Напишем историю абуны Иоанна-митрополита. На 14-м году царствования своего советовался царь царей Адьям Сагад с родительницей своей Берхан Могаса добросоветной, всегда старавшейся и труждавшейея привести митрополита, и с князьями и сановниками о приглашении митрополита. И решили все единодушно и благословили царя Иясу, ибо были они в печали со времени смерти абуны Христодула и была страна Эфиопская без митрополита. И собрал он со всех областей царства своего 450 унций золота, и повелели царь и царица наставнику Феодору из Дабра Целало, который был тогда настоятелем монастыря отца нашего Евстафия, и авве Лукиану из Азазо, и египтянину Георгию, и трем мусульманам, то бишь Эмед-Али, Абдалле и Абд-Алькадеру, идти в страну Египетскую и привести им митрополита и дали им золота. И вышли они из столицы царской 6-го [дня] месяца магабита[438] в год Матфея, с тех пор как умер абуна Христодул-митрополит на 6-й год и 6-й месяц. И пошли они дорогою, и прибыли в область Амасен 4 генбота[439], и зимовали там, ибо не хотели мусульмане спускаться в Массауа. А в месяце маскараме спустились наставник Феодор и авва Лукиан в Массауа, ибо страшились они повеления царского, а мусульмане остались в Амасене. А в месяце тэкэмте спустились в Массауа [и] мусульмане. И встретились с ними и поссорились с аввой Феодором из-за спуска прежнего в область Массауа. Из-за той бывшей ссоры повелели царь Иясу и царица Ментевваб Сэхулю Микаэлю, и дедж-азмачу Василию, и бахр-нагашу[440] Соломону воевать Массауа. И когда услышали об этом наиб[441], диявол во плоти, и люди Массауа злые, схватили они пятерых посланцев царя, и заточили их, и запугивали многими ужасами: что усекут их мечом, что поднимут на копья. И жили они так 6 месяцев. А потом выпустили их из заточения и отдали половину имущества их, а половину имущества, что царь Иясу послал для получения митрополита, оставили себе.
А отпустили их так потому, что послал царь Иясу грамоту повеления своего к людям Массауа, говоря: «Прощаю вас, а вы отпустите посланцев моих идти, куда они посланы». И 12 магабита[442] взошли они на корабль. И плыли они средь пучины днем и ночью один месяц и семь дней, и прибыли в Джидду 18 миязия[443], и пребывали в печали, ибо уплыли [уже] и ушли корабли страны Египетской. И спустя немного времени оставил Лукиан христианство и перешел в веру мусульманскую из-за ссоры, что была меж ним и меж Эмед-Али, и стал он много обвинять наставника Феодора и мусульман пред царем Джидды. Но победили они силою господа бога царя Иясу и царицы Ментевваб. А потом поссорились они с Абделькадером, ибо тот растратил имущество царское. И сказали они об этом деле шерифу, царю Джидды, и тот шериф присудил, чтобы вернул Абделькадер им то имущество царское, что растратил. Абделькадер отказался, и потому заточил шериф Абделькадера и посадил в темницу на один год и шесть месяцев. Эти же посланцы царя и царицы, авва Феодор, Абдалла и Эмед-Али, нашли корабль и отправились в Египет, пробыв в Джидде десять месяцев. И когда плыли они посреди моря, умер Абдалла, а на седьмой день умер Эмед-Али в Суэце, что на краю моря Эритрейского; и были они в пути морском три месяца и семь дней.
А 1 хамле[444] прибыли они в страну Египетскую, и встретились с патриархом, аввой Иоанном Александрийским, и отдали ему грамоту повеления царя царей Адьям Сагада и царицы Берхан Могаса и золото, что послали они ему. И когда прочел грамоту послания царя и царицы, благословил патриарх их и войско их и пребывал три месяца, молясь господу, дабы открыл он ему человека, достойного сана митрополичьего. И открыл ему бог, и нашел он сего святого авву Иоанна из пустыни Скитской, и понудил он его прийти с великим трудом.
Глава 38. В 7237 году [от сотворения] мира начался маска-рам во вторник, год Иоанна. 22 маскарама[445] собрал патриарх митрополитов, архиереев, иереев и диаконов и рукоположил сего авву Иоанна митрополитом страны Эфиопской против его желания[446] и отдал его наставнику Феодору. Тот же вышел из страны Египетской, взяв митрополита, 1 тэкэмта[447] и прибыл в Джидду в месяце тахеасе. И отправился он из Джидды в месяце магабите, и взял Абделькадера со связанными руками, и прибыл в Массауа 12 миязия[448]. И отправили известие о прибытии абуны Иоанна-митрополита и наставника Феодора царю царей Адьям Сагаду, и царице Берхан Могаса, и расу Вальда Леулю. И была радость в доме царя и царицы и в столице. И пребывали они в Массауа пять месяцев, ибо схватил их наиб и поместил на остров Массауа, чтобы не пришли они в столицу царскую. И не найти им было того, кто вывел бы их из страны Массауа и избавил бы от рук наиба. А спустя пять месяцев пришли наставник Евстафий и наставник Габра Марьям из Дабра Бизана в Массауа навестить абуну Иоанна-митрополита и наставника Феодора. И когда увидели, что пребывают они в бедствии великом, опечалились сугубо. И сказал им наставник Феодор: «Не поможет мне эта печаль. Вот если бы послушались вы меня и сделали для меня одно дело!» И сказали ему эти наставники: «Скажи нам, что на сердце у тебя, и исполним мы желание твое». И сказал им наставник Феодор: «Вы видите, что митрополит в болести великой; умрет он в стране Массауа. Ныне же выведите его ночью и отведите в страну вашу». И понравилась им эта речь, и вывели они его ночью с мирром и одеяниями сана его и с книгою, по которой он освящает таботы и рукополагает священников и иереев. И было то по силе божией, и пребывал он в Дабра Бизане два месяца. Наставник же Феодор остался в Массауа, ибо сковал наиб ему ноги и заточил в темницу на два месяца за то, что вывел он ночью митрополита и отправил его в Дабра Бизан. И много раз помышлял убить его, но спас его бог от рук его. А спустя два месяца заключили мир с пашой и наибом[449] за 60 [унций] золота. И вышел он из страны Массауа по дороге на Дегса. А митрополит вышел из страны Бизана по дороге на Амасен и жил недолгое время в Амасене. 5 хедара[450] встретились абуна Иоанн-митрополит и наставник Феодор в стране Сараве, и плакали о бедствиях своих прошлых, и радовались о встрече своей в здравии. И там приняли их Атанбаса приемом прекрасным. А оттуда приняли их Эмхаба Аб приемом прекрасным и проводили до Адьяб. 18 хедара встретились они с царем в Сирэ.
Глава 39. В 7238 году [от сотворения] мира начался маскарам в четверг, год Марка, лунная эпакта 7, труб 23, тентейон 2[451]. На 17-м году царствования царя нашего от воцарения его прислал князь балау к царю царей Адьям Сагаду трех дружинников своих с дарами, подобающими царству, прося и говоря: «Смилуйся и помилуй меня, господин мой царь! Тебе поклоняются все цари земли, и служат тебе все народы, и содрогаются все пределы земли, заслышав слух о тебе, ибо ты — господин, а я — раб и сын рабыни твоей[452], ибо ты могуч, а я слаб, ибо ты лев, а я корова, ибо ты леопард, а я телка, ибо ты огонь, а я трава. Я не переставал [давать] подать твою, что приносили отцы мои твоим отцам, и тем служил тебе, а ты пришел в страну мою четыре года [тому назад], и убил всех мужей сильных, и угнал в полон слабых, мужчин и женщин, с чадами их и младенцами, и угнал всех коров и овец, коней и мулов, ослов и верблюдов и все имущество, вне дома и внутри, в стране моей без числа и без меры. Но коли я говорю "в стране моей", то управляется она не моею силою, а силой твоей, и не беззаконно нахожусь я в ней, но по волей твоей. Когда же услышал я об этом [походе твоем], испугался я за себя, и нашел на меня страх смертельный. Страх и трепет охватили меня, и покрыла меня тьма, и сказал я: "Да будет искуплением мне разорение страны моей, разве это не кожа за кожу"?» (ср. Иов, 2, 4). А затем пришел ты в страну мою, покрывая землю множеством войска, как туча покрывает свод небесный и как покрывает горы и скрывает их на месяц. И пришел ты на берег реки, то бишь Абая, и, если бы не помешала тебе река, не возвратился бы ты, не войдя в стан мой. И по воле божией, приведшей тебя, возвратился ты в страну твою. Но осталось много людей из войска твоего, и осталось имущество твое, ибо умерли от дальней дороги и от сильной жары их кони, и мулы, и ослы, что везли их. Я же сохранил их доныне, и не погиб ни один из них. Ныне же пошли человека верного, что привел бы их к тебе. Я же пришлю тебе всех и не оставлю ни одного, но воззри на меня оком милостивым и охлади гнев свой на меня и на страну мою. Коли же погрешил я против тебя, прости мне грех мой, ибо нет раба без провинности, а господина без милости»[453].
