Маг впал в ступор. На ногах матушка висит, на шее – Маруська мотыляется. Обе криком кричат, но маменька за мою судьбу, а сестрица просто так, для оправдания своих посягательств. Да ещё батюшка за ворот чуть не на весу держит. Если бы не его крепкая, жёсткая рука, валялся бы уже столичный гость, погребенный под двумя дородными женскими телами.
– Цыть! – гаркнул, наконец, родитель, а потом обеих от мага отцепил. Правда маменька сразу отлепилась, а Маруську пришлось отдирать. Видимо, она уже видела себя в кринолинах, гуляющую по мощенной улице города.
Маг с благодарностью посмотрел на родителя, а потом, не выдержав стресса, плюхнулся на тот самый стул.
– Ваша дочь ведьма.
В кухне повисла пауза. Я, матушка и отец одновременно повернули головы к Марусе. Нет, я, конечно, подозревала, что с моими сестрами не все ладно. Но что ж он так-то вот откровенно обязывается.
— Не эта. Вот она, – сказал маг, утирая слегка вспотевшее от волнений лицо и указывая в мою сторону.
Три головы повернулись ко мне. Причем смотрели так, будто я что-то объяснить могу. Пожала плечами, намекая, мол, не знаю, что он плетет. Может, умом с перепугу тронулся. Это ж какие нервы надо иметь, если тебя весь день то и дело по полу размазать пытаются.
– Не знаю, как это могло произойти, – продолжал тем временем господин Ласус, – однако то, что она ведьма, так же верно, как то, что я маг. Место Силы это показало. Во-первых кристаллы зелёным светом горят только в присутствии ведьм, и они же на этот свет безболезненно смотреть могут. Плюс, как только суть вашей дочери стала очевидна, явился фамильяр. Долго ждал своего часа, бедолага. Так что вынужден вам сообщить радостную новость. Завтра поутру я отправляюсь в столицу вместе с…
Маг уставился на меня, ожидая, видимо, имени. Я в ответ смотрела на него, искренне не понимая, о чем он вообще говорит. Ведьма? Я? Это как вышло-то?
– Алианка, стерва… – Маруся топнула ногой, фыркнула а потом, разревевшись, убежала прочь.
Матушка и отец, стояли, словно пыльным мешком пришибленные. Я повернулась к ним, ожидая возмущения, слов, что произошла ошибка, однако оба они выглядели так, будто новость для них новостью и не была. Маменька опустила глаза, нервно перебирая свой передника, а папенька был задумчив, но вовсе не удивлен. Господин Ласус их реакцию тоже оценил.
– Вы знали… – маг покачал головой, будто недоумевая, – Знали, что в ней это есть. И молчали?
– Не были уверены, – отец подошёл к лавочке, на которой я сидела, и опустился рядом, – Супруга моя ждала третьего ребенка. Это было, как раз, в конце войны с ведьмами. Однажды ночью разразилась гроза. Сильная. Дождь лил, как из ведра, громыхало так, что страшно из дома выйти. И… Что-то случилось… Роды начались, но… Никак не могла разродиться. Я уж думал, помрет. В дверь постучали, открыл, а там женщина, с младенцем на руках. Попросилась пустить, переждать ненастье. Как я мог отказать? Тем более супруге становилось все хуже, а помощи просить больше было не у кого. Незнакомка… Она поняла, что происходит. Жена уже чуть концы не отдала. Эта женщина сделала мне предложение. Она спасла Литу. Ребенка нет. Взамен потребовала взять ее младенца и воспитать, как своего.
– Ведьма…. – маг снова удручённо покачал головой.
– Думаю, да. Она бежала, чтоб спастись. Но девочкой рисковать не стала. Я выполнил договоренность. Более того, Лита после случившегося вряд ли смогла бы стать матерью ещё раз. Но незнакомка что-то сделала и сказала, пока ее ребенок живёт в нашей семье, пока мы ее девочку воспитываем, как свою, все будет хорошо. И у нас ещё будет дети. Но… Я всегда знал, наступит момент, когда правда вскроется, – отец повернулся и посмотрел мне прямо в глаза, – Прости, что вот так. Мы старались ничем не обижать и не обделять. Я со временем стал принимать тебя, как родную. Не важно, кто твои родители на самом деле. Для нас ты – дочь, такая же родная, как и другие.
Я сидела, вообще не представляя, как реагировать на все это. Ведьма? Приемный ребенок… Искала в душе боль или разочарование, но… их не было. Батюшка верно сказал, ни разу за все эти годы я не почувствовала себя чужой или лишней. Мне прощать их не за что.
– Вот и чу́дно. – Маг поднялся на ноги, потирая ладоши, – Сегодня разберусь с вашей нечистью, а потом мы с Алианой отправимся в путь.
– Куда вы ее… – снова всхлипнула матушка, с трудом сдерживая слезы.
– В Академию, конечно.
– Куда?! – переспросили родители хором.
Я просто вытаращила глаза на господина Ласуса, подозревая, что все же падение в Храме не прошло бесследно. Может, головой ударился. Несёт околесицу.
– В Академию, – терпеливо повторил маг, – Ни для кого не секрет, что много лет мы пожинаем плоды проклятия Верховной ведьмы Ковена. И сделать никто ничего с этим не может. Для этого нужна такая же ведьма. А у нас ее нет. Не было. Ваша дочь теперь крайне важный человек для королевства. Я уже сообщил Совету о своей внезапной находке. Вся столица стоит на ушах. Ждут ее появления. Но, выходит, Алиана совсем ничего не знает о своих способностях, ровно как никто из нас не представляет, чему можно обучать ведьму. Этот процесс всегда проходил в Ковене. Но совместными усилиями, думаю, проблема решиться. Поэтому, мне нужно доставить ее в Академию.
На последней фразе господина Ласуса в дверях появилась Маруся, решившая, видимо, бороться за свое счастье до последнего. Возможно, до последнего вздоха этого самого счастья. Потому сестрица нацепила нарядное платье и праздничный платок, однако, услышав волшебное слово «Академия», а особенно, что меня там ждут, взревела, будто раненная лосиха, и с криком: «Алианка, стерва!» кинулась на меня, очевидно планируя вцепиться в волосы. Конечно же, на пути сестрицы оказался маг. Глядя, как они валятся на пол, я с тоской подумала, все же странная ведьма выйдет, вокруг которой постоянно что-то происходит.
Глава 3
Поутру я стояла возле своего дома, ожидая господина Ласуса. За калиткой притаились Маруська и матушка. Отец велел носа не показывать, хватит позорища на его голову. И так отличились, дальше некуда. Поэтому, обе прятались в кустах черемухи, искренне полагая, будто их не видно. На самом деле, зад сестрицы, второе достояние женской половины нашей семьи, ни в один куст не засунешь.
Батюшка замер рядом со мной, периодически переступая с ноги на ногу. Это внешне он здоровый, устрашающего вида медведь, а на самом деле, душа у него чуткая, ранимая. Точно знаю.
– Алька, ты, ради всех богов, веди себя в городе прилично. Сейчас попадешь в столицу, соблазнов будет много. Тем более, раз тебя единственной надеждой королевства объявили. Смотри, о чести не забывай. Ты, может, и ведьма, но в первую очередь, моя дочь. Если что, приеду, возьму розги, да выдеру. Поняла?
Я почувствовала, как на глаза наворачиваются слезы. Половину ночи мы говорили с отцом. Он рассказывал мне о настоящей матери, все, что смог запомнить. Сказал, хороша была, неимоверно. Ну… Явно я пошла в отца. Кто-то же один из них должен был быть средним. Если моя родная матушка отличалась природной красотой, значит, спасибо нужно папеньке сказать. Потом вспоминали мое детство. Все каверзы, происходившие с моей лёгкой руки. Я поняла одно, приемные родители на самом деле любили случайную дочь. Не потому что ведьма, бежавшая от магов, так потребовала, а искренне.
– Вон он, едет, – отец сгреб меня в охапку, а затем прижал к своей широкой груди.
На горизонте и правда показался маг верхом на вороной лошади. Вид у господина Ласуса был усталый, можно сказать, потрёпанный. То ли бесы оказались упрямыми и изгоняться из села совсем не хотели, то ли кикиморы его по лугам, да лесам помотыляли изрядно.
Из кустов черемухи раздался протяжный вздох. Маруся с трудом переживала момент моего отъезда и сестринские чувства тут ни при чем. Одна мысль, что Алианка, нелепая и вечно попадающая в истории, с минуты на минуту отправится в столичную Академию, рвала Маруське сердце. Вообще, известие об отсутствии родства как-то сестер мало взволновало. А вот то, что меня ждала встреча с огромным количеством магов, по предположению незамужних девиц семьи, было возмутительной несправедливостью.