Однако, если генералы Галлиена и добились каких-то успехов в борьбе с германцами, эти успехи были далеко не решающими. В 256 г. Галлиен был вынужден покинуть дунайский регион и лично отправиться на Рейн, поместив свою ставку в Колонии Агриппине609. На следующий год в этот город перебрался из Виминация и монетный двор610. Здесь Галлиену пришлось вести упорную борьбу с аламанами и франками (Eutrop. IX, 8, 1; Aur. Viet. 33, l)611. Победа над ними дала ему почетный титул Germanicus, засвидетельствованный монетами именно в 256 г?° В скором времени Галлиен и Валериан встретились в Колонии Агриппине, чтобы вместе вернуться в Рим. Но затем Галлиен был вынужден снова вступить в борьбу на Рейне.
Валериан же, приняв 1 января 254 г. вместе с сыном консульство612, вскоре отправился на Восток, по-видимому, во главе значительной армии. Его первой задачей явно было восстановление императорской власти в восточной части Империи. Как говорилось выше, монеты Урания Антонина датируются 565 г. селевкидской эры, т. е. они не выпускались после 1 октября 254 г.613 Можно, пожалуй, говорить, что в 254 г. узурпатор, неясно, при каких обстоятельствах, был устранен. В Антиохии возобновилась чеканка императорской монеты, и это
произошло уже в начале года614. Это ясно говорит о том, что власть римского императора в этом регионе восстановлена. В связи с этим Валериан принимает гордый титул «восстановителя Востока» (restitutor Orientis)615. Может быть, это восстановление было в тот момент единственной целью Валериана: сил у императора было слишком мало, а воспоминания о поражениях еще были довольно свежими, чтобы он планировал немедленное возобновление войны с Персией. Тем не менее Валериан еще довольно долго оставался на Востоке. Его присутствие в Антиохии твердо засвидетельствовано 18 января 255 г., и там он явно принял свое новое консульство616. Столь долгое пребывание на Востоке, по-видимому, объясняется, с одной стороны, необходимостью урегулировать ситуацию после мятежа Урания Антонина, а с другой — подготовкой все же новой войны с персами. Валериан был опытным политиком и военным и понимал, что угроза со стороны персидского царя остается слишком серьезной, что возобновление военных действий является лишь вопросом времени, что новая война потребует значительного напряжения сил, которые необходимо еще собрать. Единственное, что он сумел сделать во время этого своего пребывания в регионе, это восстановить Дура-Европос, разрушенный ранее персами617. Этим он восстанавливал плацдарм для будущей кампании. Видимо, эти успехи и дали повод к прославлению «парфянской победы» Валериана.
Все же оставаться слишком долго на Востоке Валериан нс мог. Обстановка требовала его присутствия и в других районах, и в самой столице. В 255 г. он покидает Восток, и в том же году известно о его пребывании на Дунае около Сирмия618. Может быть, во время этого пребывания на Дунае Валериан и Галлиен назначили цезарем старшего сына Галлиена Валериана Младшего. Александрийские монеты датируют начало деятельности этого цезаря годом, который начинается 29 августа 255 г., а самой ранней датой, известной по папирусным документам, является сентябрь-октябрь 256 г., хотя более вероятен вес же предыдущий год619. Впервые римский император назначил цезарем своего внука. Этим он явно хотел гарантировать сохранение династии. Но преследовал Валериан и другую цель. Поскольку предшествующие события показали, что победоносные генералы могут
представить серьезную угрозу для самих императоров, он стремился, насколько это было возможно, поставить войска под командование членов своей семьи. Вполне вероятно, что назначение внука цезарем отвечало и этому стремлению опытного политика, каким был Валериан620. Валериан Младший, став цезарем, получил не только обычный титул princeps iuventutis, но и imperator (ILS 555; CIL III, 4646). Императорами цезари становились редко, хотя такие случаи бывали и раньше. Полагают, что дарование этого титула Валериану Младшему только увеличивало его престиж, не расширяя его реальных полномочий621. Но может быть, предусматривалась и более значительная, чем обычно, роль юного принца. В это время, как говорилось выше, на Дунае еще находился Галлиен. Но вскоре он направился на Рейн. И возможно, что Валериан Младший какое-то время оставался в дунайском регионе, и тогда его роль императора резко возросла. Создавая такую своеобразную коллегию императоров из трех поколений своей семьи, Валериан явно стремился, с одной стороны, усилить оборону имперских границ, а с другой — предотвратить всякую попытку узурпации со стороны «вице-короля», к семье принцепса не принадлежавшего622. Однако такая «триархия» существовала недолго. Галлиен вызвал своего сына к себе, и в Колонии Агриппине стали выпускаться монеты с именем не только Галлиена, но и Валериана Младшего623. Там в первой половине 258 г. Валериан Младший умер, и его в качестве цезаря (но уже без титула императора) тотчас заменил второй сын Галлиена Салонин624. Назначение Салонина, как и ранее его брата, должно было, разумеется, обеспечить династическую преемственность. Несколько позже Галлиен, вынужденный сосредоточиться на защите от варваров Северной Италии, оставил Салонина на Рейне, возвращаясь тем самым к идее отца. Это ясно говорит, что при назначении Салонина цезарем тоже предусматривалась возможность взятия им верховного командования в определенном регионе.
В связи с этим встает вопрос о младшем сыне Валериана, тоже Валериане. «Требеллий Поллион» говорит, что они с Галлиеном были рождены от разных матерей (SHA Val. 8, 1 ). Это сообщение биографа порой подвергается сомнению625. Сомневаться же в самом суще-
ствовании этого, уже третьего по счету, Валериана не приходится. О брате Галлиена (не называя его по имени) пишут Евтропий (IX, 11, 1) и Зонара (ХП, 26), и известно, что в 266 г. он был ординарным консулом. В Малой Азии была найдена надпись с упоминанием Ли-циния Валериана, который назван «братом августов» (àôeXxpôv twv ZeßaoTcbv)626. Уже отмечено, что этот Валериан не имеет никакого титула, а автор надписи ошибся в его родстве с правящими императорами, ибо для одного августа он был братом, но для другого сыном627. Известно также, что сам он не был ни цезарем, ни августом и что не дошло ни одной монеты с его именем628. Были ли причиной этому какие-то внутренние интриги в императорской семье (что, разумеется, не исключено), или сознаваемая отцом неспособность сына к правлению, сказать трудно. Автор биографии всячески хвалит этого Валериана, говоря о его наружности, скромности, образованности и нравственности, явно противопоставляя его ненавистному Галлиену. Но он полностью молчит о его качествах правителя, полководца, администратора. Единственная должность, какую Галлиен, став уже единоличным правителем, доверил своему сводному брату, была должность консула, что было знаком почета, но не более того. Но и в этом случае его коллегой император сделал Луцилла, которого «Требеллий Поллион» называет близким (propinquus) человеком (SHA Gal. 12, 1), т. е. даже в этом случае ставя сводного брата под надзор «своего человека». С другой стороны, приведенная азиатская надпись показывает, что в представлениях современников этот Валериан не отделялся от правящей семьи. Позже он погиб то ли вместе с самим Галлиеном под стенами Медиолана (Eutrop. IX, 11, 1), то ли во время кровавых беспорядков в Риме после прихода туда известия об убийстве Галлиена вместе с другими родственниками и ближайшими соратниками убитого императора (Zon XII, 26). Только уже позже в просенатской историографии возник образ Валериана в противовес фигуре Галлиена.
