– Что, безопасным путем не идется? – саркастично спросила я.
– Если я тебя брошу, куратор снимет мне голову, – буркнул Чейн. – Топай давай. Надеюсь, твоя собака сможет вывести нас, куда надо.
Узкий лаз оборвался также резко, как и начался. Я первой шагнула на круглую площадку. Перед глазами мелькнул белый туман, а в следующий миг я почувствовала на тыльной стороне ладони ледяные пальцы. Мистивир среагировал раньше, чем я успела сложить жест призыва. Дух, который выскочил из-за камня, исчез, рассеченный надвое. В это время три клинка Чейна свистнули, уничтожая еще одного.
Я поежилась от холода, который несло прикосновение духа, и бросила взгляд на руку. Но вместо синеватых пятен, которые так точно были описаны в учебнике, увидела лишь голубой след от когтей. Полосы медленно таяли.
Пока я увлеченно разглядывала неизвестное явление, Чейн развеял клинки и шагнул ко мне. Я инстинктивно отпрянула, прижимая руку к себе. Тут у парня глаза на лоб полезли. Несколько мгновений он смотрел на голубые полоски. Когда ЧЕйн заговорил, в его голосе смешались злость и удивление:
– Сила Аабергов. Как ты получила ее?!
Убедительного вранья на этот случай я не придумала. А на лице Чейна произошла перемена. В голове парня как будто что-то щелкнуло. Изумление и злость сменило глубокое потрясение. Свистящим шепотом он подозрительно спросил:
– Ты что, была там… с ним?
– Где была? – довольно искренне удивилась я. – С ним – это с кем?
Про где я, конечно, поняла. Но кого он имел в виду?
– С куратором Аабергом! – выпалил Чейн. – В его родовом источнике!
Смотрел он при этом так, будто у меня выросла вторая голова. В памяти всплыл обрывок разговора у загонов, странная шутка Багрейна про источник и девушек… Сложить одно с другим пока не выходило, но я поняла, что отпираться надо напропалую. Поэтому медленно выдохнула и равнодушно пожала плечами:
– Не понимаю, о чем ты.
Чейн скривился и указал на мою руку:
– Сила духа не подействовала на тебя. Не заметила?
– Может, это слабый дух, – нагло улыбнулась я.
– Это не слабый дух, – рыкнул Чейн. – Это магия Аабергов. Источник, дающий защиту своим потомкам и… магию множественных клинков.
Я ухватилась за его слова и саркастично спросила:
– А что, похоже, что я способна создать три десятка дублей?
– Ну не три десятка, – возразил Чейн. – А вот пять или семь…
– Ты головой ударился, да? – ласково спросила я.
Чейн сжал кулаки, а я отвернулась и оглядела скалу, из-за которой выскочил дух. Стужу наша перепалка совершенно не интересовала. Собака бдительно принюхивалась и, надеюсь, искала дорогу к Свейту. Мысль о том, что Вестейн дал мне защиту своего рода, грела изнутри. То, что этой защитой должен обладать и он сам, немного утешало. Даже если сейчас он не сможет создать все тридцать дублей, духи не смогут забирать его силы и магию.
Но Чейн не унимался:
– Врешь! Эта сила принадлежит Аабергам. Но Ледяной не мог выбрать такую, как ты. Да и Найгаард не простит… Значит, ты нашла ключ, верно? Сделала зелье, чтобы попасть туда?
Его взгляд стал задумчивым, а я не стала разубеждать. Меня больше интересовали два новых хода. Ни один из них не вел в ту сторону, где нужно было искать остальных. Восточный был темнее и подозрительнее, а еще он уходил прямиком на север. А в западном на ледяных стенах заманчиво играло солнце. Правда, коридор почти сразу поворачивал в сторону выхода. А значит, нам не туда.
Я хотела направиться в сторону темного хода, но Чейн поймал меня за плечо и развернул к себе.
– Проведи меня в источник Аабергов, – потребовал он. – А я в долгу не останусь. Мой род прикроет тебя перед Найгаардом. Ты сможешь спокойно доучиться и вернуться на Запад.
Я стряхнула его руку и процедила:
– Какие вы все добрые. Спокойно доучиться и вернуться на Запад… А если я не хочу?
Чейн непонимающе уставился на меня:
– Кронгерцог Найгаард не позволит тебе остаться. И что ты тут делать будешь?
Я развернулась и молча направилась к узкому ходу. Стужа шагала рядом, словно намекая Чейну, то именно я тут буду делать. Воспитывать байланга, уходить вместе с Вестом в ночной облет…
Стены задрожали, и Лабиринт в очередной раз напомнил, что мечтать не время. Местность вокруг нас снова изменилась. Чейн заскрипел зубами, когда коридор разветвился на несколько извилистых и неприглядных ущелий, в которые едва проникал солнечный свет. Я предоставила выбор Стуже. К моему удивлению, парень больше не пытался ни спорить, ни расспрашивать меня. Но я не сомневалась, что это не последний разговор об источнике.
А еще первая реакция Чейна и его предположение, что мы с куратором были там вдвоем, вызвала целый рой вопросов. Да и шуточки Багрейна подливали масла в огонь. Почему-то воображение рисовало исключительно неприличные варианты. Больная фантазия, порожденная отсутствием Веста…
Сердце снова тревожно сжалось. Вынужденная разлука помогла еще лучше осознать свои чувства. Больше всего я хотела снова оказаться рядом с Вестейном. Все опасности мира сейчас пугали меньше,чем его отсутствие. Стало ясно, что отпустить его я уже не смогу. Осталось придумать, как нам быть вместе. Но пока в моей голове не было никаких идей.
Зато вопросов о намеках Чейна и Багрейна – хоть отбавляй. И скорее всего, мой одногруппник знает на них ответ. Осталось поинтересоваться так, чтобы он ничего не заподозрил. Или расспросить Сигмунда?
Но в этот момент Чейн заговорил сам:
– Тебе лучше провести меня в источник. А иначе я расскажу кому-нибудь о том, что видел. Поверь, они подумают… не то. И у вас обоих будут крупные неприятности. И у тебя, и у Ледяного.
Я остановилась и настороженно спросила:
– Что ты имеешь в виду?
Чейн спохватился:
– Ах да, ты же не знаешь…
– Не знаю чего? – спросила я с чувством, что тайна сама плывет ко мне в руки.
Парень сделал выразительную паузу, а затем ухмыльнулся и сообщил:
– Источник – неотъемлемая часть брачного ритуала Аабергов. В первую ночь супруги спускаются в родовой источник, и только после этого отправляются на брачное ложе.
Стужа дернула меня за рукав, заставляя повернуться к ней. Я погладила белую шерсть, радуясь, что Чейн не может видеть мое лицо. Потому что скрывать свои чувства в этот момент было выше моих сил.
Интересно, о чем думал Вестейн, отправляя меня туда? Его дар стал еще ценнее и значительнее.
Парень решил меня дожать:
– Бред, конечно. Ледяному не может нравиться взбалмошная девица, которая не соблюдает правила и все время влипает в неприятности. Но это никого не будет интересовать. Найгаарду, Крону и Багрейну дай только повод. Ааберга накажут по всей строгости. А ты вылетишь из Академии. Так что лучше соглашайся на мои условия. Проведи меня в источник, и никто ничего не узнает.
Я фыркнула, не оборачиваясь:
– Ты не сможешь доказать, что у меня есть эта магия.
– Моим словам поверят. А захотят убедиться… найдут способ, не сомневайся.
– Может быть, это из-за меча, который мне дал куратор, – выложила я свой последний козырь. – Или я слишком много времени провожу близко к этому источнику.
Но Чейн так саркастично рассмеялся, что стало ясно – крыть мне нечем. Во всяком случае пока. Поэтому я буркнула:
– Подумаю. Сначала нужно выбраться из Лабиринта.
Тут нечем крыть было уже Чейну, и мы продолжили петлять по узким ходам. Интересно, есть способ скрыть наличие магии, которую мне дал источник?
“С этим сложно”, – подал голос Мистивир.
Сложно, но возможно? Кстати, а он чего все это время молчал? Почему не раздает ценные советы по поводу наших блужданий?
“Ты использовала другое оружие,” – фыркнул клинок.
Вот ревнивец… Я, между прочим, жизни друзей спасала! И его драгоценного потомка. Единственного!
Но Мистивир на это ничего не ответил.
Коридоры менялись еще несколько раз. Теперь все полагались на нос Стужи. Но чем глубже мы заходили, тем осторожнее становилась собака. Теперь байланги крались друг за другом, стараясь ступать совершенно бесшумно, и мы с Чейном невольно следовали их примеру.