– Что, тебе даже не было любопытно? Джейк, во времена моей юности однополая любовь, или «извращение», как это тогда называли, не существовала даже как миф. Я уже давно увлекался девочками, прежде чем впервые про такое услышал. Не то чтобы гомосексуалистов тогда не было. Их было достаточно много, но об этом не говорили, напротив, всячески скрывали. Когда мне было пятнадцать, ко мне пристал какой-то мужик, но я даже не понял, чего ему хотелось. Просто испугался. Остались ли сегодня такие же наивные пятнадцатилетние мальчики? Не думаю. Сейчас обо всем можно узнать из журналов, фильмов, от других мальчиков, так что даже если это не твое, ты знаешь, что это такое. Государство только что не поощряет гомосексуализм как способ борьбы с перенаселением и, я уверен, поощряло бы открыто, если бы не заметный процент тех, кто публично его осуждает, а тайно практикует. Мне это напоминает то странное время в моей юности, когда голосовали за сухой закон, но пили не просыхая, и контрабанда алкоголя процветала сильнее, чем сегодня подпольная торговля мясом. Напомни, когда у нас последний раз сажали в тюрьму за «преступления сексуального характера»?

– За изнасилование до сих пор сажают. За другое не сажали уже лет двадцать. Пуританские законы теперь – мертвая буква; решения Верховного суда сделали невозможным их применение. Поправка: согласно Закону об общем благоденствии, нелицензированная беременность уголовно наказуема, хотя я частенько гадал, что бы случилось, дойди хоть одно такое дело до Верховного суда.

– Это единственное «преступление сексуального характера», которое не было преступлением в моем детстве. Но я говорю о «преступлениях против природы», которые давно уже декриминализованы и осуждаются меньше, чем курение. Однако к тому моменту, когда общество приняло гомосексуализм, моя ориентация давно устоялась. А что думала на сей счет Юнис? Вы с ней никогда это не обсуждали?

Джейк фыркнул:

– Иоганн… прости, Джоан Юнис, у нас не было времени это обсуждать!

– Понимаю. Со мной она тоже это не обсуждала. – (Вранье!) – Разве что пожурила однажды.

– Как? Когда?

– За день до того, как я перестал вставать с постели, ко мне в офис приезжал курьер, настоящий педик – накрашенный, с накладными ресницами и завивкой. Вилял бедрами и пришепетывал по-девчачьи. Когда он ушел, я выругался, и Юнис сказала, что, хоть ей такие мальчики и не нравятся, нет ничего дурного в любви между двумя мужчинами или двумя женщинами.

(Эй, я что-то не помню такого разговора!) (Его и не было. Но ты вполне могла такое сказать, а значит, я не совсем нагло вру.)

– Это в духе Юнис. Она была снисходительна к людским слабостям.

– Учитывая ее возраст, она наверняка не осуждала то, что в глазах Иоганна было извращением. Наверное, надо сказать «относилась к этому с пониманием». Но вот к чему я клоню, Джейк, я нахожу Винни сексуально привлекательной. И Алека Трейна, и судью Маккэмпбелла. Я такого не ожидала. И тебя – но это для меня не такая уж неожиданность. Однако сегодня я первый раз поцеловалась с мужчинами, и мне понравилось.

(А как же наш славный доктор?) (А об этом Джейку знать не обязательно, радость моя.)

Джоан Юнис продолжила:

– Теперь я в недоумении. В каком случае я гомосексуальна? С Винни? Или с вами, тремя жеребцами?

– Джоан, ну и вопросы у тебя.

– Какое положение – такие и вопросы. Одно дело, если бы я была гомиком, сделавшим операцию по смене пола и накачавшимся гормонами, чтобы выглядеть как женщина. У меня не тройные хромосомы XXY или XYY; у тела нормальные женские ХХ. Но мозг у меня мужской, с многолетним мужским сексуальным опытом. Скажи мне, Джейк, в каком случае я нормальна, а в каком – извращенка?

– Хм… я вынужден признать, что твое женское тело тут определяющее.

– Так ли это? Психологи утверждают, что за половое влечение и оргазм отвечает мозг, а не гениталии. А мозг у меня XY.

– По-моему, ты пытаешься сбить с толку свидетеля.

– Нет, Джейк, это я сбита с толку. Наверное, современные дети разбираются в этом лучше меня. Некоторые утверждают, что существует целых шесть полов.

– Я слышал. Чушь.

– Не такая уж и чушь. Находясь под вынужденным «домашним арестом», я много читала, стремясь понять, кто я, что я и как мне себя вести. Согласно принципам новой школы психологии – когда уже они перестанут появляться? – так называемый пол определяется и поведением, и физиологией. Шесть полов – это ортомужской, ортоженский, амбимужской, амбиженский, гомомужской и гоможенский. Некоторые называют еще и седьмой – индивидуальный, или нарциссический, и даже восьмой – нулевой, нейтральный. Это люди, которые вообще не испытывают влечения, ни физического, ни психологического.

– А я говорю, что это чушь.

– Я согласна, но по другой причине. Из своего уникального опыта, объединившего в себе оба физиологических пола, прямо и не понаслышке я могу сказать, что на самом деле пол всего один. Один! У некоторых сексуальное влечение настолько слабое, что они бесполы независимо от того, что у них между ног. У других чрезвычайно сильное, но опять же форма их тела здесь ни при чем. Таким было мое прежнее «я», у которого влечение сохранялось долго после того, как исчезла возможность его удовлетворять. И ты, мой дорогой, такой же, коли завел роман с привлекательной замужней женщиной почти втрое младше себя. И Юнис – счастливая в браке, я думаю…

– Да. Мне было стыдно.

– …но не стыдящаяся делиться своими сокровищами. Джейк, если бы ты отверг ее, я бы перестала с тобой разговаривать. Юнис – третий пример человека с чрезвычайно сильным сексуальным влечением. Ей его хватало – я точно знаю, – чтобы вытворять что угодно с кем угодно. А в ее душе было вдоволь любви на всех. Я знаю, что она любила и меня, пусть и соблазняла тем, чего Иоганн не мог принять. При этом она щедро одаривала меня и тем единственным, что он мог принять, – своей красотой. Джейк, мне кажется, что в любви Юнис ограничивало лишь время. Она делала тебя счастливым…

– Еще как!

– …и я не сомневаюсь, что при этом ничуть не обделяла своего мужа. Джейк, думаешь, она ограничивалась только им и тобой?

– Иоганн, черт тебя побери! Не знаю! Вряд ли у нее была возможность. Она все свободное время проводила со мной.

(Босс, хватит донимать Джейка. Если хотите знать, сколько раз я ходила на сторону, спросите у меня.) (Юнис, дело не в этом. Нужно, чтобы Джейк перестал идеализировать святую Юнис – иначе нам его не заполучить.)

– Откуда ты знаешь? Вдруг она и тебя водила за нос, как мужа? К слову, Джо вполне мог гордиться своими ветвистыми оленьими рогами. Процент мужей, довольных изменами своих жен, в этой стране неуклонно растет начиная с пятидесятых годов двадцатого века – смотри любые данные опросов. Он ее любил, сомнений нет. Но это не значит, что он пытался держать ее в клетке. Или хотел бы держать.

– Джоан, я просил бы не очернять Юнис передо мной.

– Джейк, милый! Я ее не очерняю. Просто хочу выяснить, что ты про нее знаешь, чтобы как можно ближе на нее походить. Я ее любила и до сих пор люблю. Но если бы ты вдруг сказал, что она одновременно была любовницей шестерых, ходила от них на сторону, а в свободное время тешилась с девушками, то, поскольку ты мне никогда не лгал, я бы приложила все силы, чтобы вести себя так же. Я не многого от тебя добилась, но мое собственное мнение ты подтвердил – Юнис была образцовой леди, способной любить сразу троих мужчин и давать каждому из них ровно то, что ему нужно для счастья. – (Спасибо, босс. Должна ли я сделать реверанс?) (Тише, милая.) – Но она не была распутной, не была шлюхой и, хотя ханжой тоже не была, вряд ли заинтересовалась бы Винни.

(Фримп вашу мать, а это еще что за чепуха?!) (Я говорю ему то, что он хочет услышать. Если тебе хочется Винни, нужно держать это в тайне от Джейка.) (Это кому здесь хочется Винни? Старый козел!) (Нам обоим. Но возможно, разумнее не воплощать это желание в жизнь. Милая, пока у Винни есть мужчина, мы ей побоку.) (Хотите пари?)