Внимание к городским музыкальным культурам и их истории – явление относительно новое, получившее широкое развитие в Северной Америке, Великобритании и Европе в 1970–1980‑е гг. Появление интереса к тому, как город формирует музыкальную культуру и как музыка влияет на создание городских образов, с одной стороны, было связано с трансформацией культурной географии и оформлением музыкальной географии как новой дисциплины; с другой – с возникновением современных исследований культурного наследия. Отход от исключительно эссенциалистского понимания пространства и его проблематизация через социальные связи, и прежде всего отношения власти, способствовали расширению границ культурной географии в американской академии в 1960–1970‑е гг.819 Исследователи поставили ряд вопросов: как возможно понимание культуры в пространственных терминах; как опосредуются культурные практики через пространство (и городское пространство в частности); какие специфические «культурные ландшафты» формируются в разных местах, городах и регионах?820 В то же время в рамках культурной географии формировалось исследовательское поле географии музыкальной, которая получила развитие в 1970‑е гг. в США821 и позже – в 1990‑е гг. – в Великобритании822. До этого момента анализ пространственных представлений в западной музыке носил преимущественно дескриптивный характер и был направлен на сбор и классификацию музыкального фольклора. Вместе с интересом к локальной специфике музыкального производства музыкальная география стала фокусироваться на изучении «включенности» музыки в процесс формирования городских образов – как конкретные места, города и регионы репрезентируются через музыку в медиа, кино, литературе и какое влияние музыка оказывает на восприятие города823. Подобно иконическим изображениям Лос-Анджелеса через образы Голливуда и мировой киноиндустрии, города Нэшвилл, Новый Орлеан, Чикаго, Сиэтл и Мемфис в США, а в Англии Ливерпуль, Манчестер, Бирмингем и Шеффилд стали известны как ключевые места появления и развития популярной музыки824, что нашло свое выражение и в городской повседневности, и в репрезентации этих городов. Культурная география позволила обратить внимание на то, каким образом музыка влияет на формирование образов «музыкальных городов» и на их туристический потенциал.

Вторым значимым фактором проблематизации музыкального прошлого как части городской истории стали масштабные научные и общественные дебаты о понимании культурного наследия, которые развернулись в начале 1980‑х гг. в Великобритании, Европе и США. Модель определения культурного наследия как перечня исторических (прежде всего археологических) памятников, представляющих значимость для отдельных государств, сформировавшаяся в XIX в. в рамках масштабных процессов образования европейских наций, была существенно пересмотрена после Второй мировой войны. Историк Дэвид Лоуэнталь отмечает825, что появление всемирных и национальных организаций, деятельность которых была направлена на сохранение памятников и развитие культурного сектора в значительной части стран (включая бывшие европейские колонии, которые в послевоенное время получили автономию и независимость), способствовали изменению представлений о ценности культурных объектов и трансформации их экономического статуса. Культурное наследие стало рассматриваться не только как важная часть образовательной политики, но и как весьма прибыльная сфера. Популярная культура в целом и популярная музыка в частности оказались активно включены в этот процесс и начали пониматься как часть культурного наследия и значимые ресурсы обновления городов.

Важную роль в пересмотре концепта культурного наследия стало появление в Великобритании в начале 1980‑х гг. нового направления исследований – heritage studies826. Предложенное его представителями определение культурного наследия позволило охватить сферу обычного и повседневного и обратить внимание на неформальные практики и объекты, имеющие значение для разных социальных групп, а не только наделенные высоким культурным статусом и представляющие общенациональные ценности. Расширение темпоральных границ понятия «культурное наследие» сделало возможным включение в корпус наследия объектов, относящихся не только к отдаленному, но и недавнему прошлому. Понимание культурного наследия как «социального действия»827 означало устранение монополии экспертов и официальных инстанций на определение и признание того или иного объекта частью культурного наследия и наделение этим правом разных социальных групп. Благодаря этому многие места, объекты, практики, связанные с историей, памятью, идентичностью различных социальных групп – от мигрантов до музыкальных фанатов, – также стали рассматриваться с точки зрения их культурной значимости и, соответственно, как часть культурного наследия (прежде всего городского).

Одним из направлений в разработке новой концепции наследия стало осмысление роли популярной музыки в формировании образа города. Обсуждение этой проблематики имело не только научный и общественный резонанс828, но и оказало значительное влияние на трансформацию исторической и культурной политики во многих европейских и американских городах.

Великобритания оказалась одной из первых европейских стран, в которой в 1980‑е гг. была начата реализация программы «возрождения посредством культуры» (culture-led regeneration). Главной ее задачей стало обновление городов и стимулирование местной экономики за счет развития культурного сектора. Как указывает урбанист Джонатан Викери, концепт «„возрождение посредством культуры“ возник как вариант „городского возрождения“ – центрального пункта национальной публичной политики в Великобритании»829 с конца 1970‑х гг. Создание публичных пространств, кварталов культурных индустрий, открытие новых музеев, развитие туристических маршрутов, проведение тематических мероприятий (фестивалей, ярмарок, концертов) – лишь несколько примеров реализации таких проектов.

Существенную роль в пересмотре культурной политики сыграл запуск в 1985 г. Евросоюзом проекта «Культурная столица Европы»830 с целью привлечения внимания к истории и наследию европейских городов, а также увеличение инвестирования в их культурный сектор831. В рамках подготовки к участию города в этой программе предполагалась реставрация и обновление исторических памятников, открытие новых публичных мест и музеев, проведение фестивалей городской культуры. И если в континентальной Европе первыми культурными столицами были выбраны крупные города с историческими центрами и памятниками – Афины, Флоренция, Париж, Лиссабон, – то в Великобритании внимание было уделено прежде всего промышленным городам.

Интерес к музыкальной истории наряду с вниманием к истории кино, литературы, телевидения и видеоигр стал важной частью культурной политики в Великобритании. Создание новых музыкальных площадок и появление новых музыкальных сцен на основе музыкальных традиций и истории города, а вместе с этим и развитие музыкального туризма, стали одним из приоритетных направлений постиндустриального региона Северной Англии. Новые стратегии ребрендинга, использующие музыкальные события в качестве инструмента для продвижения образа города как динамичной среды, были использованы, чтобы обозначить «музыкальные» города на культурной карте страны и привлечь инвесторов из Великобритании и Европы для развития культурных индустрий832. Так, исследователи отмечают все возрастающее количество музыкальных фестивалей в Великобритании, многие из которых становятся визитными карточками городов и встраиваются в более широкую культурную политику в отдельных регионах страны833.