жильё, смогла сохранить некоторую сумму для пропитания, что безусловно радовало.

Однако, добравшись до дома, Олег не позволил себе завалиться спать. Это время одиночества следовало потратить с пользой. Заняв Буяна разгрызанием большой порции мясных обрезков, он поспешил к ноутбуку.

Олег: «Ты здесь?»

Ответа пришлось ждать около минуты.

КоТОПЁС: «Конечно. Как всегда».

Олег: «Про охотников на оборотней что-нибудь знаешь?»

Последовала длинная пауза. Индикатор несколько раз сигнализировал о наборе текста, а затем его стирании.

КоТОПЁС: «О чём именно идёт речь?»

Олег: «А то, ты не знаешь!»

КоТОПЁС: «Нет. Я правда не знаю. Одних только фильмов несколько десятков».

Олег: «Я про реальных!»

КоТОПЁС: «А с чего вдруг такие вопросы? Тебе кто-то угрожает?»

Олег: «Ага, значит ты о них всё-таки знаешь!»

КоТОПЁС: «На протяжении человеческой истории существовало много организаций объявлявших себя охотниками на оборотней».

Олег: «Серебряный медальон в виде насаженной на кол волчьей головы тебе о чём-нибудь говорит?»

КоТОПЁС: «Так. И где же ты такое видел?»

Олег: «Не видел. Только слышал. Друг один рассказывал».

КоТОПЁС: «Понятно. А сам он откуда узнал?»

Олег вкратце пересказал историю Кати, постаравшись сделать её максимально обезличенной.

КоТОПЁС: «Значит так. От друга держись подальше. Пусть дедушка и умер, где-то поблизости могут ошиваться другие психи из этого ордена».

Олег: «А может, ты меня просветишь, что за орден такой?»

КоТОПЁС: «Да нечего особо рассказывать. Когда-то это была довольно сильная организация, но с переходом человечества от религии к технологиям у них начались большие проблемы. Я думал этот орден уже сгинул. Но если нет, психи они опасные».

Олег: «А чем им прогресс навредил? Я думал, он оборотням больше жизнь испортил».

КоТОПЁС: «Нет. Нам современный мир больше плюсов, чем минусов принёс. Оборотни всегда сильнее всего страдали от предрассудков и суеверий. Конечно, распространение человечества сильно уменьшило количество безопасных мест для обитания, а современное огнестрельное оружие практически не оставляет шансов на выживание, но вместе с тем, появились охраняемые заповедники, где можно почти ничего не бояться. А вот у охотников на оборотней жизнь только усложнилась. Уже лет двести, как стало невозможным просто прийти в деревню, застрелить кого-нибудь, и объявив убитого оборотнем, спокойно уйти. Безнаказанно истреблять волков и бездомных собак, с недавних пор тоже проблематично. Даже простое ношение оружия сильно ограниченно. В общем, орден растерял большую часть членов из-за банальных проблем с законом. Сейчас в нём, если кто остался, то только самые безумные фанатики».

Олег: «Безумные, в буквальном смысле?»

КоТОПЁС: «Да. Разговаривать с ними бесполезно. Если такому попадёшься – либо ты его, либо он тебя. Можно правда, попробовать полиции подставить. Быстро в психушку упекут, если не застрелят при задержании, но затея рискованная».

Олег: «А есть какой-то способ скрыться?»

КоТОПЁС: «В первую очередь конечно – в крупных городах. Шансов встретить охотника на оборотней в городе миллионнике, почти никаких. Но если всё равно страшно, можешь примкнуть к сообществу фури».

Олег: «Те, которые в животных переодеваются?»

КоТОПЁС: «Именно».

Олег: «А разве, это не первое место, где охотники станут искать настоящего оборотня?»

КоТОПЁС: «Ну да, так оно и было, когда это движение только зарождалось. Но у безумцев грань между оборотнем и человеком в костюме часто стирается. После нескольких весьма неприятных случаев со стрельбой на массовых мероприятиях, орденом всерьёз заинтересовались спецслужбы. Он вроде даже находится в списке террористических организаций некоторых стран. Собственно, именно после тех событий мы думали, что охотникам конец. Последняя утёкшая оттуда информация, это приказ о запрете приближаться к местам скопления «фури» в целях спасения ордена от полного уничтожения. Короче говоря, инстинкт самосохранения у них ещё работает».

Олег: «А как-то иначе обезопасить себя нельзя?»

КоТОПЁС: «Становиться «фури» не обязательно. Достаточно иногда появляться рядом с местами их скопления. Если за тобой следят – этого хватит. Правда, избежать посещения тематических групп и чатов не получиться. Надо же как-то выяснять, где и когда они собираются».

Олег: «М-да. Как будто мало мне было проблем».

КоТОПЁС: «Если б только тебе. Ну, будем надеяться, это был последний член ордена за пределами психлечебницы».

Олег: «А ты не преувеличиваешь считая всех охотников сумасшедшими?»

КоТОПЁС: «Нет. Их всегда можно было поделить на два типа: искатели приключений и мстители. Первые не идейные, как только законы начали сильно ограничивать деятельность ордена – быстро отвалились, ушли искать приключений в других местах. А вот вторые – люди пострадавшие от действий оборотней».

Олег: «Но ты же говорил, после изобретения вакцины оборотни стали смирными».

КоТОПЁС: «Всегда есть исключения. Ты сам стал жертвой одного из них. Дикие с лунатиками, без бешенства, если не голодные, обычно не агрессивны, могут даже сойти за домашнего пса, но оборотни редко бывают сыты. Так что, нападения случаются. У высших тоже не всё гладко. Голод, стресс, разбитые мечты. Полагаю, ты сам многое из этого уже прочувствовал. В общем, не все выдерживают. В итоге появляются жертвы. Взять например погибшую до тебя студентку. Её родители наверняка страдают, жаждут мести. Среди таких орден и выискивает самых неуравновешенных для пополнения своих рядов».

Олег: «Наверно странный вопрос, но случайно не знаешь, как они пулю из медальона используют, если оружие носить не могут?»

КоТОПЁС: «Никак. Раньше там вместо пули наконечник для стрелы был. Вот тогда они им реально пользовались. А сейчас, в эпоху мощного, очень разнообразного огнестрельного оружия, смысла в этом нет никакого. Если тебе снесут пол башки из крупнокалиберного охотничьего ружья, материал пули никак на вероятность выживания не повлияет. Да и капсюля с порохом, насколько я знаю, в медальоне нет. Только сама пуля. Просто, кусок серебра. Символ, не более».

Олег хотел расспросить ещё про отношения оборотней с полицией и другими спецслужбами, но не успел, вернулась Катя, а общаться с КоТОПСОМ в её присутствии он боялся. Девушка, конечно, воспитанная, но любопытная. Не дай бог заглянет через плечо и прочитает переписку.

Вот уже второй день Олег мужественно держался без сна, приближалась вторая ночь, а силы иссякали. Даже страх понемногу начинал уступать место безразличию. Но сдаваться он не собирался, хотя прекрасно знал, что целый месяц бодрствовать, человек не может.

На ужин Катя разогрела вчерашнюю гречневую кашу. Не сказать, что Олега это обрадовало, но её покупки вовсе вгоняли в тоску. Громкие слова о деньгах, которые «ещё есть», вылились лишь в коробку простейшей лапши быстрого приготовления, в народе именуемой – бомж-пакетами и упаковку дешёвого собачьего корма.

До своего становления оборотнем Олег не редко питался подобным образом. Это даже доставляло некоторое удовольствие. Правда, только если лапша не самая дешёвая, а хотя бы посередине, между самой низкой и средней ценовой категорией. К сожалению, для «нового носа», химикаты со специями оказались сущим кошмаром, а без них, эти околомакаронные изделия на вкус, как мокрая бумага.

Спать Олег ложился в ужасном состоянии, с твёрдым намереньем не смыкать глаз, но накрывшись покрывалом, уснул почти сразу. Спал беспокойно, как на зло – снились волки с собаками. То Буян, то Дейзи, то ночь нападения, то вовсе – собственное звериное отражение в зеркале. Но даже во сне Олег не забывал о своём страхе. Всё это очень давило на психику. Казалось, физически трудно дышать.