– Садитесь, Виталий Леонидович, – милостиво разрешил Хайрулла, указывая на единственный в кабинете стул. – Как вы, русские, говорите, в ногах правды нет.
Вит немедленно воспользовался приглашением и вызывающе положил ногу на ногу.
– Кто вы такой? – сходу спросил он. – И по какому праву захватили меня и моего спутника? Имейте в виду, я приложу все усилия к тому, чтобы это самоуправство вам с рук не сошло.
– Сойдет, – ухмыляясь заверил седоусый. – Можете не сомневаться. И не такое сходило. К тому же, никакого захвата не было. Вас, Виталий Леонидович, просто пригласили на собеседование по поводу нового места работы, только-то и всего.
– Под дулами автоматов? – криво усмехнулся Вит.
– Острая необходимость, не более того. Как способ обеспечить возможность нашей с вами беседы. Представьте, какие слова услышал бы тот, кто ночью на пустынной горной дороге вдруг предложил бы вам проехать неведомо куда, чтобы пройти собеседование?..
По выражению витова лица легко было догадаться, какие именно.
– Вот видите...
– А с чего вы вдруг решили, что я нуждаюсь в смене рода деятельности? Моя работа меня полностью устраивает.
– И именно поэтому вы спешно покинули гостеприимную Аргентину и оказались здесь, в пределах Османской империи?
– А-а, я понял... – Вит посмотрел Хайрулле прямо в глаза, стараясь вложить во взгляд максимум презрения. – Налет на концерн «Артемида» – ваших рук дело? Грязная работа...
– Не угадали. Я не имею к этому никакого отношения.
– Так я вам и поверил.
Хайрулла равнодушно пожал плечами:
– Ваше право. Только я говорю правду. Не скрою, мне пришлось приложить некоторые усилия к тому, чтобы собрать о вас максимум информации... но и только. Террористы точно так же спутали мои планы, как и ваши. Я могу лишь догадываться, кому еще вы могли понадобиться. Концерн «Артемида» не интересует меня ни в малейшей степени, только вы лично. Мне крайне нужно было, чтобы вы оказались здесь, и вот вы здесь.
– А каким образом вы узнали, что в конце концов я доберусь до Стамбула? Еще сегодня утром об этом не знал даже я.
Хайрулла засмеялся. Весь его вид говорил о том, что он очень доволен.
– Военная хитрость, – слегка наклонившись, произнес он. Словно сообщал собеседнику великий секрет, который ни за что не должен выйти за пределы этих стен. – Но вам я скажу. В вашем окружении у меня был свой человек, так что я знал о вашем маршруте абсолютно все. В том числе то, что прилететь вы должны были не один.
– Лаборантка... – догадался Вит. – Мария... все-таки продала...
Получила объяснение как та невероятная легкость, с которой девушка приобрела драгоценные билеты на иглолет, так и Стамбул в качестве конечной цели путешествия, больше похожего на бегство.
Хайрулла довольно хмыкнул.
«Не слишком-то радуйся, – злорадно подумал Вит. – Йолу ты все-таки упустил... Я почти уверен, что та самая контора, которую она покинула без предварительного уведомления, находится именно здесь.»
– Ну так что? – осведомился Хайрулла. – Вы готовы выслушать мое предложение?
«Почему бы нет? Выслушать – не значит согласиться. Послушаем, что он скажет. Глядишь, и выяснится что-нибудь интересное.»
– Говорите.
– Сначала один вопрос, на который вы должны ответить предельно откровенно. Вам снятся сны?
Вит вздрогнул. Совсем недавно те же слова он услышал от Дана Айзенхарта.
– Конечно, – ответил он так же, как в свое время спинлайтеру ГИСО. – Как и всем нормальным людям.
Теперь он ожидал вопроса касательно своей нормальности, однако ошибся. Хайрулла спросил:
– И о Белом Всаднике тоже?
«Карамба! Откуда?! Я же никому не говорил, кроме... ах, черт меня побери! Кто бы мог подумать...»
Неожиданно всплыло воспоминание о том, что когда его посетил самый первый из «восточных» снов, он упомянул об этом в разговоре с Ортегой. Как о ничего не значащем эпизоде... со смешками и разнообразными подколами... Помнится, при разговоре присутствовал кто-то еще, но кто именно, совершенно стерлось из памяти.
«Еще один убедительный аргумент в пользу того, что распространяться о своей личной жизни – не лучшая затея. Даже среди тех, кому полностью доверяешь.»
Вит постарался придать лицу равнодушное выражение и спросил:
– Кто такой этот Белый Всадник? И почему вы меня об этом спрашиваете?
– От природы я очень любознательный человек, – доверительно сообщил Хайрулла. – Мой вопрос чем-то задел вас?
– Скорее, позабавил. И несколько удивил... Словно бы вам невзначай удалось заглянуть в один из моих снов...
– И часто вам снятся всадники?
– Уж не желаете ли выяснить, не снятся ли мне конные армии?!
– Не сочтите за надоедливую нескромность... – хитро прищурился Хайрулла. – Всадник во сне был одинок?
– Конечно, – пожал плечами Вит. – Это был сон про себя. Я как заправский джигит резво скакал на прекрасном белом коне возле небольшого, но довольно красивого горного озера...
– Озера? А почему озера?..
– Видимо, рядом не было моря, – он не смог удержаться от шутки. – Но если серьезно, я ведь специалист по... чуть не сказал «по озерам». Нет, просто весь последний год я занимался почти исключительно водонакопительными и водоочистительными сооружениями. Как видите, профессия сугубо мирная, не связанная ни с эскадронами, ни вообще с конницей...
– А вот у меня есть сведения совсем другого характера, – Хайрулла смотрел, не мигая, и отчего-то сразу же стало понятно, что этот человек может быть не только жестким, но и жестоким. – Вы, Виталий Леонидович, один из ведущих физиков-теоретиков и автор математического обоснования идеи практической утилизации туннелированной энергии... задачи, решение которой так и не удалось найти ни одному из самых титулованных коллективов Приземелья, не говоря уж о нашей несчастной планете... Т-эффект... так называемый «пульс Тесея»... Как видите, нам здесь многое известно, так что прибедняться не имеет никакого смысла, поверьте...
– Признаться, я удивлен, – Вит посмотрел на собеседника совсем другими глазами.
Осведомленность какого-то неведомого Хайруллы в суперсекретных делах концерна «Артемида» неприятно поразила его. И без того невысокое мнение об ортеговской системе безопасности окончательно скатилось к отрицательным значениям. Судя по всему, в коллектив затесался самый настоящий крот, и о том, кто бы это мог быть, думать категорически не хотелось. До сего момента доминатор КБ «Эос» доверял своим сотрудникам полностью и безоговорочно, а потому разочарование в ком-либо, несомненно, стало бы тяжким ударом.
– Допустим, – сказал он. – Допустим, что все сказанное соответствует действительности. В таком случае, вы должны понимать: для того, чтобы заставить меня сменить род деятельности, нужно предложить по крайней мере нечто равноценное... нет, даже более интересное... Вы способны заинтересовать меня какой-то новой сногсшибательной идеей настолько, чтобы я забыл обо всем на свете и бросил практически завершенную грандиозную работу? Сомневаюсь.
– Представьте себе, способен, – заявил Хайрулла. – Что ж, полагаю, предварительного согласия мы достигли... – он поднял руку, пресекая готовые вырваться возражения. – Во всяком случае, вы не против того, чтобы меня выслушать, а это уже половина дела. Подробности обсудим завтра, а пока предлагаю как следует отдохнуть. День выдался на редкость непростой. Вас проводят...
Вероятно, он подал какой-то сигнал, потому что дверь внезапно открылась, вошел один из охранников и встал за спиной, вытянувшись по струнке.
– Спокойной ночи, Виталий Леонидович.
Вит вдруг ощутил, что и в самом деле устал как последняя собака. Он с усилием встал и побрел к выходу. Если бы он обернулся, то увидел бы, что Хайрулла буравит ему спину тяжелым неподвижным взглядом. Однако он не обернулся.
***
Дверь кабинета мягко откатилась в сторону. Юсуф Салар быстро перекинул трость в левую руку, шагнул внутрь и остановился около стола, глядя поверх головы хозяина кабинета. После чего гулко ударил себя правой рукой в область сердца, показал раскрытую ладонь у виска и, скрипнув ремнями портупеи, замер навытяжку.