Так двадцатого ноября женили Петра и Полину. Позвали батюшку из соседнего села, он благословил новобрачных.

В те времена пышные свадьбы праздновали, только аристократы, а обычный народ не собирали даже соседей и близких родственников, потому что жили бедно, отмечали в основном семья жениха и невесты.

После свадьбы невесту перевезли с ее скромным приданным, две подушки, три гуся и пять утят в новый дом построенный молодым мужем. Полина порхала как бабочка, она успевала приготовить обед дома, потом помочь свекрови по ее дому, работала на огороде, вечером доила корову, загоняла птицу в сараи. Для нее не было это тяжелым трудом, дома у родителей, она занималась тем же, только здесь она делала все с душой, чтоб оправдать надежды свекра и свекрови. А те в свою очередь вопреки переживаниям невестки, очень быстро полюбили ее, как свою родную дочь.

Так прошло два года, деток еще не было у Петра и у Полины. Жили хорошо, не ссорились, делали все вдвоем. Отец порой ругал Петра что он помогает на кухне жене молодой, мол не мужское это дело. Но Петр не обращал внимания на отцовское ворчание, а старался всегда быть рядом с любимым человеком.

– Что ты все за юбкой ходишь Петруха, поди вон лошадям воды дай!– бубнил Евстигней.

– Да не тронь ты его, он еще не на тешился!– говорила вступаясь за сына мама. – Когда внуками порадуете? Здоровье мое слабое, хоть увидеть какие они будут.

– Мама, всему свое время. – пытался уйти от этой темы Петр, ему самому очень хотелось деток, но все что то не выходило. Полина стала расстраиваться и бывало Петр слышал по ночам как она тихо плачет в подушку, поворачивался и утишал, говорил, что просто нужно немного времени и все будет хорошо. На третий год осенью, вся семья поехала на уборку зерна в поле, оно небольшое и за день собирались управиться.

– Давай сын вы с того боку будете, а мы с матерью с этого, так быстро в снопа соберем! – раздавал команды Евстигней – Серп хорошо наточил?

– Да, острый как бритва! – довольный своей работой хвастался Петр.– Полина ты чего такая белая? Вроде не жарко сегодня, может съела что то ? – стал беспокоиться муж.

– Все в порядке, просто сегодня с утра мне не здоровится что то, голова кружится и темнеет в глазах.

– Давай ты полежишь в телеге, а я поработаю, а потом снопы вместе соберем.

– Нет, что ж я бездельничать буду, что родители скажут…– переживала Полина – Давай я вот с этого боку где зерно повыше начну, может когда и присяду ненадолго, меня тут не видно будет.

– Хорошо – Петр смотрел на жену и ему становилось страшно, вчера Полина была веселая и как обычно делала все дела по дому, а сегодня ее как подменили, синие круги под глазами, бледная такая.

Отец с матерью быстро справлялись с пшеницей, это был уже не первый покос в их жизни, ловко ставили сноп за снопом в ряд.

– Евстигней, ты не заметил, что невестушка сегодня сама не своя, бледная совсем, утром не завтракала, не приболела ли !? – стала жаловаться мать.

– Да нет, вроде такая же, правда по дороге ни словечка не проронила, на нее это совсем не похоже.

– Мам! – закричал Петр – Полине плохо! Рвет ее! Скорей сюда!!

Родители бежали через поле побросав серпы, мать неслась быстрее, как будто квочка на помощь своему цыпленку попавшему в беду.

– Что случилось Полюшка? – закричала подбегая к невестке.– Ты перегрелась, аль воды плохой выпила?

– Нет, не знаю. – еле проговорила девушка, по ней было видно что силы покидают ее стремительной скоростью.

– Так Петр, давай-ка ее домой, да тетку Наталью позови, она хоть и не лекарь, а понимает какими травами, если что отпоить надо будет. А мы с матерью останемся да поработаем сами, отвезешь, саму не оставляй, вечером к пяти приедешь заберешь нас.

–Хорошо отец. – еле вымолвил Петр, он никогда в жизни не видел когда кому то сильно плохо, бывало простудой болел, но отравление было редкостью.

– Ну ка неси ее сюда, смотри она совсем без сил! – переживал Евстигней – Мать давай и мы поедем, что то мне не нравится ее вид! – он переживал как за собственное дитя, даже руки стали трястись.

Полину быстро уложили на дно телеги и поехали в хутор, ехать было недалеко и через минут двадцать, Полину еже внесли и положили на кровать, потом Петр побежал к соседке, он как раз только пришла с гостей и была во дворе:

– Тетя Наталья скорей к нам! Полине плохо!– начал кричать Петр – Она или отравилась или перегрелась!– он пытался объяснить как все было и от волнения у него путались слова.

– Ну чего орешь! Напугал меня! Фух, жива же еще, значит обойдется! Пойдем скорей гляну, а то потом курей надо кормить, да козу доить! Так что говоришь в поле ездили, так что уже люди жнут, а я вот без зерна скоро останусь. – тетка Наталья любила по причитать и пожаловаться, чтобы ее стало жалко и дали что ей необходимо. Но Петр туго соображал, он спешил быстрей к Полине. Увидев, что от парня ничего не добьешься, Наталья замолчала и пошла следом.

Зашли в комнату к Полине. Она лежала на подушках, бледная как смерть, казалось вся кровь отступила от лица. Глаза ее были закрыты и видно как чуть вздымается грудь при каждом вздохе.

– Божечки мои, что с тобой лапонька! – тетка Наталья испугалась не на шутку, ей всегда нравилась девушка. Она постоянно видела молодую жену в огороде у соседа, когда та работала. Полина усердно трудилась, все грядки как по струнке ровненькие, без травы и соринки, политы и взрыхлены. Все мечтала Наталья , чтобы у нее такая дочка была, но бог детей не дал. – Что с тобой детонька? Живот болит? Тошнит?

Полина открыла глаза:

– Немного тянет живот, тошнит сил нету и голова кружится, вот вот улечу.– проговорила девушка. Родители и Петр стояли рядом возле кровати и все слышали, мать украдкой посмотрела на Наталью, та ответила загадочным взглядом.

– Так мужики, давайте-ка идите погуляйте, – попросила их тетка Наталья – мне тут кое что проверить нужно.

– Зачем погулять? – не понял Петр – Я тут буду.

Но отец оказался посообразительней:

– Пойдем Петруха, тут кажется женские дела сейчас будут, нам тут быть не следует. Позовите нас как все решится, мы в базу у коров будем.

– Хорошо, позовем, идите уже! – начала ворчать тетка Наталья. Она взяла с собой какие то травы и велела матери поставить котелок вскипятить воды.

Как только вода вскипела, так сделала отвар и дала пару глотков выпить Полине, не прошло и пяти минут, девушка открыла глаза и румянец появился на лице.

– Тебе лучше? Тошнота проходит? – поинтересовалась тетка Наталья – Горечь есть во рту?

– Тошнота почти прошла, а горечь есть, можно воды?

Тетка Наталья дала ей стакан с водой и улыбаясь сказала:

– Ну что моя ясенька, дождалась, теперь дам тебе травы будешь заваривать когда совсем плохо будет, а так терпи, все мы женщины через это прошли…

Полина сначала не поняла к чему ведет тетка Наталья, посмотрела на мать, а та стояла в слезах, а лицо у нее было такое счастливое, какое невестка ни разу не видела.

Позвали Петра и Евстигнея и сообщили им радостную новость. Евстигней даже прослезился, а Петр стоял как камень не веря, что маленькое счастье скоро посетит и останется в их доме на всю жизнь.

Всю беременность Полину берегли, ходила она тяжело, ее постоянно тошнило и голова кружилась, травы тетки Натальи сначала помогали, но потом от них тошнило еще больше. Зиму Полина провела в постели, боялась простудится или где то упасть. Родители Петра старались ничем не нагружать дорогую им невестку, мать когда Полине было совсем плохо, видела и старалась отвлечь сношеньку всякой болтавней.

К Полине приходили подружки, тоже уже замужние и рассказывали, о своих муках когда те были на снастях, но темы страшных рассказов, а особенно подробности родов свекруха запрещала поднимать.

Так прошел март, апрель и наступил май, на улице стало совсем тепло, птицы щебетали без умолку, солнышко светило ярко и уже согревало теплом. В этом году зима долго не собиралась отступать, почти до середины апреля лежал снег. Но потом как по волшебству волшебной палочки, снег начал таять, ручьи весело смывали белое покрывало, а зелень сразу пробивалась к солнышку погреться. Птицы, молчавшие всю зиму и прятавшиеся в крышах домов, не умолкали ни днем не ночью. Все ожило. Не только животные, но и люди почувствовали, что новая жизнь наступает. Местные мужики уже давно подготовили плуги, для работы на полях и только ждали когда земля просохнет. Уже всем не терпелось ринуться в работу. Молодежь стала водить вечерами хороводы, стали слышаться веселые песни и хохот. Даже старушки по выползавшие на свои старенькие лавочки погреться, не бурчали, а слушали утирая слезы, песни ребят и щебетание птиц. Вот еще одну зиму – пережили.