— Передать? — Удивился Тургулавев. — Зачем? Ладно. Подожди здесь. Щас я Вадика кликнул. Но теперь тебя тоже придется допрашивать.
Тургулавев переглянулся с командиром ОМОНа, добавил:
— Как свидетеля.
— Отвечу на все. Но сначала я должен узнать про друга.
Подполковник поджал губы. Покивал, понимаю, мол.
— Ладно. Подожди у своего пирожка. Щас Вадима к тебе пришлю.
Ждать пришлось недолго. Уже через несколько минут я видел, как, переступая тела погибших, ко мне шел Вадим. Бронежилет он уже снял и выглядел устало.
— Вот это да, — протянул он оглядываясь. — Вот это заварушка получилась. Давно я в таких не бывал.
— Ты был на конторе? — Спросил я торопливо.
— И тебе привет, Витя.
— Как мой друг?
— Корзун? — Потемнел лицом Вадим. Потом нахмурился. — Да неважно.
— Он жив?
* * *
Где-то в Армавире. Часом позже
Город мерно светился своими многочисленными ночными огнями. Семен видел, как вдали красиво сияет линия фонарей, обозначая собой дорогу на промзону. Еще один полукруг фонарного света проявлялся в темноте и отражался в воде, обозначая городское водохранилище.
Семен вышел из машины. На пустыре форштадта гулял прохладный ветер. Семен волновался. От этого тремор, оставшийся у него после контузии, заставлял руки дрожать. Минаев глянул на свои командирские часы, но метки не горели. Они разрядились от недостатка света, и ему пришлось вернуться в машину, чтобы включить плафон и посмотреть время. Подходила половина второго ночи. Сделка должна была уже завершиться.
Внезапно на дороге, что бежала на холмы, к форштадту, зашумела машина. Семен обернулся.
Копейка взобралась на пригорок. Слишком резко завернула на пустырь, подняв черную в темноте дорожную пыль. Машина остановилась, не доехав до него тридцати метров. Это было авто, на котором Федя с Чентемировым уехали к чеченам.
Копейка просто застыла, и никто не спешил выходить наружу. Обеспокоившийся Семен торопливо зашагал к машине. Когда оказался рядом, заметил, что ее кузов полнится пулевыми отверстиями, ярко выделявшимися на нем светлыми участками, краска с которых осыпалась под ударами пуль.
— Сука… — протянул он и пошел обходить копейку, чтобы добраться до водительского места.
Когда Минаев распахнул дверь, свет разогнал темноту в салоне. За рулем был Федя. Он откинулся на спинку, сжимая простреленный живот. Кровь уже пропитала всю его рубашку.
— Все накрылось п#здой, — простонал он. — Под нас копали сильнее, чем мы думали…
— Что? — Нахмурился Семен.
— ОМОН… Западня… Сделка не прошла… — Отрывисто, ловя ртом воздух, проговорил Федор. — Я… Еле ушел от погони… Но, сука, от пули хрен уйдешь… Сам знаешь…
— А Чентемиров?
— Взяли… Всех мясуховских взяли без боя… Бандосы за свои шкуры тряслись… Чечены стали отстреливаться и… наверное, полегли…
— Мля… — Прошипел Семен, а потом разразился жутким матом.
Ругаясь, он принялся снимать ветровку.
— На, зажми рану.
Он скомкал одежду, прижал Феде к животу.
— Позняк… Я уже все… Рана плохая…
— Вижу…
— Сука… — Федя закашлялся. — Чечены притащили на сделку какого-то пленного оперативника. Хотели нам сдать.
— Что? — Удивился Семен.
— Может… Может, у него на одежде был какой-нибудь жучок. Или еще какая еб#чая радиопрослушка. Вот он, сука, на нас и навел ментов… Специально его чеченам подсадили… твари…
— Скорее всего, Руслан… — Начал было Семен, но Федя перебил его.
— Нет, вряд ли… Руслан мусарнулся, но про место сделки он знать не мог… Это вот этот навел… А чечены, дебилы… Повелись…
Не зная, что ответить, Семен просто смотрел на умирающего подручного. Когда неприятно запиликал сотовый телефон, он вздрогнул.
— Щас… Потерпи полминутки, — сказал Семен, доставая трубку. — Сейчас чего-нибудь придумаем.
— В больницу мне нельзя, — простонал Федя.
Семен же глянул номер. По цифрам он догадался, кто звонит. Это был Корастелев.
— Да, Дамир Сергеевич, — ответил Семен торопливо.
— Ну как все прошло, Сема? — Раздался в трубке напряженный голос.
— Мы провалились, — выдохнул Семен. — И чеченов, и наших взяли менты. Чентемиров у них. Федя ушел, но серьезно ранен. Там была целая рота ОМОНа.
Семен, конечно, не мог знать, какой в действительности была по численности штурмовая группа, но нужно же было хоть как-то оправдаться.
— Вот падла! — Заорал в трубку Корастелев. — Сука! Млять! Все похерилось! Ко мне в кабинет сегодня днем приходили с обыском. Домой тоже. Ничего не нашли. Семейство Багирова вывезли из города. Где он сам, тоже х#й знает… Накрывается наш бизнес!
— Мы не думали, что нас пасут настолько тщательно… — Пробурчал Семен.
— Сука! Знал бы, кто этот умник, что взялся под меня копать, убил бы! Короче, так. Я залегаю на дно. Уезжаю из города. Если Чентемиров у них — расколется. Надо бежать. Ты тоже вали из Армавира. Понял? Спрячься где-нибудь.
Семен помрачнел.
— А деньги? Деньги, что вы мне обещали? — Спросил он.
— Какие деньги, Сема? Все, нету денег. Они теперь на руках у ментов, вместе с чеченами.
— Но вы же знаете, что с моим братом… — похолодел тоном Семен. — После ранения он на одних таблетках да уколах и живет. А на это все деньги нужны… Я не могу его оставить сейчас…
— Сема, какой брат? Ты, если за решетку попадешь, он все равно помрет. Если хочешь ему помочь, прячься! Беги!
— У вас есть деньги, — продолжал гнуть свое Семен. — Вы много накопили. Если займете…
— Да, есть деньги. Мои деньги, которые я накопил, потому что рисковал больше всех! Мне на них семью перевозить. Жить, пока прячусь. Я…
— А если я узнаю для вас, кто именно копал под наш бизнес? — Перебил его Семен.
— Что?
— На сделке меня не было. Я там не светился. Никто в городе не знает, кто я вообще такой. Документы у меня поддельные.
Семен знал, на чем можно сыграть. Корастелев — очень мстительный человек. Никогда и никому он не спускал обиды. Просто кушать не мог, если не накажет своего врага. Всегда и до всех дотягивался. Этим, среди бандосов он и завоевал такую репутацию, что на кидок мог решиться только последний идиот.
— А где ж ты был? Почему не присутствовал при передаче?
— Были… Были дела… — Растерялся на секунду Семен, а потом тут же перевел разговор: — дайте мне время. Я разузнаю, кто конкретно навел на нас милицию. У меня даже зацепка есть.
— Зацепка? — Спросил Корастелев.
— Да. Чечены притащили на сделку какого-то мента. Хотели нам передать, но не успели. Федя считает, что он как-то навел на нас ОМОН. Руслан же не знал, где сделка.
— И его показаний мало было, чтобы меня упечь, — задумался Коростелев. — Следаки не решились меня задерживать. Ничего не нашли и не решились. Но теперь все по-другому. Чентемиров расколется, и тогда все…
— А мы уйдем на дно. А когда все уляжется, найдем тех козлов, которые наше дело расследовали. Найдем и им не жить. Но сначала я выясню, кто был тот мужик, которого чечены притащили.
— Хорошо, — решился мстительный Корастелев, поразмыслив пару мгновений. — Работай, Сеня. Будут результаты — будут деньги. Как меня найти, я сообщу позже. Но если засветишься…
— Знаю, что тогда будет, — проговорил Минаев. — Не засвечусь.
— Хорошо. Давай, до связи.
Минаев пикнул телефоном, спрятал его в карман.
— Все, Федя, давай-ка помогу тебе перебраться ко мне в тачку…
Семен заглянул было в салон его копейки, но он опоздал. Федор уже умер.
* * *
Мехток. Половина первого ночи
— Да жив-жив, — поторопился ответить мне Вадим. — Только крови много потерял. Но в больницу я его успел доставить. Вроде повезли его в реанимацию. Дежурный врач сказал: вовремя доставили. Жить будет.
Я тут же почувствовал глубочайшее облегчение. Такое сильное, что оно даже вскружило мне голову. Впрочем, я этого не показал. Только оперся спиной о кузов пирожка, украдкой облегченно выдохнул.