— Эй, Сезам, открывайся давай, — постучав по ней костяшками пальцев бросила Роза, и словно только этого и дожидаясь та отворилась, пропуская их внутрь. Встречало их просторное пространство все стены в котором блистали металлом. Среди пустоты помещения, отчетливо выделялся мужчина средних лет, который повернулся к ним мгновением позже, жестом приглашая подойти поближе. Последовав за закатившей глаза Розы, он лишь немного сбился с шага, когда стальная дверь позади с лязгом захлопнулась, полностью отрезав их от нежелательных посторонних.
— Даже чаю не предлагаешь гостям с дороги, — первой разорвала тишину Роза, обращаясь к незнакомцу.
— Действительно, как некультурно с моей стороны, — судя по сквозившей иронии в голосе, подобные перепалки были для них нормой, что лучше, чего бы то ни было подтверждало его статус товарища женщины, — рад встрече с тобой, — переводя взгляд на него поздоровался тот.
— Взаимно, — поклонился он.
— Я хотел уже относительно давненько поговорить с тобой, но, честно тебе скажу, не ожидал что повод окажется подобным.
— Не ходи вокруг до около, Доу, — лишенным даже намека на ее привычное веселье голосом, поторопила его Роза, сдвинувшись так чтобы быть сбоку от них.
— Пожалуй и вправду для всех будет лучше если я побыстрее перейду к сути разговора, — согласился тот и глядя прямо ему в глаза, названный Доу, поинтересовался, — скажи, ты знаешь, как появились свитки, извещающие о конце света? — слегка удивившись вопросу, он обратился к своим воспоминаниям, пытаясь не упустить ни единой детали, из-за серьезности тона, которым тот был задан.
— Они были созданы цивилизацией что ближе всех стояла к Богу, — это была единственная информация, в которой он доподлинно был уверен, остальное пришедшее в голову же не выходило за рамки баек у костра.
— Верно, — кивнул тот, — и вынужден признать, что и нам известно ровно столько же. Но не знаю, как с этим дела обстояли в твоем мире, но мы смогли сделать такой вывод из этой ситуации, — Доу ненадолго замолчал, чтобы выделить свои следующие слова, — сделанное однажды можно повторить и вновь. У нас почти не было информации о той эпохе, но вот в фундаментальных основах мы неплохо так преуспели, из чего и был рожден проект «Ответ». Я уведомлен о твоих пробелах в технологическом процессе, поэтому не стану вдаваться в подробности что именно он из себя представляет, ограничившись лишь общей информацией. Это сверхмощная вычислительная машина, способная обрабатывать огромное количество информации по нужному вопросу и как следствие… давать тот самый ответ.
— И так вы познали способ имитировать принцип, стоявший за свитками? — потратив пару секунд чтобы переварить информацию, уточнил он.
— Предполагаем, что познали, — пожал плечами Доу, — ведь почти постоянно у нас нет всех исходных данных, отчего и ответ получается неполным. С этим увы сложно что-то поделать, а потому приходится перепроверять выданное лично. И сейчас как раз наступил случай, когда я хочу, чтобы в вычислениях произошла ошибка, — покачав головой вздохнул он, — потому что иначе наша компетентность как организации окажется под большим вопросом.
— Какую роль играю в этом всем я? — задав ключевой вопрос он заметил пробежавшую по лицам собравшихся тень, непроизвольно сузив глаза.
— Нам нужно чтобы ты отбросил свой долг и перешел к ним под полное наблюдение, — вместо Доу, ответила Роза, почему-то не решаясь смотреть в его сторону.
Мгновение не понимая сменилось подымающейся из глубин души яростью. После всего что он пережил, после всех смертей свидетелем которых был, после боли которой испытал, подобная просьба звучала как самый настоящий плевок в лицо. Но ярость волной холодной решительности была потушена лишь мигом позже, ибо слова достигшее его слуха, продиктованы еретической эпохой.
Миссия, возложенная на него Господом, подойдет к исходу лишь в момент, когда долг будет выполнен и всяк кто пытается положить ей конец — есть враг. Ибо не позволено никому вмешиваться в планы Всевышнего, а преградившие путь от слепоты эпохи, обрекут себя на милосердие воина Его. Ведь лишь очищенные от грехов в смерти они могут прозреть.
— Твои праздные шутки лишены смысла. Отрекись от них и вернись ко прежнему пониманию, — глядя прямо на носившую имя близкой ему постановил он.
— Даже манера речи вмиг поменялась, — утратив эмоции произнес Доу, обращаясь к Розе — если хватило малейшей провокации — ситуация уже критическая, — после чего сделал шаг вперед переводя внимание на себя, и снова обратился к нему, — парень, если от твоей личности еще что-то осталось, прошу тебя, хотя бы выслушай прежде чем нападать.
— Оставь беспокойство о личности моей и коль желаешь, чтобы слышались твои слова не ложью, огласи что в планах твоих, позволив судить об стоящим за ними, — известил он, призывая продолжать.
— Ты лучше всех нас знаешь, что у каждого Кошмара есть свое ядро, — доставая устройство схожее с телефоном из кармана произнес Доу, — и сейчас ты находишься в состоянии превращения в него. Уникальная природа твоей души наложилась на свойства нашей эпохи, грозясь породить уникальный для нее Кошмар. Полностью сформированный он станет воплощением страха человечества о возвращении Бога.
— Лишь вздором есть слова твои. Укоренившись в душе Господь отвадит меня от пути, на котором предначертано уподобиться злейшим врагам Его, — без сомнений в голосе моментально ответил он.
— Вот в том-то и проблема, — со вздохом пробормотал Доу, — твой Господь мертв. Для нас тысячу лет, для тебя чуть больше двух недель, но это неизменный факт. А являясь буквально Воином Мертвого Бога — ты лишь порочишь его память, рискуя породить сущность что займет его место. Но это будет не возрождение, но лишь кривая копия, ибо ничто другого Кошмар породить не может по определению. Если ты все еще на стороне людей как часть паствы Его — сдайся прямо сейчас. Ради твоей же безопасности мы посадим тебя под замок до момента пока не будет найден способ остановить превращение, — тот умолк давая ему подумать. Но в этом не было никакого смысла, ведь он давно все для себя решил:
— Я прощаю тебя за то, что ты произносишь имя Его всуе, ибо некому было научить тебя должному почтению, — решительность его голоса сменилась обреченностью, — я прощаю тебя за имя что ты дал мне, ибо за твоими словами стоит ошибка машины, — он повернулся к Розе, — я прощаю тебя за бессмысленное предложение, ибо слышу за ним беспокойство, а оно есть благодетель. Но есть вещь, которую мне прощать запрещено, — с каждым его словом температура воздуха постепенно подымалась, — считая, что способны усадить меня в клетку, вы оскорбили тех кому я проложил путь. И дабы покоиться они могли подле Всевышнего — я смою Ваш грех кровью.
— Вот значит каков твой ответ, — моментально разорвав расстояние при помощи тени, и ей же подхватив Доу, бросила Роза, после чего пропустив в голос тоску добавила, — спасибо что спас Беатрис и остальных. Мне и вправду жаль, что все так получилось.
— Амплитуда один и четыре, и продолжает повышаться, — сверившись со своим телефоном, вздохнул Доу, — теперь ты официально идентифицирован как Кошмар, парень. Ничего личного.
Как-либо ответить он уже не успел так как стальной пол с лязгом разошелся под его ногами открывая бак, заполненный непонятной жидкостью. Тени Розы молотом обрушились на него отправляя вниз, без какой-либо возможности прекратить падение. Повторный лязг вставших на место пластин метала, был заглушен всплеском, а после пришла боль…
***
Предательство изначально не может существовать без веры, а значит есть чистейшая форма молитвы.
Я знаю, что подвела тебя, обманывая нас обоих. Я думала, что смогу жить для чего-то другого.
Так пусть же, смотрят они на лик твой и в их страхе будет выковано твое величие. И снизойдут на мир твои усилия.
Может и хотела бы я обернуть время вспять, ибо вина съедает мне душу. Но знаю, что ты не пожелаешь отречься от воспоминаний.