Лестница на следующий этаж выглядела не такой пышной. О фресках вдоль стен никто не заботился, и они растрескались, а в гобеленах зияли дыры. Здесь девушке нравилось намного больше. Никто из стражей зала не позаботился открыть перед ней дверь. Джульетта уже готова была впасть в ярость, но вспомнила, что в свой последний приход сюда она заявила, что сама способна открыть себе дверь. Но сейчас она была явно не в настроении.
– Откройте двери, живо! – Рассерженно скомандовала Джульетта.
Стражи, сделав вид что так и надо, выполнили приказ.
В жаровне горел огонь, воздух наполнял сладкий дым. По обеим сторонам зала с высоким потолком протянулся балкон. На нем стояли деревянные стулья для советников, которые пожелают присутствовать при допросе. Сверху свисала одинокая веревка, на ней подвешивали допрашиваемых. Простые деревянные стены, потемневшие от дыма и времени. Каменный пол, покрытый трещинами. Неуместная здесь кожаная кушетка отодвинута в угол и прикрыта ковром. Рядом с ней – столик, заваленный бумагами и чинеными перьями, крышка чернильницы открыта. Мужчина, сидящий за столом, уверенными штрихами набрасывал что-то на листе бумаги.
– Наконец-то вы здесь, – произнес мужчина, подняв голову и Джульетта узнала в нем Кроу, – придворного алхимика своего отца.
– Где мой дядя?
– Занят, – голос главы магистрата донесся из ниши, скрытой занавесом.
– Ну тогда я вернусь попозже, – ответила девушка, развернувшись к двери.
– Нет, – сердито ответил ей родственник. – Ты подождешь. Я посылал за тобой еще час назад. Твое опоздание могло все…
– Что?
– Слишком усложнить.
Джульетта услышала, как позади открылась дверь, и обернулась, ожидая увидеть секретаря или одного из стражников. Но вместо них в дверях стояла кислолицая служительница, в одеждах своего культа, а рядом с ней – пьянчужка, такая растрепанная, будто ее подобрали в ближайшем борделе. На грязной коже были видны следы пота и засохшего вина.
– Ты, – прошипела женщина, увидев алхимика.
– А, ведьма Шарлотта, и тебе не хворать. Выглядишь будто тебя недавно откопали. – Улыбаясь, ответил Кроу.
Воздух потрескивал, предвещая бурю. Жрица свирепо уставилась на них, и буря улеглась.
– Ну вот, теперь все в сборе. – Сказал глава магистрата, выходя из алькова, откинув штору. – Ты уверен, что время благоприятно?
– Первый день после новолуния, – ответил Кроу. – Лучшего времени нет.
– А она?
– Если ее горничная сказала правду. Шарлотта может проверить.
Неряшливая пьянчужка подошла к Джульетте и нахмурилась, когда девушка отшатнулась от нее.
– Все пройдет легче, если ты не будешь сопротивляться, – проговорила ведьма, пытаясь успокоить девушку.
– Что пройдет?
– Все, – сурово промолвил глава магистрата. – Поверь мне. Для всех будет проще, если ты пойдешь нам навстречу. Жрица…
Служительница культа неожиданно схватила Джульетту и вонзила палец в мягкую плоть руки нажимая на болевую точку. Пораженная девушка замерла.
– Только дернись и я нажму намного сильнее.
У ног Джульетты от острой боли растеклась лужица мочи.
– С позволения лорда, – произнесла жрица. – Мы начинаем. Шарлотта, ты же не собираешься терять время зря?
Ведьма задрала платье и рубашку Джульетты и засунула руку между бедер девушки, а потом понюхала пальцы.
– Да, все правильно, – произнесла женщина, глядя на главу магистрата. – Она еще девственна и сейчас лучшее время что бы понести. Перо и семя свежее?
– А как ты думаешь-то? – Ответил мужчина, завязывая гульфик.
– Надежнее было бы…
Лицо главы магистрата потемнело.
– Ты хочешь, чтобы я стал проклятым? – Зарычал он. – Это против правил родства. Тогда я могу заодно начать жечь храмы или насиловать жрецов.
– Вы не можете…
Попробовала возмутиться Джульетта, но резко замолкла. Служительница с суровым лицом вдавила палец с такой силой, что девушка снова обмочилась. Позорная лужа на полу стала еще больше.
– Прекрати хныкать, – бросила ей жрица.
– Разве это необходимо? – поинтересовался Кроу. – И, мне кажется, – добавил он с укором, – вы забыли упомянуть о несогласии вашей племянницы.
– Если бы она потрудилась ответить на мои вызовы, мы бы успели все обсудить. Но поскольку она не ответила… – конец фразы дяди повис в воздухе. Очевидно, он считал Джульетту виновной в ее собственной неосведомленности. – И я не собираюсь объяснять свои действия своему магу.
– Магу Верховного канцлера, вашего брата, – спокойно ответил Кроу. – Но мой господин одобрил ваш план, так что я тоже не могу возмущаться.
Госпоже Джульетте показалось, что сейчас дядя ударит алхимика, но он сдержался. Либо Кроу намного сильнее, чем она подозревала, либо ее дяде необходимо, чтобы затеянное им успешно завершилось. Ни то ни другое не радовало Джульетту.
– Положите ее на диван, – сказала Шарлотта.
Джульетта сопротивлялась, но безуспешно. Ее уложили на спину, задрав до пояса платье и рубашку. Когда она начала кричать, ее дядя вышел из себя.
– Заткните этой сучке рот.
– У нас нет времени на это, – ответила ведьма, не прерывая своих действий.
– Займись этим, – приказал глава магистрата алхимику.
– Как пожелаете, – Кроу прикоснулся к губам Джульетты и прошептал – Молчание.
И оно наступило, рот девушки закрылся, а ее язык замерз. Когда Шарлотта начала силой раздвигать колени Джульетты, алхимик отвернулся, а потом направился к нише, в которой раньше скрывался глава магистрата.
– Куда ты собрался?
– За вином. У вас же там явно есть хорошее вино? – Пробормотал Кроу и исчез за шторами.
Шарлотта подняла лодыжки девушки, пока жрица держала ее за запястья.
– Тебе некуда деваться, – примирительно сказала ведьма. – От сопротивления будет только хуже. Просто пожалей себя и не дергайся.
Джульетта, презирая себя за трусость, сделала как ей сказали. Шарлотта говорила правду. Кроу всего лишь положил руки ей на бедра, и девушка сразу же перестала их чувствовать. Шарлотта взяла из рук главы магистрата перо и рыбий пузырь, наполненный его семенем. Потом подула в этот странный сосуд и надела его на перо. Второй конец пера она засунула между бедер Джульетты. Девушка начала вырываться с такой силой, что высвободила одну руку, и женщина чертыхнулась.
– Да держите же ее! – Крикнула ведьма.
Хватка на ее плененной руке стала жестче.
– Столько суеты, – заметила жрица. – Можно подумать, ты единственная девушка, которая служит своей стране.
Шарлотта сдвинула перо и сжала пузырь, выдавливая его содержимое.
– Смотрите, – сказала она. – Не так уж и плохо. И все получилось, и ты нетронута, как в день своего рождения.
Ведьма улыбнулась, будто это что-то меняло.
– Алхимик.
– Для тебя, женщина, господин Кроу.
– Моя часть закончена, – заявила Шарлотта. – Я забираю свои деньги и ухожу.
Глава магистрата открыл рот чтобы возразить.
– Я забираю деньги и ухожу, – настойчивее повторила она.
Мужчина швырнул ей кошелек.
– Ведьма, – прошептал он, когда за женщиной закрылась дверь.
– Если вы позволите, – произнес Кроу, подталкивая жрицу обратно к дивану и показывая, что Джульетта не должна двигаться. Служительница снова нависла над ней, и девушка осталась лежать.
– Сын, – с нажимом сказал глава магистрата. – Ты понял? Она принесет короне Нубии сына. А если нет, я разгневаюсь. И тогда я могу неожиданно прийти к соглашению с дворянами, которые считают, что тебя давно пора сжечь живьем. И даже сделаю это, несмотря на гнев моего брата.
Кроу сделал вид, что просто проигнорировал его слова.
– Госпожа моя, – сказал он. – Первый ребенок часто рождается позже срока. Нубийцы ничего не заподозрят, а вы никогда не расскажете им. Более того… – алхимик обернулся на ее дядю, тот кивнул. – Вы никогда не заговорите о том, что здесь случилось.
Маг придерживал Джульетту, пока она не перестала трястись, потом коснулся ее лица и пробежал кончиками пальцев по губам.