– Я вымотана, – заговорила Дороти, опустив плечи, и стянула оранжевую шапку с седеющих волос. – Почти неделю мои собаки устраивают ад по ночам… не поверишь! Они поднимают такой шум. Наверняка даже вы его слышите.

Я кивнула.

– Ах, боже. Этого я и боялась. Мне очень жаль. Но в этом виноваты призраки. Они сводят собак с ума.

– Призраки? – переспросила я и недоверчиво подняла брови. Между нами… Дороти бывает довольно странной и порой находит очень необычное объяснение плохому поведению своих питомцев.

– Именно. Чтобы успокоить собак, я решила хорошенько их вымотать на прогулке. Там я и увидела это. – Дороти наклонилась ко мне: – Можешь мне поверить. Танцующие огни и плывущие над землёй призраки! Наверху, где в лесу стоят руины старой церкви, – она схватилась за грудь. – Меня чуть удар не хватил!

Она немного подумала и добавила:

– Но есть одна странность. Им, кажется, совсем неважно, во сколько появляться. Приходят и уходят, когда хотят. Главное, чтобы было темно.

В этот момент дверь снова распахнулась, впустив сильный порыв ветра, и в приёмную зашла Мередит Дикинсон, укутанная в куртку, шарф и шапку, со стопкой книг под мышкой.

– Простите! – крикнула она и быстро закрыла дверь, прогнав ветер. – Дверная ручка выскользнула.

– Никаких проблем, Мередит, – великодушно отмахнулась Дороти. – Мы с собаками только что устроили гораздо больше шума.

Имя Мередит Дикинсон я уже упоминала. Ей принадлежит маленькая книжная лавка на углу, наискосок от «Маленьких сокровищ». Как и бабушка, она большая любительница детективов. Работам Дафны дю Морье[3], жившей неподалёку от Эшфорда, она посвящает целую витрину. В том числе из-за туристов, которые приезжают в наши края только ради Дафны. В последние пару дней, однако, её книгам пришлось потесниться, чтобы уступить место работам Оливии Харткасл.

– Скажи-ка, Мередит, ты же живёшь под самой крышей. Тебе видны оттуда развалины церкви? Ты не замечала привидений? – Дороти выжидательно поглядела на подругу.

– Привидения? – воскликнула женщина с переноской для кошек на коленях, прежде чем Мередит успела открыть рот. – Наверху, в лесу? Вы тоже их заметили? Я думала, я схожу с ума! Ужасно странно, правда?

– Не то чтобы странно, – пробормотала Мередит и подошла к окошку рецепции, – вот заказанные книги. Могу ли я передать их для доктора Харрис, или мне нужно подняться наверх, в её клинику?

Здесь стоит кое-что отметить: отец Уиллоу, как и было сказано, – ветеринар, а её мачеха – семейный врач. Обе клиники находятся в одном доме, на разных этажах. А на самом верху располагается их квартира.

– Можете оставить книги у меня, – предложила милая девушка на рецепции и выдала Мередит расписку о приёме книг.

– Почему ты не считаешь это странным? – уточнила Дороти, пока Мередит складывала записку, направляясь к выходу.

– Потому что они приходят туда не в первый раз, – ответила та и поправила очки без оправы. – Они уже бродили у церкви около сорока лет назад. И пропали так же неожиданно, как появились. Если твои призраки тоже носят кольчуги и что-то вроде балахонов, видимо, они вернулись.

– Нет, нет, – Дороти решительно покачала головой. – Мои были в белых струящихся одеждах до земли…

Это уж слишком напоминало проделки школьников, накинувших простыни.

Мередит мягко улыбнулась.

– Пусть себе бродят. Пока они не мешают мне спать, раз уж эту роль взяли на себя твои собаки.

– Собаки – очень чувствительные существа… – оскорблённо вспыхнула Дороти. Своих питомцев она в обиду не давала. – Поэтому они очень восприимчивы ко всему сверхъестественному, как, например, к призракам!

– Ах, Дороти, я не хотела тебя обидеть, – быстро отступила Мередит. – Всё в порядке. У меня есть беруши.

– Перси? – отец Уиллоу высунул голову из лечебного кабинета.

– Ладно, Перси, пошли, пусть это побыстрей закончится! – я наклонилась, чтобы ободряюще почесать пса за ухом, но он уже забился в дальний угол. Никакие уговоры не помогали. В конце концов, мне пришлось отодвинуть стул и понести Перси в процедурную на руках.

Перси всё ещё был смертельно обижен, когда мы наконец вернулись в «Маленькие сокровища». Не удостоив меня и взглядом, он устроился в корзинке у потрескивающего камина и демонстративно повернулся спиной.

– Эми, как хорошо, что ты пришла! – Бабушкино лицо, покрытое мукой, показалось из-за кухонной стойки.

Я принюхалась и бросила взгляд на старые напольные часы.

– Ты затеяла печь? В это время?

Наша чайная уже давно была закрыта.

– Эми, ты не поверишь, что произошло! – выпалила бабушка, пока я мыла руки. – Я до сих пор не могу в это поверить.

– Рассказывай же! – голодным взглядом я осмотрела опустевшую кухонную стойку.

– Сегодня днём заходила Оливия, – сообщила бабушка благоговейным голосом и бросила на меня нетерпеливый взгляд.

С наигранным равнодушием я обошла стойку и положила на тарелку последний кусочек вишнёвого пирога.

– Так-так. Теперь ты тоже называешь её Оливией, – ухмыльнулась я.

– Вот именно, – радостно выдохнула бабушка. – Оливия и Мод. И за это я должна поблагодарить тебя. Ты такое сокровище!

Со счастливым видом она надела пекарские перчатки, пританцовывая, подошла к печи и вытащила противень с ароматными хрустящими пирожками из слоёного теста.

– Я? – я чуть не подавилась.

– Если бы ты не рассказала им о «Маленьких сокровищах», они бы не пришли сюда, – бабушка осторожно выставляла один пирожок за другим на решётку, чтобы дать им остыть. – Они такие милые и приятные. Обе! И знаешь, что лучше всего?

– Ещё лучше, чем обращаться к ним на «ты»? – усмехнулась я.

– Им так понравились наши пироги, сконы и благородный выбор чаёв, что они попросили меня каждый день поставлять свежую выпечку и чай в школу для всей вашей театральной труппы. Это огромный заказ. Не представляю, как всё успеть. Сейчас, когда Эндрю уехал в отпуск, а у тебя начались уроки. Видимо, мне придётся позвать ещё пару помощников. Да и до воскресенья ничего не получится. Но я им уже сказала об этом.

Эндрю Кокс, бывший банкир, однажды уставший от Лондона и своей работы и переехавший в Эшфорд, чтобы стать совладельцем «Маленьких сокровищ», был настоящим золотом, как всегда говорила бабушка. И не только потому, что он единственный в доме разбирался в компьютерах и мог наладить вечно бастующий интернет. Нам очень не хватало Эндрю.

Бабушка подняла крышку медной кастрюли, в которой что-то варилось на слабом огне.

– А это на сегодняшний вечер.

– Сегодняшний вечер? – удивлённо переспросила я, убирая тарелку и вилку в посудомоечную машину.

Бабушка взяла ложку и стала спокойно помешивать то, что варилось в кастрюле.

– Конечно, сегодня не первый вторник месяца, но нужно радоваться праздникам, когда они приходят. Не так ли?

Здесь мне снова нужно кое-что объяснить. В первый вторник месяца в «Маленьких сокровищах» проводятся встречи «Эшфордского клуба преступлений и убийств». Раньше в клуб входили бабушка, Мередит Дикинсон, Дороти Пакс и ещё три дамы из Эшфорда. Все они без ума от детективов и встречаются, чтобы обсудить свою страсть. Теперь в клубе появился новый член. Я. И я предчувствовала, что последует за бабушкиными таинственными словами.

– Французское нежное рагу из телёнка с шампиньонами для пирожков, – бабушка подчёркнуто небрежно прокомментировала пленяющий аромат, поднимающийся к потолку вместе с паром. – Я должна подать что-то особенное, раз уж Оливия и Мод сегодня вечером почтят своим присутствием наш детективный клуб! Простые сэндвичи были бы для такого случая слишком обычными.

Ровно в двадцать часов дверной колокольчик «Маленьких сокровищ» сообщил о прибытии Мод и Оливии. Даже Софи Кэмпбелл, супруга нашего викария, обычно довольно напористая дама, первые пару минут не могла выдавить ни звука от благоговения. И все остальные чувствовали себя ненамного лучше. Так что бабушка первая взяла слово. Разливая шампанское (мне досталась яблочная газировка), она представила всех по очереди и рассказала подругам, что привело к этому незапланированному собранию с необычными гостями.