Завершая рассказ о правлении Александра Севера, Аврелий Виктор (24, 7-11) подводит итог и этому правлению, и всей истории государства. Он пишет, что Александр оставил государство укрепленным, а само государство все время возрастало в своей силе. Но после смерти Александра, «поскольку правители больше стремятся властвовать над своими, нежели покорять чужих, и вооружаются друг против друга, они как бы низвергли в пропасть римские устои (Romanum statum), и к власти оказались допущенными вперемежку хорошие и плохие, знатные и незнатные, и много варваров. В самом деле, все вокруг пришло в замешательство, когда не стал соблюдаться установленный порядок; все уже считают дозволенным (fas), как во время смуты, отнимать у других должности, которые сами исполнять не умеют, и от невежества в науках подрывают все основы. Таким образом, сила случая, получив свободу действия, повлекла людей по пути пагубных пороков; долго она встречала сопротивление со стороны добродетелей, как неприступной стены, но после того как почти все покорились дурным страстям, она поручила общественное благо людям низкого происхождения (infimis genere) без нравственных устоев»⁴⁷. И далее (25, 1) историк говорит, что первым из солдат получил власть почти необразованный Гай Юлий Вер Максимин. Для Аврелия Виктора, писавшего свое сочинение приблизительно через 120 лет, это событие представляется рубежом двух эпох римской истории. И с этим его мнением согласны многие современные историки. Действительно, убийство Александра Севера положило начало разрушению старого порядка, дало

старт «военной анархии»⁴⁸. Впервые римские солдаты претендовали па решение вопроса о троне⁴⁹.

Об убийстве Александра и провозглашении Максимина с той или иной долей подробностей рассказывают разные авторы. Подробнее всего об этом говорит Геродиан (VI, 8-9), который к тому же и по времени ближе всех стоял к этим событиям. По его словам, Александр Север, вынужденный из-за нападений германцев на Галлию остановить войну с персами и собрать войска на Рейне, однако предпочел новой военной кампании переговоры с варварами и пообещал им доставить все необходимое и большое количество денег. Это вызвало недовольство среди солдат, которые жаждали военных действий, наград и добычи. Они подняли мятеж и провозгласили императором Максимина, возглавлявшего недавно набранное пополнение и обучавшего молодых воинов воинскому делу. Максимин то ли действительно, то ли притворно сначала сопротивлялся, но в конце концов согласился, после чего послал воинов убить Александра и его мать. Воины, бывшие рядом с императором, сначала согласились его поддержать, но затем перешли на сторону мятежников. В результате и Александр, и его мать Мамея, и многие их приближенные были убиты. По словам биографа Александра, император был убит то л и в Британии, то ли в Галлии в поселке (vicus) Сицилии воинами, недовольными его подчинением матери, женщине скупой и жадной (SHA Alex. 59, 6-8; 61, 1-7). Сообщение о его убийстве воинами в небольшом вике в Британии под названием Сицилия очень кратко передает и Аврелий Виктор (24,4). Несколько подробнее об этом событии сообщает автор «Эпитомы» (24,3-4), не уточняющий место убийства. Практически такую же картину с некоторыми вариациями повторяют Иоанн Антиохийский (FHG IV. Fr. 141) и Зо-нара (XII, 15).

Совершенно иначе об этом событии рассказывает Зосим (I, 13, 1 -2). По его словам, мятеж подняли войска Паннонии и Мезии, недовольные Александром. Они провозгласили императором Максимина, командовавшего паннонской кавалерийской частью, а тот, собрав войска, двинулся на Италию. Александр же в это время находился на Рейне. Узнав о мятеже, он пообещал воинам и самому Максимину прощение, но, узнав о продолжении ими неповиновения

и потеряв надежду, покончил с собой, после чего были убиты также его мать и префект претория.

Современные историки в основном принимают версию Геродиа-на⁵⁰. Появление слухов, что убийство императора произошло в Британии, могло быть вызвано тем, что это событие произошло в vico Britannico (современный Бретценхайм около Майнца)⁵¹. В самой Британии в это время, насколько известно, не происходило никаких чрезвычайных событий, которые потребовали бы личного присутствия императора, в отличие от германской границы, через которую все время прорывались варвары. Что касается рассказа Зосима, то его источник точно установить довольно трудно. Обычно предполагают, что им служила «Хроника» Дексиппа, которую Зосим использовал для описания событий до 270 г.⁵² Дексипп сам активно участвовал в событиях третьей четверти Ш в. и, занимая высокое положение в Афинах⁵³, мог владеть относительно большим объемом информации. Но или Дексипп, или уже Зосим неверно понял сообщение об участии в выступлении против Александра паннонских солдат. Геродиан (VI, 8,3) отмечает, что большая часть новобранцев, которыми командовал Максимин, были паннонцами. Возможно, известие о выступлении этих паннонцев и было интерпретировано греческим историком как восстание панноннской армии. А дальнейший рассказ о движении мятежного войска на Италию явился уже следствием этой первоначальной ошибки.

Само выступление солдат и выдвижение на первый план Максимина явилось следствием развития римской армии и особенно мер Септимия Севера. Во время своего правления, начиная уже со 193 г., этот император провел ряд мероприятий, составивших в целом то, что называют военной реформой Септимия Севера⁵⁴. Геродиан (III, 8,4-5), рассказывая о действиях Севера после победы над Альбином, упоминает не только щедрые раздачи народу и воинам, но также увеличение солдатского жалования, предоставление воинам права

на законный брак и позволение им носить золотые кольца. Как известно, золотое кольцо было знаком принадлежности к всадническому сословию. Разумеется, едва ли речь могла идти о включении в это сословие всех воинов. Обычно считается, что привилегию носить золотое кольцо получили преимущественно примипилы, центурионы высшего ранга, достичь которого, однако, могли и отличившиеся рядовые солдаты, а также особые воины — принципалы⁵⁵. Однако означает ли это, что и примипилы автоматически становились всадниками? Иногда считают, что было именно так⁵⁶. Однако это утверждение необходимо нюансировать. Само по себе право носить золотое кольцо еще не означало всаднического ранга, а во время службы являлось лишь знаком отличия⁵⁷. Но после ухода с военной службы и вступления в службу гражданскую такой бывший центурион мог получить всадническую должность и уже в этом качестве продолжить свою карьеру⁵⁸. И это в принципе открывало путь во второе сословие империи любому способному центуриону независимо от его происхождения⁵⁹. А в период правления Северов среди центурионов резко увеличивается число провинциалов, причем среди этих провинциалов теперь преобладают уроженцы менее романизованных провинций⁶⁰. Среди всаднических должностей важное место занимала прокуратура. Прокураторами могли стать бывшие центурионы и трибуны преторианских когорт⁶¹. И до Септимия Севера солдатам и офицерам легионов этот путь был фактически закрыт. Но Север реорганизовал преторианскую гвардию. После захвата Рима он разогнал старые части и создал новые, составленные из наиболее отличившихся воинов провинциальных легионов (Cas. Dio LXXIV, 2,4-6; Herod. II, 13; SHA Sev. 6, 11-7, 1; Zon. XII, 8). Естественно, что среди новых преторианцев большинство составляли дунайские воины, обеспечившие ему победу⁶². А это открыло путь к прокураторским постам воинам провинциальных легионов, особенно выходцам из Дунайской армии,