— Ну тут спорить не буду, удружил так удружил, — подходя к столу, выступил тот в качестве переговорщика на правах главного, — понять бы теперь с чего нам такая щедрость?
— Так, что же здесь непонятного? Щедрость — есть благодетель, вестимо она естественна, — пожав плачами, «пояснил» тот, — говоря об этом у меня и конкретно для Вас кое что есть. Пока я буду доставать это из-под стола, не будете ли вы так добры попридержать солдат, чтобы во мне не появилось лишних отверстий от нервов? Уверяю Вас я не замыслил ничего такого, — благодушно произнес он верный своим словам потянувшись вниз. Кивнув бойцам, он принялся ждать, следующих действий собеседника. Пару секунд спустя тот поставил на стол с легким стуком… его собственную голову, — возвращаю законному владельцу, — мягко катнув ту вперед, иронично протянул тот — что скажете, мистер Доу, достойный подарок?
— Долго же вам понадобилось чтобы сложить два плюс два, — в тон ему ответил носивший имя Джон.
— Они были слишком увлечены смотрением в будущее, для нормальной работы с кадровым составом, — обведя взглядом труппы, пояснил тот.
— И как я вижу это, и привело к их гибели, — с намёком протянул Доу, следя за реакцией собеседника. В ответ тот легонько покачал головой, ядовито пояснив:
— Нет, что вы, они обрекли себя на такую судьбу только из-за того, что предали собственные догматы. «Все усилия нашей организации должны быть направлены на то чтобы дать возможность Новому Богу родиться в этом обреченном мире» — так говорил джентльмен по левую руку от Вас. Только для того чтобы по итогу попытаться присвоить дар Его, себе соблазнившись перспективой бессмертия. Лишь заслужив смерть как вероотступник, до последнего вздоха так и не поняв, что задуманный ими ритуал не способен был сработать в теории. А вот вы как раз это прекрасно знали, и потому решились на штурм, а не снесли все здание под чистую в первую очередь, — с притворством в тоне упрекнул его тот.
— Мое начальство посчитало шанс в двенадцать процентов на успех затеи этой шайки, не стоит немедленных действий, — то с какой легкостью собеседник выдал наличие не обнаруженных кротов в их отделении настораживало Доу. Тот словно ставил все на «зеро», не заботясь о завтрашнем дне, что кратно усложняло чтение мотивов.
— Целых двенадцать? — искренне удивился он, — неужто в Вашем хваленом суперкомпьютере случился сбой, иль был он заражен вирусом щедрости? — прочтя по непроизвольно прищурившимся глазам Доу, его удивление, то с улыбкой предложил еще одну версию, — а может Ваши знания о Боге недалеко ушли от этих простофиль? Потратив больше десяти лет, вынашивая эту идею они так и не поняли свою неспособность приблизиться к исконному, и видимо были в этом не одиноки?
— Ставя вопросом таким образом, ты видимо намекаешь на то что знаешь больше нашего? — Доу не знал было ли утверждение его собеседника простым блефом, задачей которого было спровоцировать его, а потому решил получить как можно больше информации, раз уж ее готовы были сообщать.
— Знать что-то об этом может лишь Он сам, а я лишь предполагаю. В этом мы с Вами как раз похожи. Вечно находимся в шаге от истинны, слишком человечные чтобы ее узреть, — печально покачал тот головой, — вот только где у Вас была машина, которая упростила все до численных значений, у меня оставалась только вера. Так давайте же проверим кто по итогу окажется прав, — воспрянув духом торжественно развел он руками, — люди боялись неизведанного и их страхи породили Господа. Мощь Его дала почву молитвам. Молитвы дали Ему сознание. Сознание стало фундаментом сострадания. И в сострадании Его было рождено Воинство Господнее, — с пылом принялся пояснять тот, — а значит дабы Небеса перестали пустовать нам надо лишь повторить путь своих предков.
— Сомневаюсь, что с этой затеей у тебя шансы, выше чем были у твоего начальства, — убедившись, что сидевший перед ним хоть и подобрался ближе других к правде, но все еще оставался простым фанатиком, чуть успокоившись, заметил Доу.
— В обычных условиях так и было бы, — на удивление спокойно согласился тот, — наша эпоха полниться светом науки — неизвестному в ней едва ли осталось место. Но благо был ниспослан нам дар за наши старанья, чья роль стать заменой первичным звеньям цепи. Ведь и вправду, неспособные породить Бога, мы способны взрастить сущность что станет Ему проводником в этот мир за нас.
— Так вот как в чем видишь его роль ты, — вот и всплыла личность студента Розы, и в его плане. Не зря получается он утроил охрану перед штурмом.
— Позвольте, меня ранит обвинение в Ваших глазах. Нам и в голову не пришло даже пальцем прикоснуться к кому-то столь величественному. Ровно, как и сметь указывать ему путь. Напротив, мы не пожалеем жизней, лишь только чтобы помочь ему пройти тот до конца, — решительно произнес тот, своими словами породив некоторые несостыковки.
— И что же это за путь такой, не расскажешь? — соединив в молитвенном жесте руки его собеседник с благоговением в голосе поведал:
— Вестимо полноценно воплотиться Кошмаром что снизойдет на наши души, — бойцы под его командованием, одновременно снова наставили на него убранное, казалось бы, оружие, да и сам Доу, оказался ошарашен подобной новостью.
— Это просто невозможно, — решительно бросил он.
— Да, я знаю, что сказал Ваш суперкомпьютер, — не показывая и капли страха, кивнул тот, не разрывая рук, — страшась вы сразу же поспешили задать этот вопрос, и лишь спешку можете винить в ошибке. И вправду истинно то что пусть Воины Господние наследуют Его силу — им никогда не стать подобием Ему, ибо люди они по плоти и крови. Вот только невежественно было ровнять его под остальных. Осколок былой эпохи, он выжил там, где погиб Бог, и как следствие встал на путь чтобы поравняться с Ним. Все что оставалось нам — лишь подсобить ему в начале.
— И для этого ты устроил резню в собственной организации? — уточнил Доу, начав понимать в какую сторону дует ветер.
— А также с Вашего милостивого разрешения устроили теракт, — кивнув дополнил тот, — лишь с тем отличием что там нам важны были не мертвые, но выжившее. Без четкой причины, стоящей за страданиями человек, обращается в глубины своей души, инстинктивно страшась того чему не способен дать название. И есть сие чувство страхом пред неизбежной Карой Небес. Эта эмоция возводит к первозданному оттого и обладает схожей силой. С моими бывшими коллегами все еще проще — желая возродить Бога, они не могли не задумываться, о том, что произойдет если Он сочтет их действиях греховными. Этот страх станет плотью Кошмара и во имя его мы продолжим творить свои деянья. Ведь что такое даже сотни тысяч на фоне спасения всего рода людского!? — перестав скрывать фанатичное рвение, тот показал свое истинное лицо.
— Тогда боюсь, что я должен тебя расстроить, — покачал головой Джон Доу, подняв руку, готовый в любой момент отдать приказ: «Огонь», — все твои усилия просто пойдут прахом, потому что мы никогда не позволим этому случиться.
— Ты уже не властен над судьбой человечества, ровно, как и над моей судьбой. За мной придут другие, за ними следующие и так до момента, когда миссия не будет исполнена! — тот уже буквально кричал, растеряв последние капли спокойствия после замечания Доу.
— Вот только я властен над судьбой центральной фигуры вашего плана. Если твои слова правда — мы просто убьем его, не позволив превратиться в полноценный Кошмар, — теперь судьба паренька зависела от решения машины.
— Вы только и можете что мечтать об этом, — искренне рассмеялся его собеседник, — ваше жалкое оружие даже следа не оставит на его теле. А потому смиритесь и наблюдайте как наступит новая эра для этой планеты. Бегите, сражаетесь, дрожите в страхе — это будущее уже невозможно изменить! Так что войдите в него со светом в душе, протянув нам руку помощи! Заблудшим овцам никогда не поздно вернуться в стадо, ожидая пока Господь укажет нам путь дальше!