Куратор направился прочь, Свейт шагал следом за хозяином. Мы с Чейном переглянулись. Парень явно был раздражен тем, что ему приходится делить первенство со мной. А я почувствовала легкий укол ревности – мне командование не доверили. Но у Чейна больше опыта. Нам оставалось лишь смириться с решением Вестейна.
Вот только байланги неожиданно смириться не захотели. Ингольф оскалился и начал обходить Стужу по кругу. Она не осталась в долгу. Прыгнула в сторону, преграждая ему путь, и тоже оскалилась. Мы с Чейном бросились к своим собакам одновременно.
– Стужа, прекрати, – приказала я, хватаясь за упряжь.
– Ингольф, сейчас не время, – поддержал меня Чейн, преграждая путь своему байлангу.
Не успела я удивиться тому, что парень проявил благоразумие, как земля дрогнула, и стены затряслись. Нас со Стужей отбросило в сторону. Я больно приложилась локтем о камень и зашипела, но тут же снова оказалась на ногах.
Больше всего мне теперь хотелось повторить пару фраз, услышанных от Йорана. Потому что местность вокруг изменилась. Неужели мы подошли к той части Лабиринта, где стены могут менять свое расположение? Иначе я не могла объяснить происходящее.
Там, где был проход, теперь возвышались стены ущелья. Новый узкий лаз начинался за моей спиной. Но самое главное – одна из стен теперь отделяла нас от других адептов и Веста. На узком каменном пятачке мы остались вдвоем. Точнее, вчетвером. Кроме меня здесь были только Стужа, Ингольф и Чейн. Вестейн
Котик скулил отчаянно, и это помогало Весту сдерживать бурю чувств внутри. Свейт яростно поскреб стену. Но на щербатой ледяной поверхности не осталось ни царапины. Бедовый собрат больше не интересовал пса. За преградой, которая возникла так внезапно, остались Стужа и Анна. А еще магия этого места мешала байлангу чувствовать обеих.
Отвернуться от стены куратор смог с большим трудом. Все взгляды адептов теперь были устремлены в новый проход. Коридор изгибался под прямым углом и уходил в сторону. В нем плавали сгустки морозного тумана, а стены становились еще выше. Ход вел прямиком на север. Туда, где скрывалось самое опасное место Лабиринта – его Сердце.
Вестейн обвел взглядом обескураженные лица учеников и бесстрастно приказал:
– Держитесь ближе к Котику. Никто больше не должен потеряться. Стены могут исчезнуть снова. Я сейчас помогу ему, и мы отправимся дальше.
Привычный тон заставил парней собраться. Через минуту они образовали четкий полукруг около места, где застрял несчастный байланг. Он продолжал скулить. Бледный Эйнар придерживал крыло своего питомца и уговаривал его потерпеть. Кнут вцепился клыками в один из ремней упряжи и пытался вытянуть своего приятеля.
Куратор отодвинул адепта в сторону и внимательно осмотрел крыло. Похоже, скала шевельнулась в тот момент, когда Котик пытался проскользнуть между ней и стеной. Крыло было изогнуто немного неестественно. Действовать придется осторожно, чтобы не сломать. А в это время Анна там одна…
Вестейн сложил жест призыва, и его меч вылетел из ножен.
– С ней Чейн, – раздался позади негромкий голос Сигмунда.
Куратор не стал оборачиваться. Адепт мог беспокоиться об Анне и таким образом пытаться убедить самого себя. Но Вест впервые задумался о том, что парень видит и понимает больше, чем остальные.
То, что с Анной сейчас Чейн, не утешало. Парень честолюбив и силен. Не пропадут, если будут действовать сообща. Вот только Анна успела получить то, к чему его лучший ученик так стремился. А род Ольсонов явно приложил руку к ловушкам в Лабиринте. Без присмотра эти двое – взрывоопасная смесь, а не союзники. Особенно, если магия Аабергов проявит себя.
Клинки снова двоились нехотя. Десять… семнадцать. Плечо отозвалось болью. Пока хватит. Силы стоит поберечь, чтобы как можно скорее найти Анну. Лезвия пронзили скалу как масло. Камень пошел трещинами, и Котик тут же вырвался на свободу, потряхивая крылом. Эйнар с облегчением погладил своего питомца и поспешно достал средство, чтобы обработать ссадину на сгибе.
Вестейн развеял дубли клинка и обернулся к его брату. Сигмунд протянул ему какой-то пузырек.
– Что это? – вскинул бровь куратор.
– Зелье, которым Анна создавала ту преграду для духов, – сообщил Сигмунд. – Правда, она упоминала, что с магией стражей эффект не будет таким впечатляющим.
– Оставь у себя, – отмахнулся Вестейн. – Я не привык полагаться на подобные вещи. Надеюсь, ты сможешь использовать его с умом.
Сигмунд не стал возражать и молча убрал пузырек в карман.
Вест подошел к Свейту и положил руку на белую морду. Ярость и отчаяние пса подстегивали его собственные. Но терять голову нельзя.
“Мы должны их вернуть”, – потребовал байланг.
“Вернем, – мысленно пообещал ему Вестейн. – И больше не отпустим. Правда, для этого придется переиграть Нагаарда. И не только в Лабиринте”.
Пес рыкнул, соглашаясь.
– Вперед, – произнес куратор уже вслух. – Мы должны найти Анну и Чейна.
– Но эта дорога ведет в сердце Лабиринта… – пробормотал Орм.
– Других нет, – равнодушно пожал плечами Вест и первым направился в новый ход. Здесь было еще холоднее. Шерсть Свейта начала источать сухое тепло. Байланг хотел ускорить шаг, но Вестейн удержал его.
Почти сразу же отряд уперся в развилку. Клочья морозного тумана покачивались в воздухе, обнажая провалы четырех узких проходов. Не раздумывая, Вест повернул на восток. Туда, где должны были находиться Анна и Чейн.
Анна
К счастью, байланги тут же перестали рычать. Стужа поскребла новую стену лапой и заскулила. Там остался Свейт. И Вестейн, но это собаку не волновало. Ингольф тоже замолчал. В отсутствие зрителей борьба за первенство растеряла свою привлекательность. Стена, отделяющая их от собратьев, теперь волновала байлангов больше.
Чейн выругался сквозь зубы и в бессильной ярости ударил стену кулаком. Я прицепила лук к седлу Стужи и примирительно сказала:
– Нужно найти дорогу к остальным.
Парень резко повернулся ко мне и сердито фыркнул:
– Если бы не твоя собака, мы бы сюда не попали.
– Ну да, – легко согласилась я, – стали бы кормом для духов.
Я погладила белую шерсть Стужи и заметила, что у меня дрожат пальцы. Отсутствие Веста пугало больше, чем я ожидала. Мистивир правильно сказал. Он куратор, он силен. Даже после укуса малого каменного змея. Но сердце требовало убедиться в этом лично.
Я развернулась в сторону узкого лаза, и мы со Стужей одновременно шагнули туда.
– Эй, – озадаченно спросил Чейн. – Ты куда? Выход в той стороне.
Я оглянулась и увидела, что парень указывает на основной ход, по которому мы двигались до этого. Его как раз осветило солнце. Там как будто было теплее, в то время как узкий лаз, который вел на север, источал холод.
– А куратор и остальные – в другой, – сообщила я и отвернулась.
В тот же миг на моем запястье сомкнулись пальцы Чейна.
– Ты совсем дура? – раздраженно спросил он. – Там Сердце Лабиринта. Если стены сместились здесь, в преддверии, то что будет дальше? Нужно идти в сторону выхода и ждать их там. Это безопаснее, чем пытаться найти остальных среди постоянно меняющихся проходов.
Я вырвала свою руку из его хватки и презрительно скривилась:
– Иди. Если остальные в Сердце Лабиринта, им может понадобится наша помощь.
Чейн скрестил руки на груди и яростно прошипел:
– Это очень глупо. Да хоть свою псину спроси!
“Та дорога сейчас безопаснее, – признала Стужа. – Но на другой Свейт.”
Свейт и Вест. Я не смогу оставить их, каким бы логичным ни было предложение Чейна. Да и доверия к парню у меня нет. Кто знает, может, там для меня приготовили еще одну ловушку? Я бросила на своего одногруппника подозрительный взгляд, и решительно направилась в сторону узкого хода.
Внутри оказалось довольно тесно и мрачно. Я шла рядом со Стужей, почти касаясь плечом стены. Далеко уйти мы не успели. Чейн догнал нас, бормоча ругательства.