– Я выйду за него замуж, – тихо, но твердо проговорила я.

Маришку прорвало, и она стала в подробностях описывать, что было бы, если бы она была на моем месте. За десять минут я успела выслушать много вариантов, что бы сделала Марина с моим будущим мужем. Устав слушать подругу, я закричала, перебив ее:

– Марина, это Максим! Это не твой Вова, не моя первая любовь Дима. Да что уж там! Я до сих пор в него влюблена. Это Максим! Ты должна уже была догадаться и понять, что он от своего никогда не отступится. У него было время передумать и не тащить меня до своих родителей. Ты представить себе не можешь, что я там им наговорила с три короба. Даже у тебя бы волосы дыбом встали. Я при нем сказала, что пью и гуляю с мужиками. Лгу я или говорю правду, он не знает наверняка. Тем не менее, все равно настаивает на свадьбе. Да он вообще мог бы сделать вид, что все забыл, а не приходить ко мне домой. Не имею понятия, что у этого человека в голове. Но пусть будет так, как он хочет. С учетом того, что все-таки он должен загладить передо мной свой грех. И если он решил, что сделает это, женившись на мне, пусть доводит до конца, что начал. Я все равно не смогу ему отказать.

Марина села возле меня и сложила руки на коленях, заглядывая мне в глаза.

– Маш, ты же сильная. Ты столько всего пережила! Ты была лучшей в своем классе. Ты же могла сказать "нет" кому угодно. Так скажи это "нет" ему! Можешь еще плюнуть ему в лицо, – подмигнула она.

Я печально посмотрела на подругу:

– Я боюсь, Мариш.

– Чего?

– Кого! Я боюсь Максима.

Марина тяжело вздохнула:

– Маша, он человек. Животное, конечно, он еще. Но он не убийца. Он тебе ничего не сделает. Он просто не имеет на это право.

Ничего не ответив подруге, я встала со скамьи и побрела к дому. Маришка пошла следом за мной. Не поворачиваясь к ней, я тихо проговорила:

– Ты не понимаешь. Ты не разговаривала с ним.

– Это ты не понимаешь, что говоришь сейчас. Создается впечатление, что ты сама хочешь за него замуж! Потому что я бы, лично, нашла до фига способов расторгнуть эту свадьбу.

Я и сама себя не понимала. Подруга права. Я же могла сказать ему, чтобы он делал все, что хочет, что мне глубоко наплевать на его мнение и на мнения окружающих людей. Или давно бы укатила в Москву с Вовиным знакомым, чтобы строить карьеру певицы. НО Я НЕ МОГЛА! Утешала себя навязчивой мыслью, что это судьба. А от нее, как известно, далеко не убежишь. В принципе, я и не пыталась.

– Чему быть, того не миновать, – обреченно ответила я подруге.

– Тогда ходи налево с другим мужчиной. Нечего верность хранить этому ублюдку. Узнаешь хотя бы, что такое ласка и нежность, – пробурчала Марина.

– А ты ходишь налево?

– Нет! Не хожу. У меня причин для этого нет.

– Рома сказал, что Максим не такой. Он не мог этого сделать. Он не поверил мне.

– Кто такой Рома?

Я улыбнулась, вспомнив симпатичного молодого человека:

– Это старший брат Максима.

Марина закрыла лицо ладонью, и проговорила:

– Маша, вот ты овца! Ясен пень, что он будет защищать своего родного брата. Если нужно будет, он его и в евнухи запишет. Зачем? Ну зачем ты рассказала этому Роме всю правду?

– Марин, а смысл ее скрывать? Пусть знает, какой его брат "белый и пушистый". Хотя… он искренне в это верит. Даже не знаю, почему, – проговорила я.

Мариша, задумавшись, покачала головой:

– Я вообще такую семью не знаю, где два брата, одного из которых зовут Рома, а другого Максим. Есть одна, но там нет никакого Ромы. Там Коля.

Был Коля, подумала я. Теперь он Рома.

Возле нас резко остановилась машина. Так как она чуть не наехала на мою подругу, та кулаком долбанула по стеклу, покрутила у виска и закричала:

– Ты чё, идиот? Не видишь, куда едешь? Права купил или подарили?

Окно опустилось, и из него высунулся симпатичный парень с голубыми глазами и темными волосами. Улыбаясь, он обратился к Маришке:

– Эй, красотка, как насчет прокатиться? – парень подмигнул ей.

– Че? – Марина сощурила глаза.

– Проехали, – печально ответил парень.

Марина наклонилась к нему, опираясь об крышу машины рукой, и вставая в воинственную позу:

– Я сейчас по твоей морде проедусь. Вон тем мусорным баком, – и она показала пальцем в сторону мусорной свалки.

Парень посмотрел куда она указывала, сказал водителю, что у девчонки пмс и предложил поехать дальше.

– Смотри, как бы у тебя пмс не начался, – обиженно ответила Марина и отошла от автомобиля.

– Ну а ты, красавица? Может ты с нами покатаешься? – обратился он ко мне.

Я отрицательно покачала головой и грубо ответила:

– Нет!

Парень засунул голову обратно и обратился к своему другу:

– Чего-то не везет сегодня на цып. Поехали, что ли, до Катьки Соколовой? Та точно даст!

Марина открыла рот, а я рассмеялась от ее выражения лица.

– Я смотрю твоя сестрица популярная в городе, – отойдя от шока, промолвила подруга.

Я кивнула:

– А то!

Марина задумчиво проговорила:

– Ты сказала, что этот Рома искренне верит в то, что его брат не мог совершить такого зла....

– Да. Создается впечатление, что мой будущий муж разделен на две разные персоны. Для родных он один, для остальных он другой. Рома дал ему такое описание, будто говорил вообще о другом человеке.

– Значит этот Максим просто двуличная сволочь!

– Не думаю, – задумчиво ответила я, – Во-первых, он дерзко ведет себя с матерью и братом, во-вторых, я считаю, что он просто сильно изменился, когда уехал от родных.

– То есть, когда изнасиловал тебя?

Поднявшийся, внезапно, ветер подул в лицо, и я отвернула голову в сторону, чтобы не наглотаться пыли. Посмотрев на вдруг набежавшие огромные грозовые тучи, мы с подругой не сговариваясь, ускорили шаг.

– Может быть и так, – ответила я, хватая подругу под руку. Приходилось говорить громко, так как сильный ветер каждый раз создавал привычный шум от листвы деревьев и летающей по улицам пыли, грохоча старыми воротами и ставнями окон, не говоря уже про раскаты грома. Мы уже ускоренным шагом, чуть ли не бежали по моей улице, спеша под защиту, пусть и не прочной, но крыши, – Он был пьян. Сильно. У него что-то случилось. Я просто не вовремя подвернулась ему под руку.

– Нашла оправдание!

– Я его не оправдываю, – еще более сильный порыв ветра растрепал мои длинные волосы, и я закрыла глаза рукой, пока не прошла новая волна воздуха, смешанного с пылью, – Я просто рассуждаю.

За секунду до того, как я открыла калитку и мы бегом забежали в мой дом, огромные капли дождя накрыли город, закрывая все вокруг серой пеленой. Природа бушевала. Ветер раскачивал и клонил деревья к земле. Вода сбегала потоками на асфальт. Все моментально промокло. Мы смотрели с подругой в окно, и ликовали, что успели попасть в дом вовремя. Прокатился еще один шквал, и в зале замерцал и потух свет. Вот вам и весна!

– Здорово-то как! – сказала я, взяла Маришку за руку, и повела ее в сторону кухни. Найдя свечку и спички в кухонном ящике, я зажгла свечу и газ, ставя на него чайник с водой.

– Садись, милая, – показала я на стул, и сама села напротив подруги, ставя на стол между нами свечку.

– Погадаем? – спросила, улыбаясь подружка.

– Ты же знаешь, я в это не верю, – с улыбкой ответила я, – Да и Бог не велел. Неужели мы остались еще и без света? Наш провод оборвался, видимо.

– Не думаю, Машунь. На всей улице света нет, – и она указала пальцем в окно.

– Дай Боже, чтобы ты оказалась права.

Дождь еще пуще забарабанил по стеклу. Мы с подругой на время притихли, глядя, как по окну стекают водопады, навивая тоску.

Чайник закипел, и я встала сделать нам с подругой горячего чая, и ставя на стол тарелку с блинами, испеченными мной еще утром.

– Марин, есть одна вещь, которая меня страшит больше Максима, – призналась я, усаживаясь обратно на стул.

– Какая? – подруга была встревожена не на шутку. Мои проблемы она всегда принимала, как свои. Она смогла заменить мне сестру. У меня не должно быть от нее секретов, хотя бы в этом.