Кот, хоть земля под ногами уже не дымила и пеплом не плевалась, слезать с моих плеч почему-то не спешил. Похоже, ему просто понравился такой способ передвижения. Да и то сказать — поди хреново на чужой шее ехать.
Мы отмахали метров триста по пресечённой местности. Я уже собирался возмутиться и ссадить кота, когда он вдруг выгнул спину. Зашипел.
Я готов был поклясться, что в раздавшемся сразу вслед за этим «Мяу!» прозвучали истерические нотки. Кот явно не ожидал увидеть то, что увидел. Оттолкнувшись от меня, прыгнул вперёд — между двумя деревьями. И исчез.
Я выхватил меч. Вовремя.
— Твою мать, — пробормотал Захар.
Справедливости ради, боевыми навыками он овладевал с каждым днём всё лучше. Через секунду после того, как я выхватил меч, оказался спина к спине со мной.
— Твою мать, — глядя на то, что показалось из-за деревьев, согласился я.
— Пацан же сказал, крысы!
— Ошибся, может? Крыс никогда не видел? Ну, или это крысы такие. Переростки. Свежий воздух, всё такое…
— Издеваешься⁈ Как можно крыс от волкодлаков не отличить⁈
— Да не издеваюсь я. Думаешь, сам до соплей обрадовался?
Вместо крыс нас окружали волкодлаки. В количестве пяти штук. Хорошо хоть, кот предупредить успел — подготовились. Я держал меч, Захар сжимал в каждой руке по амулету.
Я запоздало вспомнил, что он до сих пор не определён в ученики ни к кому из охотников, и пообещал себе заняться этим вопросом. Вот, как только выберемся отсюда, так прям сразу и озадачусь.
Тот волкодлак, с которым меня угораздило сразиться в первый день — точнее, ночь — перед смертью пытался со мной поговорить. Из чего я сделал вывод, что все эти твари — говорящие. Но ошибся. С тех пор разговорчивые волкодлаки больше не попадались. Атаковали они молча. И одновременно, все пятеро.
Первым делом я скастовал вокруг нас с Захаром Защитный круг. Чёрт его знает, что там за амулеты у Захара, но в Кругу уж точно надёжнее.
Крикнул волкодлакам:
— Здорово, парни! Вы-то мне и нужны. Не на крысах же Костоломку испытывать, — и жахнул Костоломкой.
Ого! Мощная штука оказалась. Ближайшего ко мне волкодлака словно асфальтовым катком размазало. А я почувствовал что-то вроде отдачи — удар был сильным, и потратился я на него изрядно — хоть и ощутил, как вместе с молнией в меня влились родии. Две. Не минималка, конечно, но и не самый жирный волкодлак попался. Да ещё Круг силы тянет — с каждой секундой.
Не, так не пойдёт. Получается, Костоломка — слишком сильный знак для волкодлаков. С таким надо ходить на медведей и выше. Что ж, век живи — век учись. Понял, принял.
Следующегося бросившегося на меня волкодлака я встретил мечом. Защитный Круг представлял собой что-то вроде щита, возникающего там, где тебе грозит опасность. За него можно было прятаться, а при необходимости — вынырнуть и бить самому.
Я рубанул волкодлака наискось, одним ударом снеся с плеч косматую башку. Ещё одна родия. Маловато, но всё равно приятно.
А хреново было то, что Захар за моей спиной тоже попытался атаковать. С двух рук, активировав одновременно два амулета. В его руках сверкнули молнии. Волкодлака перед Захаром окутал всполох искр — как будто прошил электрический ток. Запахло палёным.
Волкодлака выгнуло дугой под углом, несовместимым с жизнью. А в следующую секунду он упал. Захар на радостях потерял бдительность. И выскочил из Защитного Круга. То ли спешил поскорее собрать кости, то ли родиями шарахнуло — перевозбудился на радостях.
Один из двух оставшихся в живых волкодлаков ждать, пока Захар очухается и вернётся под защиту Круга, разумеется, не стал. Взревев, прыгнул на Захара и сшиб его с ног.
Волкодлаки поступали со своей добычей, в целом, так же, как обыкновенные волки. То есть, загрызали. За те доли секунды, что понадобились мне — чтобы оказаться рядом, пасть волкодлака успела сомкнуться на шее Захара.
— Тварь!!! — взревел я.
Рубанул мечом.
Башка волкодлака перешла в новое состояние — отдельное от тела, — но челюсти от этого не разомкнулись.
А я едва успел броситься в сторону. На меня прыгнул последний волкодлак. Самый крупный. Матёрый. Что-то, возможно, даже соображающий.
Потому что, когда я увернулся от атаки, прыгать на меня повторно он не стал. Просто кинулся прочь.
— Да ты охренел⁈ — возмутился я.
Так-то — чёрт бы с ним, в других обстоятельствах догонять не стал бы. Тут, вон, товарищ при смерти. И пофиг на удирающие родии и кости, которые уже считал своей законной добычей. Да только хрен его знает — вдруг он не наутёк кинулся, а за подмогой? И пока я буду высвобождать из мёртвой волкодлачьей пасти Захара, ещё пятерых живых приведёт?
В общем, я бросился следом. На бегу соображал. Красный Петух этой тупой горе мышц — что мёртвому припарки, даже не напугает. Молнией попробовать? Вон как у Захара лихо получилось. Если я правильно понял, амулеты, которые он держал в руках, являлись именно молниями. И — сработало.
Молния! Я скастовал Знак. Волкодлаку бахнуло в спину. Завизжал, полетел с ног. Но успел сгруппироваться, перекатиться и вскочить на ноги.
Я по инерции продолжил бежать. Волкодлак прыгнул мне навстречу.
Сложно сказать, что это было — я рубанул мечом, или меч сам повёл за собой мою руку. Но, как бы там ни было, удар получился что надо. Снизу вверх, отсекая твари башку.
На меня плеснуло зелёной дрянью, заменяющей тварям кровь. И в ту же секунду шарахнуло молнией.
Три! Максималка! Значит, когда я подумал, что этот урод — самый крутой и матёрый, не ошибся.
Я перевёл дух. И бросился к Захару.
Прокусить ему шею тварь успела. Да ещё челюсти, у дохлого, свело — еле разжал. Отшвырнул башку в сторону.
Заживление.
Уфф! Хорошо, что не поленился прокачать целительские знаки. Первого уровня тут явно не хватило бы.
Синюшность из помертвелого лица Захара никуда не делась, но хоть раны на горле затянулись. Захар закашлялся.
Я помог ему приподняться. Захар зашарил рукой по правому боку. Нащупал нужный мешочек, в нём — нужный амулет. Сдавил в кулаке. Тоже, видимо, Заживление.
Через минуту лицо Захара приобрело относительно нормальный оттенок.
— Спа… сибо, — откашлявшись, хрипло проговорил он.
— Сочтёмся, — буркнул я. — Оклемаешься — врежу.
Захар отвёл глаза.
— За то, что из Круга выскочил?
— Нет, блин. За то, что на ногу мне наступил! Ты чем думал, вообще?
Захар вздохнул.
— Ладно, очухивайся.
Я поднялся. Принялся палить туши, оставшиеся от волкодлаков. Когда прогорели, собрал кости и ссыпал в мешок. Повернулся к Захару.
— Ну что, ты как? До деревни бы доползти. Меня вот прям очень сильно интересует вопрос, с каких пор у них крысы в волкодлаков превращаться начали.
— Мяу!
В этот раз кот, для разнообразия, материализовался рядом с Захаром. Тот от неожиданности подпрыгнул.
— Чего тебе?
— Мяу!
— Не уходить, что ли?
— Мяу!
Н-да. Похоже, этот уровень мы прошли не до конца.
Глава 11
— Куда он нас вообще тащит? И зачем? — ворчал Захар.
— Придём — узнаешь, — огрызнулся я.
Мне, может быть, тоже интересно. Я, может быть, тоже задолбался уже пилить пёхом три часа. Но я же молчу!
Ситуация мне на самом деле нравилась всё меньше и меньше, поскольку мы углублялись в чащу, откуда, как не трудно догадаться, надо будет ещё как-то выбираться. Хотелось уже простого человеческого жрать. Но чёртов кот целенаправленно продолжал идти, время от времени поглядывая через плечо, чтобы убедиться: мы следуем за ним.
В какой-то момент я, психанув, скастовал Восстановление сил. И сразу так хорошо стало, хоть пляши. Захар примерно в этот время, ворча, тоже выудил какой-то амулет и, стиснув его в кулаке на несколько секунд, заметно повеселел.
А путь продолжался. И солнце постепенно скатилось с небосвода. До заката было ещё далеко, но стволы густо растущих деревьев не пропускали его лучей, поэтому казалось, что мы идём в сумерках. Что тоже ни разу не добавляло оптимизма.