Значит поблизости кто-то есть.
Не ошибся.
Туман внезапно разошелся рваными краями и из него вышел человек.
Он был плечист, статен. Обычное черное пальто сидело на незнакомце идеально. Юношеское лицо, но глаза тронуты старческой мудростью, глубокие, от которых хочется просто обхватить голову, упасть на землю и рыдать.
Незнакомец держал в правой руке черную трость. Ни знаков отличий, ни погон, ни медалей на юноше не было, но я без ошибки определил кто это был. Просто понял, как озарение, как вспышка.
Потому что никем другим стоящий передо мной быть не мог.
И его приветствие подтвердило мои слова.
— Добрый день, Александр Федорович, — голос человека был мелодичен, но обладал звенящей сталью. — Я — Император Российской Империи. И я пришел, чтобы поговорить с тобой...
Глава 9. Император
— Ваше Высочество... — только и смог вымолвить я.
В прошлой жизни мне приходилось видеть множество высокопоставленных господ, и я ничего не ощущал, понимая, что они в жизни простые люди, такие же как я.
Но сейчас, видя Императора, я робел. И сам не знал почему.
Может быть, из-за того, что ощущал как густыми волнами от него распространяются мощные эманации силы? Император был и в самом деле силен, сильней любого главы рода, которые только есть.
И он обладал телепатическими способностями.
Я чувствовал, как невидимая рука спокойно проникла ко мне в мозг, не смотря на мои попытки прекратить это и заблокировать. Император не читал мои мысли, это было больше похоже на проверку — не опасен ли я, нет ли чего-то черного у меня на душе?
Видимо пройдя проверку, волна сошла.
Я поймал себя на мысли о том, что Император совсем один, нигде не было видно его охраны. А как же безопасность? Но ответ пришел сам собой. Аура гостя была настолько мощной, что я едва ли мог сейчас даже пошевелить рукой, не говоря уже про Дар. Готов поспорить, что любая попытка покушения закончится смертью, причем еще на стадии зарождения в голове.
— До этого нам не приходилось встречаться с тобой лично, — произнес Император. — Но твоего отца я прекрасно знаю. Пришло время познакомиться и с тобой, Александр.
Я молчал, потому что не знал, что сказать. Когда понял, что выглядит это не совсем подобающим образом, поспешно произнес:
— Александр Федорович Пушкин к вашим услугам.
Император улыбнулся. Конечно, я нарушил все существующие правила высокого этикета, но сейчас это было простительно.
— Я хотел поговорить с тобой не официально, — сказал Император, делая ко мне два шага.
Туман по-прежнему окружал нас, но выглядело это странно — он обходил Императора ровным кольцом, словно обладал разумом и понимал кто перед ним стоит. Меня же такой чести не удостоил — я весь был в молоке дымки.
— И я думаю, ты понимаешь, что наш разговор должен остаться между нами? Как и эта встреча.
— Безусловно.
— Будем считать, что мы даже и не встречались, — Император улыбнулся.
И подошел еще ближе.
Эманации усилились. Сколько же в нем силы?!
— Госпожа Смит мудрая женщина, — произнес Император и я удивился, что речь пошла о ней. — Мудрая и талантливая. Она может сделать ловко отводить взгляды от основной проблемы. Она может как фокусник, показывающий трюк. И сделает это так ловко, что никто ничего не поймет. Но только не я. Меня обмануть нельзя.
По моей спине пробежался холодок. Я вдруг понял какой будет тема нашей неожиданной встречи.
— Даже те стены, что создала Смит, не могут ограничить мой взор. Я видел, как вы самоотверженно бились с тем... чужаком.
Я глянул на Императора и понял, что тот знает про вторжение.
— Некой неведомой силе удалось проникнуть в нашу реальность, покуситься на святое — на Российскую Империя. А я — ее гарант и защита. И мой долг защитить ее. Поэтому я хочу я задать тебе несколько вопросов.
Я кивнул.
— Кто этот чужак?
— Его зовут Архитектор. Я точно не знаю, но есть версия, что это сущность из других планов бытия. Попытки прорваться были неоднократны. Каждые семь лет цикла Архитектор пытается проникнуть сюда. Для этого убивает одаренным, забирая их силу и Дар.
— Как он смог сюда проникнуть?
— У Смит есть версия, что в определенные моменты грани между нашим миром и другим истончаются. Именно в эти моменты Архитектор может проникать в разум подверженных этому людей. И уже через них вырываться наружу.
— Крысеев был первым, через кого он проник?
Я кивнул.
— Ты уничтожил Архитектора?
— Нет, — после паузы ответил я. — Удалось лишь запечатать его.
— Где?
Чтобы ответить на этот простой вопрос пришлось долго насмеливаться.
— В моем разуме.
Император удивился, его бровь поползла вверх, но он быстро взял себя в руки.
— Дело в том, что мой Дар...
— Я знаю про твой Дар, — перебил меня Император. — Он может блокировать другие Дары. И ты использовал это, чтобы запечатать Архитектора? Что ж, необычно, умно. Однако, он жив.
Последняя фраза мне не понравилась.
— Жив, — настороженно кивнул я.
Император пристально посмотрел на меня, потом улыбнулся.
— Не переживай, что-нибудь придумаем.
Потом глянул на часы, сказал:
— Мне пора идти. Мы еще встретимся с тобой, при каких обстоятельствах и когда именно — не могу сейчас ответить. Но уверяю тебя, что вопрос об устранении Архитектора будет под моим наблюдением. Это вопрос государственной безопасности и моя личная ответственность как Императора перед народом. Еще раз хочу напомнить про конфиденциальность нашей встречи. Про Архитектора тоже никому не говори.
— А Смит?
— В порядке исключения.
— Спасибо.
Император глянул на часы. Сказал:
— А теперь мне пора идти.
И так же, как пришел, ушел обратно в туман, и белая дымка скрыла его от меня.
Я некоторое время стоял и смотрел неожиданному гостю в след, соображая — не привиделось ли мне это? Весьма неожиданная встреча была очень странной. Почему сам пришел? Почему не отправил доверенное лицо? Боится огласки? Что знает трое, то знает и свинья. Или как любил говаривать один мой старый заклятый враг: трое могут хранить секрет, если двое из них мертвы. Или у этой встречи была еще какая-то скрытая цель? Император не простой человек, и вряд ли бы он стал говорить в лоб все причины, по которым захотел увидеть меня лично. В любом случае нужно молчать об этом и никому не сболтнуть.
Туман начал рассеиваться, сам по себе, без помощи ветра или чего-то другого, подтверждая мою теорию о его искусственности. Видимо тумана нагнал, не только настоящего, но и словесного, Император.
Я улыбнулся.
— Ты посмотри на него, он еще и лыбиться!
Из-за кустов вышла Катя.
— Где тебя носит?!
— Так я...
Я огляделся и понял, что спирать все на туман бессмысленно — от него не осталось и следа. А сам я бродил в полусотне метрах от того места, где потерял из виду друзей.
— Куда ты запропастился? — не унималась Катя. — Нам надо возвращаться на базу! Выглядишь ты мягко говоря не очень, будто Императора увидел.
— Что?! — одними губами прошептал я, глядя на Катю.
По спине пробежал холодок.
— Ну или инопланетянина какого-нибудь.
И только я понял, что Катя шутит.
— Да просто устал, — ответил я, переводя дыхание. — Пошли!
И пока Катя подбирала выражения покруче, двинул вперед.
* * *
Шмыгаль встретил нас с удивленным лицом — он явно не ожидал от нас кристалла.
— Достали? — спросил он, разглядывая добытый камень так, словно был ювелиром, которому принесли в ломбард драгоценность. — Х-м... не думал, что у кого-то вообще получится такое.
Он повернулся к своим помощникам. Спросил:
— Сколько големов уничтожила группа Пушкина?
— Восемь, — ответил тот, глядя в экран планшета.